Русский волк (СИ)
***
О воинском братстве фейнов, якобы существовавшем в конце Второй эпохи и сыгравшем решающую роль в опустошительных войнах того времени, почти ничего не известно. Каких-либо документальных источников, достоверно относящихся к тем временам, не сохранилось, и потому упоминание о фейнах осталось лишь в легендах и старинных народных песнях. Единственный письменный источник, подтверждающий факт существования подобных воинов – «Песнь о короле Громобое», датированная 5-6 вв. Третьей Эпохи и написанная неким Гунбертом Шестипалым. Само слово «фейн», по всей видимости, восходит к древнеэлайскому aphainohen , что означает «посвященный, просветленный». Мои более чем трехлетние поиски хоть сколько-нибудь исторически достоверных свидетельств существования фейнов оказались, увы, безуспешными…
(Лотар Берси «Тайные общества Аркуина», том 3)
***
Где-то совсем рядом поет ночная птица. Эх, и здорово поет!
Прямо вокализ какой-то: сначала длинная переливчатая трель, что-то вроде «пи-ту пи-ту пи-ту уиллоуи», потом несколько коротких щелчков, и снова трель. Слушаешь этого маленького певца, и окружающая нас ночь кажется мирной и доброй.
- Беа, - спрашиваю я демонессу, - что за птица?
- Не знаю, - признается она. – Может, козодой, а может, совка-монашка. Ты чего не спишь?
- Не спится мне. Воздух тут такой, что хочется дышать и дышать. Прямо молодое вино, а не воздух.
Костер освещает лицо Беа, и я вижу, что она улыбается.
- Бери пример с нее, - говорит она и кивком показывает на завернувшуюся в одеяла Флавию, которая, похоже, уже десятый сон видит. – С восходом поедем дальше.
- Ты говорила, мы почти на месте.
- Почти. Вчера на закате мы проехали Марблскалл, он остался справа от нас, за лесом. Прямо перед нами Белые горы, где находится нужное нам место, а сразу за ними начинаются Улайские равнины. Они тянутся на два дня пути до самого побережья. Сегодня Флавия вроде как узнала дорогу, по которой они с отцом ехали в сторону Иль-Флор – теперь она нас поведет.
- Славно. А то поднадоели мне эти шастанья по лесам. Страшноватые они у вас.
- Пока нам везет, - Беа бросила в пламя еще веток. – Сама Никти, покровительница путников, бережет нас. Много в этих лесах всякого…
Я не спросил, чего именно в этих лесах много. Довольно и того, что прежде мне не доводилось путешествовать в таких диких местах. Но красотища тут, надо сказать, необыкновенная. А уж простор, как у нас в средней полосе.
Я понял, что хотела сказать Беа – пока нам действительно везет. За восемь дней пути мы не повстречали ни опасных зверей, ни лихих людей. Миновав Гиблую топь, мы к вечеру следующего дня въехали в Долину Мертвецов – живописнейшее урочище, заросшее орешником и молодыми березами и разрезанное множеством мелких ложбин. По дну некоторых из них текли ручьи и небольшие речки, через которые приходилось искать брод. Пару раз в зарослях я увидел остатки каких-то небольших каменных зданий, настолько разрушенные, что они казались просто кучами камней. А еще через некоторое время, спускаясь с пологого холма, мы увидели прямо перед собой самые настоящие мегалиты – несколько торчащих из буйной изумрудной травы остроконечных менгиров и невысокий дольмен, едва заметный за густыми зарослями орешника и дикого винограда.
Я подъехал поближе, чтобы рассмотреть камни, и тут раздался пронзительный крик. Посмотрев наверх, я увидел парящего в раскаленном полуднем небе коршуна. Совсем низко над нами.
- Когда-то тут жило племя карликов, родственных алмутам, - пояснила Беа. – Их называли Племенем с Медными Амулетами. Они умели плавить металлы, варить мед и были искусными колдунами. И еще, они поклонялись драконам и даже умели разговаривать с ними.
- И куда они делись?
- Учитель Рамимор рассказывал, что карлики были уничтожены во время войн Кровавой Звезды. Они не захотели присоединиться к полчищам Проклятого и заплатили за это своими жизнями.
- Так вот почему это место называют Долиной Мертвецов?
- Может быть. – Беа показала рукой на запад. – Вон за теми холмами будет Духов Мост, и дальше мы поедем по тракту до самой переправы Шо.
Духов Мост оказался совсем не тем, что я представлял. Это была цепь островков, вытянувшаяся поперек широкой, раскинувшейся почти до самого горизонта реки Эрк-ан-Туре. Действительно удобное место, чтобы построить настоящий мост. Неподалеку проходил ведущий из Лота на север тракт, но поехали мы лесами, для большей безопасности, и с наступлением темноты оказались у переправы Шо.
На заставе у переправы образовался целый табор из желающих переправиться на противоположный берег. Народу было много: те, кому не хватило места у заставы и на обочинах дороги, устроились на пологом берегу реки справа и слева от переправы. Еще я заметил немало пеших воинов в красно-черных и зеленых сюрко, алебардщиков, меченосцев, стрелков с луками и большими аркебузами: они прохаживались междуфурами и рассевшимися на земле у костров людьми, видимо, следя за порядком. Мне показалось, что на деревянных башнях заставы я разглядел что-то очень похожее на массивные средневековые кулеврины. Было ясно, что переправу охраняют на совесть, и просто так перебраться на другой берег реки не получится. Поднятая колесами фур и копытами многочисленной крупной и мелкой скотины пыль висела в воздухе пеленой, и даже на таком расстоянии от переправы резко пахло навозом и козлиной мочой. Я обратил внимание, что большинство собравшихся у переправы людей выглядят настоящими нищими.
- Это переселенцы, - пояснила Беа. - Едут осваивать бывшие земли сидов. По королевскому указу каждый желающий может получить в Хэвнвуде пятьдесят моргенов пашни и еще по двадцать пять моргенов на каждого члена семьи.
- Не думаю, что сиды от этого в восторге, - заметил я.
- Переселенцев охраняют солдаты, да и многие лорды за эти годы закрепились на завоеванных землях. Построили в Хэвнвуде замки и форты.
- Освоение Дикого Запада, - сказал я. – Что будем делать?
- Поедем дальше, пока на нас не обратили внимания.
Переночевав в лесу, мы с рассветом двинулись дальше. Я вполне адаптировался к верховой езде, ноги и спина болели уже не так сильно, как первые дни. Ну, тут еще и настрой у меня был самый боевой – такое многодневное путешествие верхом уже само по себе обалденное приключение, да и еще и спутницы у меня симпатяжки. В моей прошлой жизни мне приходилось порой делать на мотоцикле по пятьсот километров в день, и даже больше, но это немного другие ощущения, так что я мог с полным основанием считать, что открыл для себя в жизни что-то новое и неизведанное.
На север, к Марблскаллу, мы вновь ехали лесными дорогами, ведомыми, наверное, только Беа. Я спросил ее, почему бы нам не путешествовать по тракту.
- Парень, которого ты прирезал, был магом и работал на Циркулюм ин Тенторио, - ответила она. - Убей ты простолюдина, или даже рыцаря, все бы закончилось для тебя за границей Лота. Но маги мстительны. Большие дороги для нас опасны. У меня достаточно приметный облик.
- Мы с отцом тоже так думали, - внезапно сказала Флавия. – И тоже ехали тайными тропами. Но нас настигли.
- Все в воле Божественных. Если нам суждено умереть, мы умрем, и не в нашей власти что-то изменить. Поэтому не стоит задумываться о будущем…
Птица смолкла. Или устала потрясать мир своим бельканто, или ее что-то спугнуло. В кронах огромных корабельных сосен, окруживших поляну, вздыхал ветер. На краю поляны тихо всхрапывали наши стреноженные лошади.
- Луна высоко, - сказала Беа, поворошив палкой горящие в костре поленья. - Тебе надо поспать.
- А тебе?
- Я привыкла. И ты же не хочешь, чтобы нас застигли врасплох.
Я хотел спросить, что она имеет в виду, но тут увидел, что Флавия проснулась и смотрит на меня, приподнявшись на локте.