Пожарский 2 (СИ)

— Почему? Говорят, они на раз-два общаются с духами, видят… странное.
— Расширяют сознание, а как же. Пьют крепкое, курят всякое, а ещё, — Кош посмотрел многозначительно, — грибы. И не те, которые ты в перловке с луком можешь увидеть, а ядовитые, на минуточку! А это даже для меня опасно. Особенно в таких неимоверных количествах.
Но я, в полном соответствии со своей старой кличкой и в наивных мечтах найти хоть какой-нибудь путь, который позволил бы сделать из моего личного магического пути школу, отступать не хотел:
— А если осторожно? В качестве научного эксперимента?
Кош рассердился:
— Вот и Пожарский ты давно, а всё равно дурак! Интересно ему! И полезешь ведь сам, в самую ж-ж-ж… жуть!
— Ну интересно же.
— М-ф! — Кош пронёсся из конца в конец лаборатории, выпил какую-то микстурку из колбочки, вернулся куда спокойнее. — Познакомить могу. Тем более, если именно для тебя, — он помолчал. — Знаешь, это даже любопытно будет. Столкновение твоей уд… хм… и местных бухариков — это…
— Моей чего?
— Не обращай внимания. Сказал — познакомлю, значит — познакомлю. Через неделю приезжай. Алкоголь вези. Много! И покрепче.
Алкоголь я заготовил сразу — не слабенькой, похожей на пиво медовухи, а крепкой, так приправленной перцем, чтоб глаза на лоб повылезали. Литров двадцать. Но Кош заявился сам, недели не прошло. Забрал, сказал, что мало. Я пожал плечами — ну, вдруг, там толпа соберётся шаманов в сто? — выкатил ещё сорок. И…
Забыл. Прошёл день-другой-третий, Кош молчал, как рыба об лёд. Нет, можно было предположить, что он по-хитрому решил меня на шестьдесят литров настойки выставить, но, зная Коша… Нет, глупости.
Когда надо будет — тогда скажет, а у меня кроме интереса к бурятам и других проектов хватает, хоть тех же големов взять. Шикарная же тема! Армией Марварид я сильно впечатлился. Пока, правда, меня больше интересовало големоразрушение, чем големостроение. Но для того, чтобы разрушать, мне нужны были свои големы. И много.
Короче, я увлёкся и про бурятов даже думать забыл. И в самый разгар кипения мысли, когда я пытался решить две разнонаправленные задачи (по максимально эффективной защите системы маготоков в неживой форме — и по наиболее действенному пути их повреждения), прямо за моей спиной раскрылся портал, и меня совершенно бесцеремонно туда дёрнули. Чуть не залепил по силуэту — вовремя понял, что Кош. Хорошо, меч у меня предупреждён, что на дружеские выходки Коша да Змея агрессивно реагировать не надо. Да и потом, кроме них в мою лабораторию никто так ввалиться б не сумел, я даже рисунок защиты перекодировал, чтоб Ярена не могла пройти, а то заявилась раз: «Ой, я тут по старой памяти, ты разве не рад меня видеть?» Тьфу.
Но охренеть от Кошевой выходки я успел:
— Ты бессмертный что ли, такие фокусы выкидывать⁈ Я ведь грохну тебя когда-нибудь, чисто с испугу. И знаменитое здоровье не поможет.
Но Кош был серьёзен и деловит:
— Не буду извиняться. Сегодня последний день, когда я могу исполнить своё обещание. Ты забыл? У тебя намечена встреча с шаманами.
— А-а-а, — протянул я, — теперь понятно. А по-человечески вызов отправить нельзя было?
— Да до тебя же не докричишься! Ты, когда в свои исследования проваливаешься, хрен тебя о них оторвёшь, маньяк лабораторный!
— Да ладно орать, сам-то такой же…
У Коша хватило совести смутиться.
— Да все мы такие. В нашем деле, сам понимаешь, иначе нельзя. Хочешь приблизиться к совершенству — будь добр, приложи усилия…
— Ладно, — я прервал его излияния. — Куда-чего-кому?
— Слетаем. Недалеко тут, к местным, у меня на севере острова живут. Подарочек я твой им уже заслал, они как раз где-то должны до кондиции дойти.
— Там праздник какой-то, что ли шаманский?
— Да какой праздник! Пятеро в юрте собрались.
— И шестьдесят литров⁈
— Так они вторую неделю бухают. Ты думаешь, что я так долго ждал? Тут, брат, для особого эффекта нужное состояние требуется. Давай-ка, съешь таблеточку, вдруг тебе тоже наливать начнут, — Кош начал рыться в своей походной аптечке, бормоча: — Хотя — почему «вдруг»? Ещё как начнут…
 
Что-то мне это переставало нравиться. Я принял от Коша зеленоватый спрессованный кружочек, зажевал. Новая магия, это конечно прекрасно, но здоровая печень — тоже важно.
Шаманы были похожи… на шаманов. Кожаные странные одежды, украшения из костей, меха, всяких бус. «Атмосферно тут у них, — сказал Кузьма. — Не удивляюсь, что они постоянно видят духов».
Да уж. Духан спиртовый в юрте стоял — хоть топор вешай. И курили они тут что-то забористое. Кош умудрился в три секунды представить меня и слинять!
— О-о-о, Димитрий! — обрадовался старший шаман. — Заходи, заходи, присаживайся, гостем будешь!
В моей руке волшебным образом оказалась пиала с медовухой.
— Трубочку? — спросил второй.
— Не курю.
— Так это разве курево? — весело засмеялись шаманы, но настаивать не стали. Выпили за знакомство. Потом за единство противоположностей. Потом за мировую ось. «Я смотрю, список тостов у них практически бесконечен», — оценил происходящее Кузя. Учитывая, что из закуси остался только сладковатый дым…
— Говорят, ты хотел узнать побольше о наших обрядах? — старший достал мешочек, а остальные взяли из-за спин кожаные бубны и начали отбивать ритм — каждый свой. Вместе получалось что-то непривычное, очень странное…
«Ты чувствуешь, да? — с изумлением сказал Кузьма. — Структура тонкого плана меняется…»
А потом старший шаман кинул в огонь жаровни горсть сушёных мухоморов, и меня внезапно выкинуло в портал — аж в Кхитай, и в такое место, что я сперва принял его за галлюцинацию. Керамические морды, стеклянные гробы… Шаманы потом от всех претензий отбивались, говорили, что это всё побочное явление от присутствия магического меча, а они вовсе не при делах. Повторять эксперимент я не стал — и целостность сознания мне дорога как память, и без Кузьмы в рисковые мероприятия я ввязываться не люблю. Незабываемых ощущений добавил усиленный курс чистки организма от токсинов, который Кош заставил меня пройти по возвращении.
В общем, сплошной набор удовольствий, после которого к любым одуряющим зельям я относился с большим подозрением. А тут — на тебе! На моей земле!
— Что делать будем с душегубцами? Резать? — спросил Кузя. — Очень перспективный метод.
— Зачем резать? — я поднялся. — Мы ж Пожарские. Будем жечь. Хаарт, пару бойцов здесь оставь, чтоб ни у кого не возникло светлой мысли ограбить дом. И по коням.
— Прямо сейчас? — Фёдор поёжился.
— Ночью эффектнее будет. Игорь, машина, я так понимаю?..
Умыкнули, мерзавцы.
— Где она сейчас, ваша светлость — даже представить не могу.
— Значит, садитесь с нами, там два места откидных есть, все влезем. Поехали.
До развилки домчались влёт, тут ехать-то.
— Обратите внимание, — Фёдор ткнул пальцем в окно, проезжая мимо Соловья, — кто-то уже обчистил ему карманы, но тело не забрали.
— Паскудники, — с чувством высказался Талаев.
И я был с ним согласен.
РАДОГОСТЬ
До Радогостя от перекрёстка было немногим дальше — со всеми поворотами да колдобинами — минут пять. Дорога выскочила из леса и ровной стрелой нацелилась на возвышающийся впереди холм. Мы притормозили и съехали на обочину, вышли. Я прикрыл обе машины смазыванием — незачем, чтоб нас раньше времени заметили. Присмотреться хочу.
С полкилометра — и вот они, опоясывающие каменный центр деревянные строения. Ждут ли нас? Успел ли кто-то сообщить о расправе над той частью шайки, что заявилась в Засечин? Если эта шайка вообще была отсюда.
Центральные каменные дома сияли мигающими огоньками. На крыше самого высокого из домов некто изобретательный даже возвёл из огоньков призывно мигающую пышнотелую бабищу. Голую, понятное дело. Ни изящества, ни плавности линий — чистая свиноматка. Экое дурновкусие. На другом поочерёдно включались то карты, то кости.