Ржевский 7 (СИ)
— Обскакали нас, — один из трёх мужчин выбил барабанную дробь ногтями по столешнице. — Моё мнение: сходим с дистанции, так будет лучше.
Все, не сговариваясь, посмотрели в огромное панорамное окно, начинавшееся от пола и упиравшееся в потолок.
Внизу, на два участка южнее, в имении Ржевских смешно возились муравьи — какие-то узкоглазые строители, работавшие сутками без перерыва. Возведённое ими грандиозным не выглядело, скорее даже наоборот — но лишь пока.
Присутствующие понимали в нюансах и оценить темп работы наёмных чужаков были в состоянии.
— Защита на его имении уже стоит, артефактная, близкая к стандарту, — ответил на никем не заданный вопрос брюнет лет сорока. — Теперь вломиться будет сложнее, хотя и по-прежнему возможно. Другое дело, зачем.
— Именно. Можно подумать, мы в первый раз многого добились, — вздохнул единственный в комнате старик.
— Да кто подумать мог, дядя⁈ — второй человек, возрастом чуть моложе первого, разгоряченно привстал, чтобы тут же сесть на место под тяжёлым взглядом патриарха.
— Я тебя не обвиняю и ярлыков не вешаю, — ещё раз вздохнул глава рода. — Просто по-стариковски пытаюсь понять, что у нас не так пошло. И когда.
— Хаос. Элемент случайности. — Сын по-прежнему барабанил пальцами по столу. — Ржевский — это воплощение хаоса, если изображать графически.
— Продолжай? — предложил дед.
— Мы его оцениваем по прошлой репутации, а он стремительно меняется. Пап, ну правда! Кто мог угадать, что за него августейшая персона замуж пойдёт⁈ — говорящий принялся загибать пальцы. — Это что, не меняет расклады по-твоему?
— Ну, тот эмират, положим, на карте ногтем закрыть — и нет его.
— А их порталы? А финансы? На карте, может, Эмират действительно невелик. А в торговле? Бесплатный транспорт для любого бизнеса, да между странами…
Все помолчали. Плюсы монопольной и ничего не стоящей логистики в стратегической перспективе равнялись миллионам, а то и миллиардам.
Если же сюда добавить вопросы безопасности…
— До сего момента порталами так, как Ржевский ходит, только Первые семьи и к ним приближенные могли себе позволить, — констатировал племянник. — То, что Ржевский присутствует практически везде, одним этим выводит его на другой уровень.
— Положим, эмиратовскими порталами он только до столицы ходит. Внутри Соты — малые мобильные порталы. Говорят, китайская контрабанда.
— А до столицы — мало⁈ А беспошлинные грузы из самого эмирата⁈ А японцы⁈ — сын продолжил горячиться. — Кто мог спрогнозировать его союз с Норимацу⁈ Понятно, что это скорее декларация, но после его заявления о Первой Кавалерийской уже народ забурлил. Что дальше?
— Увы. Как оказалось, голое слово тоже чего-то стоит и на что-то способно, — признал племянник главы и двоюродный брат сорокалетнего брюнета. — Через Норимацу, если что, ниточка на самый верх той страны тянется, там это известная фамилия.
— Кто такие, кстати? Я не слыхал.
— Потому и не слыхал, что Норимацу — типа копии Ржевских, только в Японии. Нищие, принципиальные и резкие. И им благоволит Микадо, по крайней мере, в данный момент.
— Отчего ж не благоволить символу эпохи, — заметил старик. — Тем более что подобные семейства денег никогда не просят и не требуют — в отличие от нас. Живут, чем бог послал и на многое не претендуют. Обычно не претендуют, — поправился он после того, как все снова посмотрели в окно.
Любому обеспеченному клану ясно, зачем при троне нужны принципиальные, кристально честные и безнадёжно нищие головорезы с шикарным послужным списком поколений.
— Что делать будем? — спросил сын главы.
— Сейчас или вообще? — уточнил его двоюродный брат.
— И, и. Пап, наследник рода из-за тебя погиб, — ровно уронил брюнет. — Я, конечно, успею и ещё детей настрогать, и даже их в люди вывести, благо, деньги на целителей есть, но…
— Что?
— В этот раз в первой лиге мы пролетаем. Давай себе в этом признаемся честно?
И снова все немного помолчали.
Грядущая смена поколений правящей династии, как обычно в таких случаях, вызвала шевеления. Разной интенсивности, в различных местах.
После смены самодержца на Троне предсказуемо поменяются и команды — подле Трона, в министерствах, в наместничествах, в общем, всюду по команде вниз и в стороны.
Идущая из столицы волна кадровых перемещений докатится до границ, отразится от них и вернётся обратно.
Именно в этот промежуток времени фамилии, внесённые в Бархатную Книгу, всегда участвовали в переделе.
На сей раз Шереметьевых среди них не будет.
— Что предлагаешь? — глава рода не кричал, не истерил, просто спрашивал.
Это косвенно свидетельствовало о том, что он тоже склонялся к тому, чтобы сдаться. По крайней мере, в данном конкретном моменте.
— В игры между Юлией и Дмитрием больше не лезем вообще никак. — Крепыш принялся загибать пальцы. — До самого конца августейшей кампании сидим здесь, латаем дыры, в Столицу не суёмся. Пап, ты согласен, что самой главной задачей теперь является не откусить кусок побольше? А вернуть хотя бы половину того, что мы потеряли?
— Продолжай.
— Мы ввязались в сомнительную авантюру с магами. Позволили себя втянуть в разборки церковников. Заигрывали с партиями обоих наследников, делая ставку на всех лошадей одновременно. Это было ошибкой.
— Почему обоих наследников? — вскинулся двоюродный брат говорившего. — А цесаревич Владимир? Их же трое?
— Ты редко бываешь в столице, — отозвался старик. — Владимир слишком молод и не обзавёлся командой, по большому счёту: у него просто не будет людей, своих людей, чтоб расставить на места.
— А империя огромна, — подхватил брюнет. — И без своих людей на самых разных постах ты ею просто не сможешь управлять.
— Что в итоге? Какой план?
— Наследникам не говорим ни да, ни нет на любые их предложения, — крепыш опустил ладони на стол. — По крайней мере, ближайшие месяцев шесть.
— Хочешь, чтобы всё устаканилось и улеглось?
— Да. Пусть этот пирог съедят без нас, когда-нибудь будет следующий. Тогда и настанет наше время.
— Всех это только обрадует, — заметил кузен.
— В Столице удар по нашему представительству обезглавил целые службы клана! В масштабах нашей структуры мы сейчас ничем не отличаемся от царевича Владимира! Плюс я потерял сына, — на лице сорокалетнего не было заметно сколь-нибудь значимых эмоций. — У нас меняются приоритеты. Если бы у тебя была не дочь, а тоже сын, тогда были бы варианты. Но увы…
— Это понятно, — перебил кузен. — Хочешь сказать, всё, что мы сейчас завоюем — если завоюем — будет некому оставить?
— Именно. В гроб с собой всего не заберёшь, а дочери отнесут приданое в другие кланы. — Достаточно логично подвёл итог сын патриарха. — Не знаю, как ты, а я сейчас озабочусь производством второго наследника — туда и все усилия направлю. Задача на годы.
— С женой будешь наследника делать? Или?..
— Сразу по всем направлениям; где взойдёт, там и слава богу. Обстоятельства сложились так, что теперь приходится успевать: мне уже сорок и эта неделя показала, что царь не зря воспитывает на царство троих параллельно. Не одного, как мы.
— Что с Ржевским будем делать? — подал голос патриарх.
— Пока ничего. Я понятия не имею, что с ним можно сделать: разгром столичной резиденции ярко показал, что мы ничего не контролируем. Как бы на более серьёзную ответку не нарваться.
— А я тебе ещё тут это говорил, после вторжения на сороковой этаж, — заметил дед.
— Я ошибся. Списал на случайность и ошибся. Потерял ребёнка. Хочешь что-то добавить?
— Ржевского просто так из рук выпускать не хочется, — примирительно бросил третий, которому не нравились пронзительные взгляды отца и сына друг на друга. — Неужели это всё ему сойдёт с рук?
— Мы его не держим, чтобы выпускать, — неприязненно заметил брюнет. — Пока мы за этим пацаном и его участком гонялись, как Полкан без ошейника, он и нас головой в дерьмо ткнул, и самого Ноль-первого при всей стране в суд потребовал! Сегодня такие тёрки — не наш уровень, увы. Надо зализать раны.