Законы Беззакония (СИ)

— Привет, Артём! Знаешь, я думаю, что ты правильно поступил, Алёша давно пересёк все границы! А Аркадий и вовсе многим не давал жить, — произнесла она, кокетливо склонившись надо мной.
Смотря на неё через призму подросткового разума, в неё можно было бы даже влюбиться, хороша чертовка! Белоснежная фарфоровая кожа, приятные черты лица, мягкий тембр речи. Однако её поведение отталкивало. Я ведь чётко помню, как раньше она, казалось, вовсе не замечала меня, словно я был призраком в её мире. Очевидно, она из тех, кто всегда находится рядом с местным альфой, и стоит ему смениться, как она без раздумий переключается на новую цель.
— Слушай, я что-то не понимаю, ты смеялась надо мной за спиной, а теперь клеишься?
— Я не клеюсь! — оскорблённо произнесла она.
— Называй как хочешь, Настюша. Знаешь, больше всего в жизни я ценю качество, именуемое верностью, а женщины вроде тебя, лишённые его напрочь, меня не интересовали и не будут интересовать, — резко ответил я, избавляясь от раздражающей занозы, и под ещё более удивлённые взгляды схватил портфель и направился к выходу.
  
Глава 2
 
Вернувшись домой и переодевшись в домашнюю одежду, я подвёл итоги школьного дня. Двое из троих хулиганов были проучены, директор оказался достойным человеком, с которым можно иметь дело, а Сергею Петровичу нужно устроить темную — уж больно нагло он себя ведёт. А пока за две недели отстранения нужно привести тело хотя бы в относительно приличную форму, навалять Кириллу и заработать денег. Благо с первым пунктом всё оказалось элементарно: порыскав по дому в поисках тренировочных снарядов, я нашёл скакалку. На первый взгляд, наличие лишь одного этого снаряда может показаться ничтожным, но не для меня. Ведь ещё в прошлой жизни я осознал, что главное в бойцовском искусстве, за исключением характера и воли, это ноги. А данный снаряд очень полезен в их функциональном развитии. Потянувшись и разогрев тело дома, я отправился на ближайшую спортивную площадку, где еле-еле пропрыгал пару минут, всё время прерываемый то пульсацией в руке, то болью в ногах. Ужасно умаялся и, разочаровавшись в текущих возможностях тела, понял, что это будет сложнее, чем казалось. Отказавшись от уныния, я вернулся домой и первым делом принял душ, смывая пот и усталость. Всё-таки удобно, что в современном мире массово присутствуют душевые кабинки, не приходится ждать, пока наберётся ванна. Натянув полотенце на пояс, я направился на кухню. Открыв холодильник, нашёл там уже сваренную гречку и сметану. Обед оказался довольно вкусным, и, несмотря на то, что в родной Италии эта крупа считалась кормом для скота, в новом теле мои вкусы претерпели изменения. ЭПосле трапезы я решил разобрать школьный портфель, внутрь которого даже не успел заглянуть с утра. В нём оказались учебники по алгебре, геометрии, истории, астрономии и русскому языку. Особое внимание привлекла книга по истории с названием «Новейшая история Российской империи». Поддавшись невинному любопытству и открыв её, я незаметно увлёкся и, поражённый содержанием, погрузился в изучение каждой строчки. Большинство сведений оказалось для меня новыми. Очевидно, прежний обладатель этого тела пренебрег историей, а зря! Ведь, изучая её, можно лучше понять, как мир пришёл к своему текущему состоянию. Даже неуч вроде меня, не имеющий образования и покинувший школу после пятого класса, с удовольствием приобретал исторические пособия и энциклопедии, когда удалось наладить дела с деньгами. Охваченный жаждой знаний, я завершил чтение книги лишь к семи часам вечера. Что я сумел из неё вынести? Да кучу всего, что казалось мне утопичным! Советский Союз, из страны-изгоя превратился в мирового лидера, укрепился и занял ключевую позицию в мире: первым отправил человека в космос, создал луноход и сверхзвуковой пассажирский самолёт, доминировал на олимпиадах, а затем также стремительно, как возник, канул в небытие. А из его остатков восстало пятнадцать независимых государств, причём одно из них, а именно Российская империя, лишь номинально называлась единой. В реальности же страна после кровопролитной гражданской войны разделилась на пять практически независимых губерний: Московскую, Уральскую, Южную, Сибирскую и Дальневосточную. Каждая из которых ведёт свою уникальную политику, лишь раз в два года устраивая съезд сената, регулирующего общие экономические и военные вопросы. То есть, нынешняя страна скорее не империя, а военный и экономический союз. И это не всё! Помимо этого, во всех губерниях разная социальная структура. Например, в Московской губернии статус определяет лишь класс в табели о рангах, потому что местное руководство имеет сильный административный центр. В то время как во всех остальных губерниях более разрозненная управленческая система, где даже существует аристократия, воскресшая после семидесяти с лишним лет советских гонений. Сложно! Аж голова кругом идёт. И угораздило же меня переродиться в этом политическом муравейнике. Впрочем, эта информация никак не влияет на мои текущие цели, поэтому, отложив книгу, я решил передохнуть, сварив кофе, как вдруг дверь квартиры отворилась, а в коридоре послышался цокот каблуков.
— Привет, мам. Ты сегодня поздно, — произнёс я, вспоминая, что обычно она приходит уже к шести часам вечера.
— Артём, не придуривайся, — неожиданно ответила она, из чего я сразу сделал вывод, что этот чёртов Сергей Петрович и здесь постарался.
— Мам, я могу всё объяснить… — уже хотел начать я длинную оправдательную тираду.
— Не нужно, Артём, я глубоко разочарована! — произнесла женщина и, скинув верхнюю одежду с каблуками, зашла в мою комнату, начав сверлить недовольным взглядом. — Сегодня Константин Владимирович вызывал меня к себе в кабинет, сообщил, что тебе стало плохо на втором уроке и тебя отправили в медпункт. Я же умоляла тебя остаться дома, а ты всё равно настоял на своём! Я знала, что так и будет! Директор сказал, что тебе необходимо как минимум две недели покоя.
Viva Константин Владимирович! И здесь он меня выручил, не позволив тому ублюдку зря нервировать мать. И пусть я знаю её всего два дня, каждая частичка моей новой памяти пропитана уважением к этой святой женщине.
— Ты права, мам. Больше не буду с тобой спорить, а вместо этого добросовестно отдохну. Согласился я с madre, которая весь вечер не отходила от меня, печась о моём самочувствии, правда не столько физическом, сколько психологическом.
А проснувшись по утру, как и вчера, я обнаружил на кухне горячую кашу. И всё-таки, как же приятно, когда о тебе кто-то заботится! В будущем я обязательно отплачу этой прекрасной женщине за все её труды, а пока у меня есть задача на сегодня, а именно — побить Кирилла. Поэтому, поев и переодевшись в джинсы и нелепую толстовку, я отправился в школу караулить этого урода с полной уверенностью в успехе своей авантюры.
У порога школьных ворот я ошивался уже в 7:40, пришёл даже раньше, чем когда у меня были занятия. Проходя мимо ворот, большая часть учеников бросала в мою сторону молчаливый кивок, полный страха и благоговения одновременно, видимо, слухи обо мне распространились по всей школе. Ай да, сарафанное радио! Но вот уже прозвенел звонок, а Кирилла всё ещё не было видно. Неужели мудак вроде него заделался в образцовые ученики и пришёл пораньше? Уж было подумал я, как завидел его приближающуюся фигуру.
Размашистая походка, топот массивных ботинок, квадратное лицо, усеянное свежими синяками — это однозначно был он.
— Отойдём, бугай, — небрежно бросил я, едва он оказался в двух шагах от меня.
— Ты кто? — удивлённо спросил хулиган, остановившись напротив меня.
— Артём, который вчера навалял твоим друзьям! — ответил я, сжав кулаки.
— В который раз повторяю, они мне не друзья! — раздражённо рявкнул Кирилл.
— Не важно, у меня к тебе претензии, и я намерен их решить. Отойдём или прямо здесь впечатать тебя в асфальт?
— Ну и заноза! — тяжело вздохнув, произнёс он. — Сам ведь знаешь, что у тебя нет шансов. Зачем пристаёшь?