Покров (СИ)

Вася кивнул, приподняв вишнёвую шляпу.
Так куда же ей всё-таки нужно? Кого бы попросить показать. Выпрямившись, Василиса потихоньку бросила взгляд на Васю, который сидел, расслабленно откинувшись на спинку кресла, и барабанил пальцами по острой коленке. Отец Фома, кажется, сказал, что это своего рода проводник. Может, он и Василисе дорогу покажет? Только как объяснить, куда ей нужно?
Как-то их кто-то называл. Какое-то слово звучало… Но времени вспоминать не оставалось – солнце почти зашло. Василиса вскочила и, цепляясь за поручни, подошла к креслу Васи.
– Э… – Как к нему обратиться, она придумать не успела. – Может, вы сможете мне помочь? – Василиса даже выдавила улыбку. Скелет поднял голову и уставился на неё пустыми глазницами. – Мне кое-куда нужно попасть, но я не знаю, как. – Вася с клацаньем пошевелился, приняв позу заинтерсованности. – Там сегодня соберутся… Господи, как же их… поклонники.
Как только нужное слово прозвучало, Вася поднял руку и щёлкнул пальцами. Автобус мигом затормозил, так что Василиса чуть не полетела кувырком по полу. Успев уцепиться за поручень, она подпрыгнула и ударилась о кресло.
Вася встал и вышел в открывшуюся переднюю дверь, Василиса, потирая пятую точку, поковыляла за ним. Высадились они посреди дороги, за обочиной которой простирался густой лес. Васю заросли ни капли не смущали, он топал напролом, не обращая внимания на прутья, хлеставшие по лицу (или что у него там было) и царапавшие дорогой костюмчик.
А вот Василисе приходилось уворачиваться, чтобы не остаться без глаз. Она лишь стремилась не упустить из вида высокую тощую фигуру, теряющуюся в сумеречном лесу. Нога соскользнула с чего-то жёсткого, чуть не подвернувшись. Как будто камень. Василиса уже прошла было мимо, но потом остановилась и вернулась. Краем глаза она рассмотрела этот «камень» – светлый, весь в лесной пыли.
Сев на корточки, подняла его. Никакой это не камень, а вырезанный из дерева миниатюрный мозг. Точно, слабо пахнет чем-то вроде ванили. Значит, здесь прошёл Гаврил. Только как он допустил, чтобы его ненаглядный мозг остался валяться на земле, у всех под ногами.
Сунув находку в карман, Василиса побежала за Васей, уже почти скрывшимся в зарослях. Бегом она почти его догнала, но сбавила ход, увидев тощую фигуру на фоне багровых отсветов между деревьями. Скелет стоял, как ни в чём не бывало, сунув руки в карманы и чуть склонив голову набок.
Встав рядом, Василиса разглядела за деревьями полянку, на которой копошились тени. Полукруглая ровная площадка по окружности была огорожена длинными тонкими чёрными столбами, а её края примыкали…
– Господи, это Вражья гора, – прошептала Василиса.
В скалистой стене сиял провал, словно огромная трещина. Перед ним выстелили красную дорожку, на которой лежало нечто продолговатое, вроде большого ящика, набитого чем-то светлым. Вокруг сновали люди. Присмотревшись, Василиса узнала жителей Совхоза. Все нарядные, с причёсками и макияжем. Как на праздник собрались.
Люди кучковались слева от торжественной дорожки, будто роясь в огромном улье. Что они говорили, разобрать не получалось.
– Солнце садится, – звонко сказал знакомый женский голос.
Толпа расступилась, вперёд вышел здоровенный мужик с тёмной повязкой на глазу. Редкий случай – Короедов вырядился в костюм с отливом, висевший на нём мешком. Он тащил за локоть человека, волочившегося по земле. По светлым волосам, забранным в петельку, Василиса узнала Гаврила. Чуть не вскрикнула, но мигом закрыла руками рот.
Гаврила, руки которого были связаны за спиной, Короедов швырнул к ящику. Когда парень грудью упал на бортик, светлая масса внутри ящика зашевелилась.
Короедов встал рядом, пнул Гаврила ногой, повернулся лицом к пещере и поднял руки вверх. Толпа, расступившись у дорожки, затихла.
– О великий! – проорал Короедов. – Мы собрались здесь, чтобы возблагодарить тебя!
Так, с задранными руками, Короедов и поклонился. Остальные синхронно сделали то же. Пока они стояли, оттопырив пятые точки, рядом с Василисой что-то тихо щёлкнуло. Оторвав взгляд от полянки, она увидела, что Вася протянул ей раскрытую опасную бритву.
 
Василиса отчаянно замотала головой, давая ему понять, что отказывается и в жизни эту штуку в руки не возьмёт.
Внезапно земля под ногами задрожала, послышался гул и тут же, следом за вибрацией пронеслась волна вроде взрывной. Она вырвала с корнем и повалила все деревья рядом с Василисой, так что пришлось вцепиться в Васю, чтобы не попасть под рухнувшие стволы. Рукав его пиджака под пальцами смялся, и хватка сомкнулась на твёрдой тонкой кости. В лицо бил ветер, кожу царапали мелкие колючки, отчего пришлось зажмуриться. Волна оказалась такой силы, что даже ноги на пару секунд оторвались от земли.
Когда всё улеглось, и Василиса, снова ощутив почву под ногами, выглянула из-за Васиного тощего плеча, оказалось, что все поклонники, разом повернувшись, в тупом молчании уставились на неё.
– Привести! – прозвучало прямо в голове Василисы.
Короедов поднялся, набычился и, по-звериному оттолкнувшись от земли, прыгнул. По дуге он перелетел всю полянку и наскочил прямо на Василису, опрокинув её на спину. Словно хищник, захвативший добычу, он закинул её на плечи и тем же путём вернулся к месту проведения ритуала. Как послушный пёс, выполнивший приказ хозяина, он бросил свою ношу на землю рядом с Гаврилом.
Чудом увернувшись от торчащих из ящика гвоздей, и больно занозив ладони о неотёсанные доски, Василиса завалилась на бок. С трудом приподнявшись, она заглянула внутрь и ошеломлённо застыла. Огромные глаза связанной по рукам и ногам Зои умоляюще смотрели на неё, приоткрытый рот пересекала верёвка, вдавленная в щёки. Василиса инстинктивно отшатнулась, но кто-то сильно пихнул её в затылок. Поняв, что пока лучше не дёргаться, она сжалась в комок рядом с Гаврилом, сидевшим на коленях. Снизу хорошо было видно его окровавленные ноздри.
– О великий! – снова заорал Короедов где-то позади. – Мы приносим тебе дар! Та, кого ты велел привести, но которая так и не поклонилась тебе! И тот, кто должен был сегодня принести тебе её! Он тоже не захотел быть с нами!
Судя по тому, как резко дёрнулась голова Гаврила, Короедов, дал ему подзатыльник.
– И ещё вот эта!
Теперь пихнули Василису, и она, как сидела скрючившись, так и упала.
– Они не хотят быть с нами и мешают нам! Прими их в дар и исполни наши просьбы! – Короедов достал откуда-то папку с торчащими из неё листами и аккуратно положил на Зоин впалый живот.
Толпа поклонников зашевелилась, но в следующий миг по полянке пронёсся ветерок, так что все снова замерли.
– Последний шанс, – прошелестело в голове Василисы.
Короедов подобострастно закивал и засуетился вокруг ящика с Зоей. К нему на помощь поспешила жена в красном блестящем платье и с замысловатой причёской. Она неуклюже переставляла ноги в туфлях на высоченных шпильках, вонзающихся в землю. Кружевные края чёрных чулок выглядывали из-под узкого подола.
До Василисы доносился приторный запах её духов. Вдвоём они убрали изо рта Зои верёвку и помогли ей сесть в ящике. Видимо, у Зои тут же закружилась голова, так что она, тяжело дыша, повалилась на бок.
– Поклонись мне, – пронеслось над полянкой. – Ты лучшая из всех, но лишь я могу раскрыть твою силу. Я дам тебе то, чего ты желаешь. Я обручу вас, я вознесу вас обоих…
Зоя, слабо и осоловело улыбнувшись, легла обратно в ящик.
– Она не желает тебя, господин! – проверещала Маркета Павловна.
– Теперь ты!
Гаврила будто ткнули в грудь, дёрнув за подбородок. Его голова запрокинулась, он судорожно хватал воздух ртом.
– Поклонись же! Ты получишь то, чего так страстно желаешь!
– Давай, сынок, сделай, как тебе велят, – проскрипел где-то рядом голос главы администрации. – Всего-то и нужно, что поклониться. Давай, давай.
Лисовский подскочил и стал давить Гаврилу на затылок, пытаясь наклонить его голову. Но Гаврил так и не склонился – сидел прямой, как столб.