Покров (СИ)

– Садись. – Диана, не вставая, кивнула на диван.
Василиса осторожно села рядом с Олесей, всё листавшей журнал. Штору с глубокими складками золотили отблески заката. Темнело, но свет почему-то не включали. Огромная люстра с сотней висюлек тускло посвёркивала над гостиной. Камин темнел за толстым стеклом, большой плазменный телевизор над ним отражал размытые силуэты в чёрном экране. На стенах – картины с животными, на одной – репродукция гравюры Дюрера. Не то заяц, не то кролик, Василиса точно не помнила, как будто процарапанный на листе, обрамлен в хромированную раму размером метр на метр.
– Пришлось задержаться на работе? – голос Дианы прервал рассматривание обстановки.
– Да, там книги новые пришли, надо было их зарегистрировать. – Василиса сползала с кожаного дивана, но почему-то не решалась сесть повыше. Он ведь предательски заскрипит.
– А почему ты этим занимаешься, а не библиотекарша?
– Она сегодня не работает. У неё же дети. – Вроде бы Василиса видела худосочную библиотекаршу с четырьмя шумными детьми на набережной.
– А, ну да. Целый выводок. Они её, кстати, доводят. Видели, какая она вымотанная?
– Ага, – подхватила Олеся, – волосы не красит, маникюра нет, брови – вообще кошмар.
– Тебе не противно делать чужую работу? – Диана склонила голову к плечу. – Зачем ты вообще туда ходишь?
– Из-за денег? – спросила Олеся, подняв яркие чёрные брови.
– Да нет, у тебя же нормальные родители, – махнула рукой Диана. – Мама врач, да? А отец – полицейский? Да?
– Да. Я просто хочу быть независимой. – Василиса на всякий случай сцепила руки, чтобы отсутствие маникюра у неё самой не бросалось в глаза.
Олеся хотела что-то сказать, но Диана махнула на неё рукой, чуть повысив голос:
– Это нормально, я понимаю. Хорошо же, когда ты сама, на свои деньги покупаешь себе смартфон и делаешь маникюр, правильно?
У Василисы пересохло во рту. Она ведь, и правда, устроилась на работу, чтобы на Новый год подарить себе хороший смартфон, потому что её старый неудачно упал, и экран от угла до угла пересекла трещина.
– А я думаю, что девушка вообще не должна работать, – сказала Олеся, рассматривая длинные миндалевидные ногти со стразами. – Это даже как-то неприлично.
– Если ты работаешь только потому, что сама так хочешь, и сильно не напрягаешься, то нормально. – Диана снова махнула на хотевшую возразить Олесю рукой. – Почему вы сюда переехали?
– Отца перевели. – Василиса почувствовала, как спина вспотела. На эту тему даже дома старались не разговаривать.
– Ясно. И как тебе у нас?
– Хорошо, – пожала плечами Василиса. – Чистый воздух, вода, речка рядом, можно купаться.
– А магазинов нормальных нет, – заныла Олеся, – салон красоты всего один, да и то – только маникюр, ресницы, брови. И всё у этой самоучки на дому. Ни тебе нормальной эпиляции, ни ламинирования, ни шугаринга.
– Ничего, можно иногда и в Нижний съездить, – бросила Диана. – Даже лучше, не только же дома сидеть. Потом, когда школку закончишь и уедешь, в любой салон сможешь пойти.
– А вы все собираетесь отсюда уезжать? – зачем-то спросила Василиса.
– Конечно, – фыркнула Диана. – Высшее образование всё равно надо получать.
– Почему – всё равно?
– Ну, не факт, что ты потом будешь работать по специальности, правда? – Диана, вытянув руку, рассматривала свои длинные ногти пастельных цветов. – Но образование всё равно нужно. Ты вот куда хочешь поступать?
– Не знаю, на журналистику, наверное.
– А я вот пока не решила.
– А ты дело родителей не хочешь продолжать?
– Это свинарник-то? Нет, ещё чего. – Диана со смехом покачала головой. – А журналистика – это правильно, особенно когда ведёшь блог. Я, кстати, на тебя подписана.
– У тебя тоже есть блог?
– Конечно! – Диана достала из-за спины планшет и показала Василисе свой аккаунт классической фитнес-няши с двумя тысячами подписчиков. – Я тоже за здоровый образ жизни.
Василиса тут же подписалась на аккаунт Дианы и Олеси, у которой подписчиков насчитывалось в десять раз меньше.
– Ты, кстати, очень толково пишешь про солнечные батареи. – Диана пролистывала записи в планшете. – У нас здесь везде такие.
 
– Да, я уже заметила. Это классно и большая редкость.
– Такой совхоз, как наш, вообще большая редкость, – кивнула Диана. – Мои родители очень стараются. Новые книжки, кстати, тоже они оплатили.
Василиса одобрительно помычала.
– Ты их там все переписала? – спросила Олеся, качая согнутой ногой.
– Гаврил обещал помочь.
– Гаврил, пфф-ха! – Диана зашлась смехом, Олеся тоже расхохоталась, запрокинув голову и демонстрируя отбеленные зубы. Даже Даша, о которой Василиса уже забыла, рассмеялась. – Не обижайся, – Диана махала руками перед лицом. – Просто ты потом перепроверь, как он тебе там поможет. Он у нас дурачок.
– Ага, на пару с дурочкой Зоей, – фыркнула Олеся.
– С кем? – не сразу сориентировалась Василиса.
– Ну, Зоя, эта бледная поганка – ни макияжа, ни маникюра. Ходит всё с косичками, пучками и в дурацких платьях. – Олеся поморщилась. – У неё родители развелись и уехали, мать вообще за границей живёт. А эта Зоя здесь с бабкой осталась.
– А, да. – Василиса с трудом припомнила незаметную Зою, всё время смотревшую в пол и сидевшую на задних партах. – А они с Гаврилом пара?
– Да кто ж их разберёт, этих фриков, – Диана пожала плечами. – А тебя это волнует?
– Ну и имечко – Зоя, фу. – Олеся сделала вид, что её вырвало. Это избавило Василису от необходимости отвечать на вопрос Дианы.
– Да ладно тебе, нормальное имя. Вот у тебя классное имя. – Диана со щелчком пальцев указала на Василису. – Как в сказке, да? А тебя дома родители как называют?
Василиса только улыбнулась и покачала головой. Потому что да, дома родители звали её Васей.
– У нас здесь есть. – Диана, продолжая улыбаться, сделала паузу. – Своя сказка. Про лунного кролика.
Олеся сверкающими глазами сверлила Василису, Диана выпрямилась в кресле и немного подалась вперёд.
– Умеешь тайны хранить? – спросила Диана, понизив голос.
– Да, – решилась кивнуть Василиса, снова ощущая, как заторопился пульс.
– Я сразу поняла, что тебе можно доверять, да? – Этот вопрос обращался к Олесе, которая энергично закивала. – В общем, слушай. Это местная легенда, только секретная. В твоём музее ты ничего о ней не найдёшь, потому что её передают, как говорится, из уст в уста. Давным-давно, когда ещё даже совхоза не было, а было только Черноречье, один охотник отправился в лес.
– Здесь разрешена охота? – услышала Василиса собственный голос и тут же закрыла рот руками. В памяти мелькнул образ отца, уходившего ночью с ружьём.
– Охота? – переспросила Диана. – Не знаю. Но тогда-то все охотились, да? В общем, пошёл один охотник в лес. И ничего не мог подстрелить, ходил-ходил, ничего так и не нашёл. Забрёл куда-то в глушь, заблудился. Расстроился. И думает – как домой-то попасть? И вдруг видит – бежит кролик. И такой он был необычный и хорошенький, что охотник так и не стал в него стрелять. Но кролик не убежал, а сел рядом и оглядывается, как будто за собой зовёт. И охотник пошёл за ним. Думает – может, сможет выйти из чащи. И действительно, кролик вывел его из леса. Охотник это всем рассказал, но ему мало кто поверил. А потом один парень, из знатных, хотел жениться на бедной девушке. Но у неё же нет приданого, ему родители и запретили. Но они так любили друг друга, что решили убежать. И убежали в лес, но девушка говорит: «Ты лучше возвращайся, зачем я тебя у родителей уведу». А он такой: «Я так сильно тебя люблю и так сильно хочу жениться, вот бы у тебя было приданое!». И раз – бежит необычный кролик. Это было ночью, и он так красиво переливался при луне, что они засмотрелись. А потом вспомнили, что охотник рассказывал, и побежали следом. И что ты думаешь? Там оказался сундук с сокровищами. Они их взяли и потом поженились.
В сгустившихся сумерках казалось, что глаза Дианы и Олеси сверкали.