Пристань Лотоса (СИ)

Джейми взглянул на разорванные в хлам подушки, одеяло и простынь, порезанную на лоскутки. Ох! Это…
— Простите, — пролепетал он оторопело. Ему было стыдно за то, что он устроил подобное, но почему демон его не разбудил и не остановил?
— Мне пришлось кинуть ловец снов, чтобы до тебя добраться, — лорд Дарион с упреком повел головой, указав на полог кровати. Он был явно недоволен тем, что пришлось тратить силы на сумасшедшего небожителя.
  
Джейми взглянул наверх. Над пологом раскинулась искрящаяся яркими цветами паутинка, нити которой переплетались между собой, закручиваясь по центру в ярко-красный символ. Создание подобного ловца снов требовало немалых способностей. Обычно его создавали матери над кроватями своих детей, но в очень, очень уменьшенном размере.
Поразительно.
— Простите.
У него не было слов. Неужели его кошмары настолько вышли из-под контроля? Хотя неудивительно, учитывая насыщенные событиями дни. Задумавшись о красивых серебристых и красных линиях паутинки над пологом, Джейми даже не сразу осознал всю ситуацию целиком. Он лежал в постели с полуобнаженным демоном высшего уровня и не чувствовал его давящую ауру.
— Что означает золотистый цвет небожителей? — внезапно спросил лорд Дарион, так резко изменив тему разговора, что это сбило с толку.
Джейми оторвался от рассматривания ловца снов и взглянул на демона с настороженностью. Странно было то, что он сказал «золотистый» — не «желтый». Словно знал нюансы оттенков эмоциональных состояний небожителей с точностью до тона. Это было маловероятно, так как порой даже сами жители Поднебесной путали их.
— Это мой цвет, — честно ответил Джейми. Обычно эту информацию о себе не распространяли, но под пристальным, испытывающим взглядом демона было сложно соврать.
— Насыщенность цвета зависит от вашей духовной силы?
— Да.
— Чем ярче, тем сильнее небожитель. Но лишь королевская семья может похвастаться насыщенными оттенками.
Джейми не понимал, к чему подобный разговор, да еще ранним утром в окружении перьев, беспорядка и все еще висящей паутиной над ними. Цветовая палитра небожителей не была ни для кого секретом. Многие знали их особенность менять цвет волос в зависимости от эмоционального состояния, но немногие разбирались в нюансах и значениях.
— Свой цвет вы принимаете в спокойном состоянии, верно? — с некой иронией, словно считал подобную особенность глупостью, спросил лорд Дарион. Его осведомленность удивляла.
Джейми скосил взгляд на свои хвосты. Золотистые?! Как такое возможно? Разве он сейчас спокоен?
Джейми недоуменно прислушался к себе — он не чувствовал удушающего страха, который преследовал его с момента пробуждения в новой сущности. Не чувствовал давления темной силы демона. Не чувствовал разбивающее вдребезги отчаяние после ночных кошмаров. Он вновь перевел взгляд на лорда Дариона, ловя его веселящийся взгляд и самодовольную улыбку на губах.
— Твое выражение лица крайне оскорбительно. Неужели ты сомневался в том, что рядом со мной можешь испытывать подобные эмоции?
Джейми в смятении смотрел на лицо демона, которое было так близко, на эту улыбку, которая внезапно завораживала, привлекала внимание и отчего-то сбивала ровное сердцебиение.
— Ты такой глупый, — со смешком произнес лорд Дарион, но безобидно, без желания унизить и обидеть.
Джейми захотелось оправдаться. Он ведь совсем не глупый, он был лучшим учеником в Школе Поднебесной, мастером заклинаний, умеющим комбинировать символику заклятий с легкостью короля Эдмунда. Он был хорош в десятках областей, включая астрономию, целительство и архистацию, которой овладевали вообще единицы во всем мире. Но рядом с этим демоном он и правда превращался в несмышленого птенца, едва столкнувшегося с миром.
— Ловец снов, Джейми. Он не сны забирает, он эмоциональную окраску сглаживает, — пояснил лорд Дарион. — Я слышал, что младший сын короля Поднебесной был удостоен звания самого молодого архистаца в Арагване, колыбели науки всего мира. Неужели слухи настолько преувеличены?
У Джейми не было ответа. Он уже не был уверен в том, что имеет хоть что-то общее с младшим принцем Поднебесной, с тем альфой, которым был когда-то.
Стены спокойствия начали трещать.
Омега. Теперь он омега. Беспомощный и жалкий представитель одного из самых сильных народов мира.
— У тебя все мысли на лице написаны. Научись лучше себя контролировать, — посоветовал лорд Дарион.
Джейми стушевался под столь пристальным вниманием.
— Потрогай свои хвосты, — внезапно снова сменил тему демон.
— Что?
— Ты даже не смотришь в их сторону, а они стали частью тебя. Потрогай их, — настойчиво повторил лорд Дарион.
Джейми не решался. Ему казалось, что если он сделает вид, что их нет, то они исчезнут сами собой.
— Хочешь, чтобы это сделал я? — Лорд Дарион выгнул бровь и потянул руку к нему.
— Не надо.
Джейми отодвинулся в сторону, смотря волчонком на руку, что тянулась к нему. Он ожидал, что демон сейчас все равно поступит по-своему, подавит его волю и вынудить сделать что-нибудь отвратительное. Но лорд Дарион опустил руку, так и не дотронувшись.
— Ты их ощущаешь? — с интересом ученого спросил он. Казалось, Джейми его интересует лишь как объект незнакомого ритуала, и это успокаивало. — Как часть себя?
— Да.
— Я не причиню вреда. Позволь мне прикоснуться к ним, — попросил лорд Дарион.
Джейми озадачивало то, что демон говорил с ним подобным тоном, не подавлял своей силой и не принуждал, хотя ему ничего не стоило получить желаемое без уговоров. Может быть, поэтому Джейми не остановил его, когда тот снова протянул ладонь и осторожно прикоснулся к хвосту лишь кончиками пальцев, будто к чему-то священному и запретному. Джейми, затаив дыхание, смотрел на изменившееся лицо лорда Дариона, который с завораживающим взглядом скользнул пальцами в мех хвоста. Сердце сбилось со спокойного ритма, и цвет стал меняться с красного до белого, переливаясь неопределенными оттенками, словно не до конца понимая, что происходит с эмоциями.
Лорд Дарион заметил его состояние, но ничего не сказал, продолжил свои исследования. Джейми старался не шевелиться и не дергаться, но внезапное трепетное волнение окутало его, когда лорд Дарион ласкающими движениями провел по всей длине хвостов, с легким усилием, как по шерстке котенка. И Джейми совершенно по-глупому захотелось, как животному, ластиться и мурчать. Стало приятно. Даже очень. Но напряженное ожидание плохого смазывало ощущения, не позволяя насладиться моментом.
— Они выглядят в точности как хвосты омеги-небожителя, — спустил его с небес на землю демон, напоминая об истинном положении дел. — Научись ими пользоваться как оружием.
— В них нет силы ваших шидэ, — напомнил Джейми.
— В них сила иного рода. И когда ты ее поймешь, ты многое сможешь.
Лорд Дарион убрал руку, напоследок проведя открытой ладонью по кончикам хвостов. Ощущение отдалось внизу живота приятным томлением. Джейми неосознанно, бездумно пожелал отстраниться от этого чувства, и хвосты, словно послушавшись его воли, сдвинулись в сторону, прячась в перьях. Это был первый раз, когда они вообще сдвинулись сами по себе, без применения физической силы. Джейми поймал улыбку лорда Дариона, по глазам которого было видно, что он понимает его больше, чем Джейми сам себя.
— Ты забавный ребенок, — лорд Дарион потрепал его по волосам, как малыша, чем ввел в еще больший ступор. — Давно я не видел, чтобы так откровенно смущались в моей постели. Ладно, лисенок, — поднимаясь, лорд Дарион смахнул с себя перья, — вставай. Нам пора завтракать и присоединиться к гостям, которые и так давно уже ждут нас.
  
Информация о гостях прошла мимо сознания. Джейми все еще был сбит с толку незнакомыми чувствами. Неужели все омеги Поднебесной испытывали нечто подобное, когда трогали их хвосты? Джейми слышал, будучи подростком, в военных походах, пока его не сослали в Храм, о том, как солдаты пошло шутили об омегах в своих постелях, о том, какими страстными те могут быть.