13-й демон Асмодея. Том 2 (СИ)

Я снова посмотрел на князя Безносова. Придётся Михаилу Кимовичу самому выкручиваться, благо, соображалка у него работает на сто процентов. Не зря император именно его выбрал для командировки в эту глушь, если только это, конечно, не влияние Асмодея. Кто знает, сколько он топтал эту землю в образе князя и каких дел успел наворотить.
— Галька, что ты делала в палате у Великого князя? — прошипела Наталья Сергеевна, прижав Акимову к стене.
— Светку искала. Сегодня же Светка дежурит? — Наталья Сергеевна неохотно кивнула, подтверждая её слова. — Светки в палате не было, зато этот через окно, да прямо на парня того. С ножом. Ну я и… Вот. А это что, правда цесаревич? — она повернулась ко мне.
— Правда, — я задумчиво смотрел на неё. — А почему ты не сбежала и на помощь не позвала? Для женщины это было бы куда уместнее.
— В ступор впала, а потом всё как в тумане было, сама не знаю, как железку эту схватила, которая на столе лежала, — буркнула она. Судя по всему, истинную причину своего поступка она нам не расскажет.
— А ты зачем Светку искала? — спросила Наталья Сергеевна, сложив руки на груди. Я снова поразился, что никто сильно потрясённым не выглядит. Наверное, это близость пустоши так на местных действует.
В коридоре тем временем началась суматоха. Приехавшие с князем бойцы слегка очухались и начали суетиться. Появился огромный чёрный мешок, я так понимаю, для трупа. К крыльцу с рёвом подъехала машина. Князь же, одёрнув мундир и бросив на Гальку странный взгляд, снова зашёл в палату к цесаревичу за очередной порцией горячих звездюлей. Самое странное заключалось в том, что никто больше не суетился. Не выскакивал в коридор, не пытался выяснять, что случилось. Словно персонал не слышит, что здесь творится.
Эта суета нас отвлекла. Мы все втроём повернулись в ту сторону, на мгновение забыв о Гальке.
— А князь всё-таки молодец, — голос старшей медсестры вывел меня из задумчивости. — Когда вы в палату забежали, Денис Викторович, он активировал малый следственный полог. Не нужно остальным знать, что за страсти здесь творятся. Лишняя паника может только помешать следствию.
— А я всё думал, почему никто больше в палату не ломится, да и здесь в коридоре суматоха уже улеглась? — я присмотрелся. Точно, на дверь словно плёнка переливающаяся накинута, и из палаты не слышно ни звука.
— Галька, — Наталья Сергеевна вернула Акимову на землю, а то та куда-то улетела, пялясь на Безносова. Ну, с другой стороны её понять можно, таких мужиков здесь даже случайно не бывает. Так что даже Гальке Акимовой можно помечтать. Всё-таки она женщина. Наверное. — Ты зачем Светлану искала?
— Зачем я Светку искала? — Галька потёрла лоб. Увидев на руке кровь, вздрогнула и закусила губу. — Ой, точно, Петрихе же плохо стало! Вот я Светку и искала. Она замолчала, а затем выпалила: — Я же его убила!
— Галь, тебе успокоительное дать? — внезапно мягко спросила Наталья Сергеевна.
— Не, не надо, — она принялась рассматривать свои руки. — Я в завязке, — сказала она твёрдо. — А пилюли эти развязать могут. Мне бы руки помыть. Да на Петриху кто-нибудь посмотрит⁈
И тут мой значок, появляющийся на любой одежде самостоятельно, ярко вспыхнул, а в коридор выглянул Сергей.
— Денис Викторович! Посмотрите уже Акима Васильевича. Если всё нормально, то домой отпустим, а то тут чёрт знает что творится. Убрать бы его из приёмника.
— Он умирает? — я стоял посреди коридора и не знал, куда мне бежать: или к любительнице самолечения, посадившей почки, или в приёмник. Дмитрий вроде помирать не собирался. Если только он не умудрился князя прибить. Но тогда только рана могла открыться, а князю уже точно ничем помочь не сможем, только ещё один чёрный мешок предоставить.
— Да нет, вроде, — и Сергей обернулся назад, чтобы удостовериться, что точно не помирает. — Боль в спине у него. Говорит, что на кетороле получше стало. До этого-то, что только не вводил, не помогало.
В этот момент в коридор из женской палаты вышла Светлана, которую не могла найти Галька. В руках у неё был тонометр и лоток с медикаментами и шприцами.
  
— Светлана! Она подошла ко мне, улыбнувшись. — Что там? — и я указал на палату.
— Ничего страшного. Немного давление повысилось. Совсем немного, до ста сорока систолическое. Но Надежда Петровна всегда гипотоником была, для неё и такое почти криз, — она снова улыбнулась. — Таблеточка каптоприла — и всё нормально, она снова бодра и весела и спрашивает, когда уже домой можно будет отправляться.
— Так, она не умирает, там мужик с болью в спине, и Сергей говорит, что ему легче стало, — я задумчиво посмотрел в окно. — И кто тогда при смерти? — я снова посмотрел на значок.
На улице было уже темно, и в темноте разожжённый мною огонь продолжал весело гореть. Даже странно, масла-то там было всего ничего, что там может продолжать гореть-то? Щёлкнув пальцами, я погасил огонь. Он свою миссию выполнил, не дал Асмодею в кого-нибудь другого запрыгнуть, когда князь попросил его на выход.
Дверь в ординаторскую открылась, оттуда вышел серьёзный мужик и направился в нашу сторону. Он покосился на чёрный мешок, который уже тащили к выходу, и повернулся ко мне.
— Глеб Леонидович, — он протянул мне руку. — Анестезиолог-реаниматолог и считаюсь старшим нашей бригады, — говоря это, он поморщился. — У нас значок горит, — и он ткнул пальцем себе в грудь. — Кто здесь нуждается в помощи хирургической бригады? Я так понимаю, не он, — кивнул он в сторону трупа невезучего убийцы.
— Понятия не имею, — я развёл руками. Дверь в палату цесаревича приоткрылась и оттуда раздался холодный голос Дмитрия, который отчитывал князя Безносова, как мальчишку. Тут я заметил Ольгу, подбежавшую и закрывшую дверь. Сразу же стало относительно тихо. — Пойдёмте посмотрим, что там за боли в спине, — я указал на приёмный покой. — Если там действительно почечная колика, то понятно, зачем хирургическая бригада нужна.
Как только я это сказал, дверь приёмника открылась, и показался Сергей. Он хмурился, и весь его вид выражал озабоченность.
— Денис Викторович, я не могу мочу забрать даже катетером. И боли вернулись. Тут, похоже, блок уже образовался, — скороговоркой проговорил он. — Анализы взял, они в работе. Рентген включён, только ваших указаний ждём, что именно снимать.
Мы переглянулись с Глебом и рванули к приёмнику. Наталья Сергеевна побежала за нами. В дверях я притормозил: — Сергей, скатайся до бабки-соседки, любительнице подглядывать за жизнью больницы. Я дар активировал, и, похоже, немного перестарался. Глянь, не сильно ей досталось? А мы пока здесь будем разбираться.
— Ага, сейчас скатаюсь, — и фельдшер с явным облегчением выскочил из приёмника. Ну что же, посмотрим, что здесь за колика, возможно, перешедшая в почечный блок, и не с ней ли связано сияние значков, которое и не думает гаснуть.
— Почечная колика даже с блоком довольно неприятна, но не смертельна, — нахмурился анестезиолог. — Не в такие короткие сроки, по крайней мере.
— Стоя здесь, мы точно не поймём, что происходит, — я пожал плечами, заходя уже в кабинет. Надеюсь, с бабкой всё нормально, а то мало ли, вдруг это на неё наши змеи так реагируют, а мы понять не можем, кого спасать.
* * *
— Что выяснили? — Архангел Гавриил, отбывающий наказание за довольно незначительный, на его взгляд, проступок на скучной работе, занимался бумагами. В основном он анализировал деятельность своих подчинённых и их связи с Адской канцелярией, будь она неладна. Оторвавшись от очередной стопки отчётов, Гавриил посмотрел на женщину в белоснежном костюме, вошедшую в его кабинет. Стены кабинета, как и потолок, пол и вся мебель тоже были ослепительно белыми. Эта однотонность успокаивала и давала сосредоточиться.
— Не совсем понятно, что произошло. Мы выяснили, что Асмодей без согласования с нашей канцелярией пришёл вместе со своей свитой на землю под номером тринадцать, но пробыл там всего несколько дней. Если бы не доклад одного из работающих на нас демонов, то мы бы и не узнали об этой выходке, — ответила женщина, поджав губы.