Река надежды

К удивлению Изабель, Пьер не выказывал по отношению к ней и тени неприязни. Он присутствовал на всех трапезах, если был в это время дома, и, как обычно, участвовал в разговоре. Поэтому Габриель не заметил охлаждения в отношениях родителей. Мальчик радовался, что у него появился новый друг и что папа снова обедает и ужинает дома.
Голоса, доносившиеся из рабочего кабинета супруга, вернули Изабель к реальности. Поставив на поднос чайничек с кипятком, она вышла из ярко освещенной кухни в коридор и направилась к кабинету.
Взгляд Александера скользил по элегантным стеллажам с книгами и папками, в которых нотариус хранил документы. Он вполуха слушал разговор своих спутников и хозяина дома, время от времени забываясь и прислушиваясь к птичьему щебету, доносившемуся из приоткрытого окна. Блестящая кожа, фаянсовые статуэтки, ценные безделушки – все в этой комнате свидетельствовало о богатстве и хорошем вкусе его владельца. Стиснув зубы, Александер дал себе слово, что когда-нибудь у него будет такое же уютное и роскошное жилище. Знакомство с канадским торговцем ван дер Меером открыло для него двери в многообещающее будущее.
Голландец как раз закончил чтение контракта, согласно которому они с Джейкобом Соломоном становились компаньонами. Не обнаружив в тексте документа ни одного изъяна, он положил его на широкую дубовую столешницу и взял любезно протянутое нотариусом перо.
– Мсье, я признателен вам за то, что вы составили новый контракт в столь сжатые сроки.
– Не стоит благодарности, мсье ван дер Меер. Для такого, как вы, клиента…
Поправив на носу пенсне, Голландец придвинулся поближе к столу, обмакнул перо в чернила, стряхнул обратно излишек и старательно вывел под росчерком Соломона свою подпись. Опершись о книжную полку, Александер наблюдал за происходящим. Почти сразу же по прибытии в Монреаль он подписал с «буржуа» [25] ван дер Меером контракт «новичка» [26], составленный и заверенный нотариусом по фамилии Мартель. В документе говорилось, что он в течение трех лет будет работать в качестве «милье» [27] и что в первый год службы ему не придется оставаться в фактории на зимовку.
Не вдаваясь в объяснения, ван дер Меер настоял, чтобы был подписан еще один документ, согласно которому Александер становился его доверенным слугой. На тот момент они были знакомы всего месяц, но с первых же дней общения ван дер Меер отнесся к шотландцу с особым интересом и вниманием. Во многом причиной тому было умение Александера читать и писать по-английски. Новый компаньон ван дер Меера был американцем по рождению и не говорил по-французски, поэтому нуждался в человеке, который мог бы переводить с английского. Сам он с трудом читал на этом языке, а благодаря Александеру имел бы гарантии, что Соломон не обманет его ни на словах, ни тем более при составлении деловых документов. Разумеется, Александер не стал отказываться от столь выгодного предложения.
– Готово! – воскликнул Голландец, откладывая перо. – Можно переходить ко второму контракту, между мной и мистером Макдональдом.
– Прекрасно! Вот он. – Нотариус указал на документ, который лежал рядом с тем, что только что был подписан, взял его в руки и начал читать: – «Я, мэтр Пьер Ларю, нотариус провинции Квебек, временно проживающий в Монреале, свидетельствую, что…» Подпишите здесь, мсье Макдональд! – Он указал место для подписи подошедшему к столу Александеру и продолжил чтение: – «…согласно условиям настоящего контракта я добровольно поступаю на службу к господину Килиану ван дер Мееру, проживающему в Монреале…»
Александер прослушал условия контракта, определявшие его жалованье, срок службы, обмундирование, которое он получит, и перечень обязанностей, которые ему придется исполнять. Всего пару строк оставались недочитанными, когда из коридора донеслись шаги и дверь приоткрылась. Нотариус поднял голову и посмотрел на дверь, однако никто так и не вошел. Подписав контракт, он протянул перо ван дер Мееру. Потом настал черед Александера.
 
На этот раз из-за двери отчетливо донеслись голоса: вероятнее всего, хозяйка дома разговаривала с прислугой. Склонясь над документом, Александер с любопытством посмотрел на дверь. От неожиданности его пальцы сжали перо вдвое сильней обычного. Решив, что это галлюцинация, он моргнул. Но нет, он не мог так обознаться…
– Вы можете поставить крестик, мсье! Так поступают многие.
Стиснув зубы, Александер сделал глубокий вдох, чтобы совладать с волнением. Пальцы его дрожали, и в комнате вдруг стало нестерпимо жарко. Изабель – жена нотариуса Ларю? Теперь он понял, почему лицо этого человека показалось ему знакомым. Конечно, это он, тот самый воздыхатель, с которым они однажды столкнулись у дома на улице Сен-Жан в Квебеке! Стоило ему прийти к этому заключению, как свободная рука сама потянулась к поясу, на котором он обычно носил кинжал.
– Мсье, я умею читать и писать, – произнес он с нажимом. – Читать по-французски мне, правда, труднее, но, если это вас не затруднит, я все же предпочитаю ознакомиться с документом, который собираюсь подписать.
– Разумеется! – пробормотал Пьер Ларю. – Конечно, читайте! Вас никто не торопит. Пока моя супруга будет угощать вас чаем, я на минутку отлучусь!
Быстро прочитав текст, Александер поставил свою подпись, отложил перо и отошел к окну. Чтобы скрыть волнение, он повернулся к своим собеседникам спиной, скрестил руки на груди и закрыл глаза. Встретиться с Изабель в этом доме – последнее, чего он мог ожидать и… желать.
Фаянсовые чашки мелодично звякнули, когда молодая женщина поставила на стол поднос с чайным прибором. А затем зазвучал ее мягкий голос. Знать, что Изабель замужем за другим, было уже больно, но увидеть их с мужем вместе – это было больше, чем он мог вынести. Александер мысленно попросил небеса, чтобы она сразу же ушла из комнаты.
– Добрый день, мсье ван дер Меер! Собираетесь в новую экспедицию? – послышался веселый женский голос.
– Мадам Ларю, как приятно снова вас видеть! Полагаю, это будет мое последнее путешествие. Возраст дает о себе знать!
– Глядя на вас, в это невозможно поверить! Благодарение Господу, болезни обходят вас стороной!
– Изабель, позвольте представить вам нового компаньона мсье ван дер Меера! Это мистер Джейкоб Соломон, американец из… Нью-Йорка, я не ошибся?
– Yes, New York, sir! Очарован, мадам Лару!
– Приятно познакомиться, мсье!
Александер с легкостью представил, как Изабель улыбается. Ей всегда забавно было слышать, как англичане коверкают ее имя или фамилию.
– А это… мистер Макдональд! – продолжал Пьер. – Он поступает к этим двум господам на службу.
У Александера не было выбора. Он повернулся лицом к реальности – опустил руки, вздернул подбородок и выпрямился, стараясь придать себе достойный и… равнодушный вид. Между тем сердце его стучало так, словно хотело вырваться из груди, а легкая слабость в коленях заставила схватиться за спинку стоявшего слева от него кресла.
Улыбка моментально сошла с лица молодой женщины, и она побледнела, покачнулась и отступила на шаг, натолкнувшись на стоящий позади письменный стол. Чашки звякнули на блюдцах, когда она зацепила рукой поднос.
– К вашим услугам, мадам Ларю! – И Александер порывисто поклонился.
Изабель охватила паника. Ей вдруг захотелось исчезнуть, убежать отсюда со всех ног, только бы не видеть эти синие глаза, смотревшие на нее так холодно и пронзительно!
Сдерживая слезы, она подала руку, как того требовали правила хорошего тона. Александер застыл в нерешительности на долю секунды, но эта заминка не укрылась от внимания Пьера. Соприкосновение пальцев породил в телах обоих нечто подобное электрическому разряду, который прошел по всему телу. Дрожащими губами Александер коснулся руки молодой женщины и вдохнул ее запах, а потом отпустил так быстро, словно это была не рука, а кусок раскаленного металла.