Копоть (СИ)

Еще Даг успел заметить, что Светлана не носила обручального кольца. Впрочем, на женщине вообще не было ни одного украшения. Как, кажется, и косметики. При этом дама будто светилась изнутри своей естественной природной красотой, не нуждаясь в лишних побрякушках.
 — Скажите, Даг, мы с вами раньше не встречались? — женщина улыбнулась, демонстрируя некоторую заинтересованность.
Джонсон лихорадочно соображал. Или, по крайней мере, пытался. Получалось не очень, под напором женских флюидов мозг работал совсем не в ту сторону.
Это Светлана Стюарт. Предположительно, она же — Велена Стюарт. Предположительно — одна из постоянных участниц ритуалов жертвоприношений. Впрочем, глядя на ее ангельское личико, в эти невинные голубые глаза, кажущиеся бездонными, об этом как-то сразу забываешь.
Почему она спрашивает? Узнала Джонсона? Ну конечно, узнала. А как она тут оказалась? Случайность? Хрена с два! Такие случайности сами собой не образуются. Пришла целенаправленно? За ним? А не многовато ли важности для обычного инвалида?
И что ей отвечать? Правду ведь не скажешь? Но получится ли соврать?
 — Кажется, нет, — промямлил Даг, — Я бы такое запомнил.
 — Ну да, — не раздумывая согласилась Светлана, — Знаете, Даг, многие мужчины при виде красивой женщины чуть ли не с ног валятся. Буквально теряют сознание от переизбытка эмоций. Может быть, так проходила и наша первая встреча? Вы упали на пол, едва сохранив способность соображать?
Тонкий намек на ситуацию в ангаре. Тогда Даг действительно валялся мешком на грани помешательства. Но, правда, отнюдь не по причине того, что залюбовался красоткой. В тот раз он и вовсе ее не рассмотрел.
И главное — за слова ее не уцепишься. Обычный флирт, не более. Сказано ровно то, что сказано, не больше и не меньше.
 — На этот раз я постараюсь устоять, — голос Джонсона стал хриплым, как карканье ворона.
 — Прелестно! — мадам улыбнулась так, что парня бросило в жар, — Мне кажется, между нами гораздо больше общего, чем можно представить, взглянув со стороны. Как считаете, мистер Джонсон, не нужно ли нам узнать друг о друге нечто большее?
Она незаметно шагнула вперед, внезапно оказавшись вплотную к Джонсону. Запах женских волос, смешанный с едва уловимым ароматом духов, ударил в нос парню, сводя его с ума. Рука поднялась к лицу Джонсона, изящный пальчик скользнул по щеке, прошелся по шее и ниже — к груди бедолаги.
Даг понял, что пропал. Он больше был не властен сам над собой. Скажи она — и он был готов сделать что угодно. Спроси она — и Джонсон запел бы соловьем, рассказывая самые сокровенные секреты. Захоти она — и парень бы…
 — Кхм-кхм! — громкое покашливание разрушило магию уединенной пары, — А что это тут происходит? Мадам! Не могли бы вы отойти назад от моего коллеги?
Римма стояла в двух шагах, уперев руки в боки. Вид у нее был максимально грозный, кулаки сжались, будто она собралась кому-то втащить. То ли Дагу, то ли красотке рядом с ним. А может и обоим сразу.
 — Ох, конечно-конечно, — Светлана послушно отступила, — Прошу меня извинить! Кажется я невольно перешла границы дозволенного. Видите ли, ваш коллега — слишком колоритная личность. Он так на меня посмотрел, что я просто не могла устоять…
 — Что вы говорите?! — Римма просто лучилась сарказмом, — Вот уж не замечала за ним подобных талантов!
 — А вы попробуйте, обратите внимание, — на миг со Светланы сползла маска доброжелательности, и закончила фразу она на сильной ноте, — Уж поверь, дорогуша,он еще найдет, чем тебя удивить!
Она резко развернулась, не дожидаясь ответа.
 — Что-то мне подсказывает, что мы очень скоро встретимся, Даг, — голос красотки гипнотизировал не хуже магии подчинения.
Она удалилась, сопровождаемая двумя взглядами. Одним — идиотски-восторженным. И вторым — агрессивно-подозрительным.
 — Ни у какого хрена это было?! — рявкнула Римма, повернувшись к Джонсону.
 — А? А! Так я это… Вел допрос подозреваемой, — промямлил Даг, изо всех сил стараясь выглядеть совершенно спокойным.
  
 — Ага! Допрос! — Бонди едва сдерживалась, чтобы не влепить парню оплеуху, — Смотри, как бы допрашиватель из штанов не вывалился!
Джонсон покосился вниз и покраснел. Бугор в штанах явно давал понять, что «тесное» общение с «подозреваемой» не прошло для парня бесследно.
 — Это Светлана Стюарт, одна из сектантов, — обреченно проговорил парень.
 — Без тебя знаю, — буркнула Римма, — А-а-а! Дьявол! Ничего не хочу слышать! Не за тем мы сюда пришли. Вечером все расскажешь! Когда вместе соберемся. Во всех подробностях. Что тут было, как, почему. И отдельно — чем это ты таким особенным впечатлил эту фифу!
Джонсон обреченно кивнул. Как будто ему оставалось что-то иное.
 — Пошли давай, — Бонди махнула рукой в сторону, — Только ты это… Свою палатку как-нибудь сложи уже. А то парни не поймут…
Дальше дела завертелись с необычайной быстротой.
Джонсона отвели в комнату, являющую собой нечто среднее между операционной и инженерной мастерской. В середине комнаты стояло роскошное кресло с регулируемой высотой, шириной и прочими атрибутами зубоврачебного кабинета. По сторонам располагались многочисленные стеллажи, заваленные невиданными инструментами и механическими приблудами всех мастей и размеров.
Дага усадили в кресло, правда перед этим пришлось снять штаны. Вокруг суетилось приличное количество механиков: от учеников и подмастерьев до убеленных сединой мастеров. Парень не успевал оглядываться, отвечая на вопросы.
Ему подсунули какое-то питье — горькое, липкое, теплое, напоминающее земной кисель. Глоток — Джонсон сморщился от непривычного вкуса — еще глоток, парень не заметил, как опустошил стакан. А потом он как-то задремал и сразу выключился.
Временами Даг открывал глаза и порывался проснуться, но что-то как будто мешало. На глазах лежала темная пелена, слух и осязание работали вполовину нормальной чувствительности. Руки и ноги оказались закреплены вдоль кресла мягкими, но весьма плотными фалами. Затуманенное сознание воспринимало этот факт, как должное. Никакой паники и суеты — ведь вокруг профессионалы, проходит обычная врачебная процедура.
Закончился сон резко, сразу, без перехода. Под нос Джонсону сунули ватку, он вдохнул едкий раздражающий запах — и тут же очнулся. Мотнул головой, сбрасывая последние остатки дремы. Попробовал встать — не тут то было. Руки и ноги все еще держались в креплениях.
 — Спокойно, приятель, — буркнул суетящийся рядом механик, — Сейчас мы тебя освободим.
Щелкнули крепления, держатели плавно отъехали в сторону. Даг потянулся, только сейчас ощутив, как же затекло все тело.
 — Который час? — устало поинтересовался парень, едва сдерживая зевоту.
 — Да уж почти ночь, — ответил знакомый голос, — Пришлось повозиться, знаешь ли! Парой часов не отделались. Зато теперь нога — как новая!
Перед ним замер главный механик, приняв героическую позу. Ноги расставлены, плечи в стороны, голова вверх, руки скрещены на груди.
 — Встань и иди! — пафосно провозгласил Карл.
Только теперь Даг посмотрел вниз. И обомлел. Вместо обрубка ноги красовалась… нога. Только вот от бедра и ниже — механическая. Лишь по ее виду Джонсон сразу понял, что вещь дорогая, штучная, не то что выставочные экземпляры. Нога смотрелась… как вещь. Качественная, добротная, сделанная на века.
Он пошевелил пальцами — механические суставы послушно двинулись. Согнул ногу в колене — она слушалась, как родная!
Собравшись с духом, Даг встал. Было немного непривычно без костыля, но он переборол подступивший страх. Сделал шаг, второй. Присел на корточки, снова выпрямился.
 — Удивительно! — выпалил парень, борясь с головокружением, — Я все чувствую! Она прямо как живая! Как моя собственная!
 — Ха! Бери выше, приятель, — самодовольно заявил Карл, лучась добродушием от услышанной похвалы, — Это не просто протез — целое произведение искусства! Когда привыкнешь — поймешь. Еще и спасибо скажешь. Будешь бегать быстрее, чем раньше.