Княжна для Альфы

 
Инна Дворцова
 
Княжна для Альфы
  
Глава 1. Дань
 
– Дань великому Брену Витваргу, Альфе Семи Кланов от Арденского княжества, – надрывается глашатай, словно мы находимся не во дворе терема моего отца, а во дворце.
Первыми идут слуги, неся на вытянутых руках меха соболя, куницы, горностая. За ними несут носилки с тяжёлыми коваными сундуками с золотыми монетами и драгоценными камнями.
  
Ведут чёрного, как душа оборотня, жеребца по кличке Зверь.
Всё лучшее, что есть в княжестве, отец отдаёт Альфе. Но самым дорогим подарком являюсь я, Верея, дочь князя, невеста князя. Бывшая невеста.
Иду последней. Выбеленная льняная рубашка, расшитая оберегами рода, выделяется на фоне всего этого великолепия. Я не надела наряд княжны. После церемонии я уже буду не княжна, а рабыня чудовища, разоряющего государства.
Добровольная жертва, принесённая моим родным отцом ради мира и благополучия страны.
Иду как на казнь. Так это и есть казнь. Меня убивает чувство долга моего отца. Вытягивает жилы, лишает души. Я боюсь того, кому предназначена злой волей судьбы.
Во внутреннем дворе стоят братья, сидит на деревянном кресле с высокой спинкой отец. Вокруг столпились дворовые и вольный люд. Ещё одна потеха: княжну отдают оборотню.
Брен Витварг сидит на княжеском месте, на крыльце терема. Тайком разглядываю того, кто сломал мою жизнь, как кукольный домик, а меня саму сделал куклой для плотских утех.
Смотрю на него, как в первый раз. Сбиваюсь с шага. Красив оборотень пугающей и притягательной красотой хищника.
Густые светлые волосы собраны на затылке кожаным шнуром. Тёмные, как тьма, глаза смотрят равнодушно на устроенное отцом представление. Он одет, как воин, а не как вождь. Под тонкой белой рубахой играет мощная мускулатура. Меховой жилет мехом наружу подчёркивает достоинства его фигуры. Кожаные коричневые штаны облегают сильные ноги. В начищенных сапогах отражается солнце.
Чуть в стороне вижу своего суженого, с которым нас обручили перед богами. Через три дня у нас должна была быть свадьба, но и он отрёкся от меня.
Слёзы разъедают глаза. Босые ноги бредут по земле, наступая на колючки. Не чувствую физической боли. Меня разрывает боль изнутри. Душа рвётся в клочья от предательства близких.
Трусы! Они забыли заветы предков ни перед кем не склонять головы. Давно не воевали. Привыкли к сытой жизни.
Поэтому появление Брена испугало отца до икоты. Он предпочёл платить позорную дань, а не сражаться за свободу княжества.
Предпочёл откупиться единственной дочерью. Позор на его голову.
Я слабая женщина, я рождена не для битв. Предприму ещё одну попытку, может быть, кто-то и заступится за меня. Сразится с оборотнем и освободит меня.
– Батюшка, пощади! – падаю в ноги отцу, целую его сапоги. – Не отдавай дочь свою неразумную. Век за тебя молиться буду. Рабой твоей буду, чернавкой. Только не отдавай за зверя.
Зверь скалит в улыбке белоснежные зубы, вот только глаза не смеются. Руки с силой сжимают подлокотники кресла, замечаю, как побелели костяшки пальцев.
Отец вырывает ногу, и я падаю в пыль возле его трона. Я и ощущаю себя пылью, никчёмностью, которую запросто отдали на поругание.
Поднимаюсь и кидаюсь к братьям. Хватаю каждого за руки, целую, заглядываю в глаза.
– Братики, милые, заступитесь, – рыдая, причитаю я. Они стыдливо отводят взгляды. Не в их воле отменить приказ отца.
Я бросаюсь к жениху своему, почти мужу:
– Святозар, не ты ли клялся защищать меня? Так защити, – умоляюще складываю руки. – Мы же обещаны друг другу перед богами.
Он пятится от меня, как от прокажённой. Хватаю его за полу кафтана, удерживая.
– Не уходи, помоги. На тебя одна надежда, не отдавай невесту на поругание оборотню, – кричу я в исступлении.
Светозар лишь брезгливо выдёргивает свой кафтан из моих рук.
– Люди добрые! Светлыми богами заклинаю вас, – рыдая, причитаю я, падая на колени. – Заступитесь хоть вы за княжну свою.
Народ княжества, собравшийся на площади, зароптал. Послышались осуждающие возгласы.
Отец поднимается во весь рост. Площадь затихает. Моего отца уважают как хорошего воина и справного князя. Его народ не знает нужны.
– Тяжёлые времена настали. Под властью Альфы Семи кланов Брена Витварга падает одно государство за другим. Такая же участь была уготована и нашему княжеству. Чтобы избежать ненужных смертей и разорения, досточтимый Альфа согласился принять нашу вассальную присягу и дань.
– А как же княжна? – послышался робкий голос из толпы.
– Моя любимая дочь княжна Верея – часть дани Альфе, – ровным голосом произносит отец. – Она цена мира нашего княжества.
На площади стоит гробовая тишина. Я слышу, как пролетает бабочка над головой зверя. Я смотрю на Брена Витварга. По лицу его скользит довольная улыбка и тут же пропадает. Не показалось ли? Вождь равнодушно отворачивается и идёт в терем.
– Не в жёны отдаю свою кровиночку, – на лице отца не дрогнул ни один мускул. Он оставался твёрдым и бескомпромиссным, таким каким привыкли его видеть подданные. – Ради вашего блага станет она наложницей Альфы. Её жизнь в обмен на жизни тысячи людей княжества.
Люди на площади стыдливо прячут от меня глаза. Им жаль красавицу княжну, а свои жизни жаль больше.
Никто не пришёл на помощь, никто не заступился.  Обмен состоялся. Жизнь княжны на жизнь княжества. Равноценный обмен.
– Ты должна гордиться, что можешь послужить отцу, – шепчет мне на ухо нянюшка, поднимая с колен. – Своей выходкой ты опозорила свой род, – продолжает она лить яд мне в уши.
Я мотаю головой, не хочу ничего слышать. Слёзы оставляют чёрные борозды на моём грязном от пыли лице.
Ничем отец не выдал ярости от моего своевольного поступка. Прошёл мимо, словно меня не существует.
***
Каджи 1 Брена подхватили меня под руки и потащили в терем к своему повелителю.
 
Глава 2. Сделка
 
Я замерла и обмякла в сильных руках каджей. Сопротивляться нет смысла. Они всё равно сильнее.
Все мои душевные силы ушли на попытку заставить отца одуматься. Я ведь была так близка к своей мечте. Ещё немного, и я бы стала женой и княгиней.
А вместо этого стала наложницей. Не могу прийти в себя от унижения. Меня, княжну, подарили на потеху оборотню, словно последнюю рабыню.
Перед внутренним взором стоят полные презрения глаза отца и Святозара. Я хотя бы попробовала вымолить себе свободу, а не склонила молча голову перед жутким завоевателем.
Я женщина и не могу взять меч, чтобы защитить себя. А те, кто могут и должны, отводят глаза, как будто должно расплачиваться женщинами за трусость мужчин.
Что ждёт меня там в стенах терема, в горнице оборотня? От страха тело цепенеет.
Каджи притащили меня в горницу, которая принадлежит моему отцу. Теперь здесь живёт Альфа Семи Кланов. Что ж, князь отдал ему всё, включая самоуважение.
Бросают на пол, как тряпичную куклу и молча удаляются. Оборотня ещё нет.
Я забиваюсь в самый дальний угол. Нянюшка рассказала, какая жуткая участь ждёт меня. Пригрозила, если хочу уйти живой, не сопротивляться и делать всё, что он прикажет.
Оборотень ясно дал понять, что уважения мне ждать не следует. Я даже не военный трофей, не добыча, взятая в жестоком бою, я подарок трусов, за счёт женщины купивших себе свободу.
  
Такие, как Брен Витварг, не уважают трусов. Я не хочу, чтобы он думал, что и я такая жалкая, трусливая рабыня. Я, может, и рабыня, но никак не жалкая и не трусливая.
– Успокоилась? – слышу я равнодушный голос и вздрагиваю. Ко мне неслышно подходит Брен Витварг.
Мотаю головой. От страха все заготовленные презрительные слова пропали. Я молча глотаю ртом воздух и не могу произнести ни слова.