Эволюционер из трущоб. Том 7 (СИ)

— Это что за фонарик такой? — с интересом спросил Макар.
— Экспериментальный образец. Семёныч обещал, что убойная сила — как у гаубицы. Правда, ружьё одноразовое. Пальнул и выбросил.
— Понятно, — задумчиво протянул Макар и добавил. — Если ты не против, я из этой штуки стрелять не буду. В отличие от тебя, у меня новые пальцы не вырастут.
— Не переживай насчёт пальцев. Семёныч сказал, что если ружьишко взорвётся, то руки оторвёт по самую жопу. Одним словом, потеря пальцев была бы настоящим подарком, — улыбнулся я, заметив, как Макар сделал полшага назад.
  
— Значит, к этой пакости я точно не притронусь, — заявил он и направился к стеллажу со снайперскими винтовками.
— Эх, ты, — хмыкнул Серый и взял ружьё у меня из рук. — Значит, придётся мне из него шмальнуть. — Расплывшись в улыбке, Сергей направил ружьё на Макара, и тот тут же спрятался за стеллаж с бронежилетами.
— Опусти пушку! Серёга! — взвизгнул Макар, и мы покатились со смеху. — Чё вы ржёте? Серый! Скотина! Я тебе её в задницу затолкаю по самую рукоять!
— Хы-хы. Грозное оружие. Одним своим видом страх нагоняет, — оценил Серёга, возвращая мне ружьё.
— Не только страх нагоняет, а ещё и злой дух выгоняет. Чувствуете, как завоняло? — Артём наигранно принюхался. — Макар, ты, что ли, в штаны наложил?
— Шутники хреновы, — буркнул Макар, выходя из укрытия. Он стряхнул с рукава пыль и зло добавил. — Когда вас в следующий раз твари прижмут, подумаю, стоит ли прикрывать таких весельчаков?
— Ой, Макар, нашел, чем напугать, — отмахнулся Сергей. — Вот если бы ты мне стекловаты в одеяло напихал, тогда была бы беда. А твари — это что? Плюнуть, да растереть.
— Хорош зубоскалить. Повеселимся, когда запас кристаллов сделаем. Макар, бери снайперскую винтовку и пару гранат. Серый, Артём, напомните, как у вас со стрельбой? — спросил я, посмотрев на ребят.
— Я стрелок уровня «Леший». Вплотную высажу в противника весь рожок, если враг на расстоянии в метр, и то промахнусь, — развеселившись, схохмил Серый.
— Да иди ты. Если бы не я… — начал было Лёха и осёкся, поняв, что из-за него мы в лабиринт шипастого и попали.
— Если бы не ты, баран, то мы бы были восьмилетками, — пристыдил его Макар. — А теперь по ночам срам какой-то снится… — Наш азиат внезапно замолчал, а щёки его покраснели.
— У меня по стрельбе пять с плюсом было. До Макара далеко, конечно, но кое-чего могу, — похвалился Артём.
— Тогда план такой. Серый с Лешим берут дробовики, помповые. Заряжать исключительно картечью. Вон те коробки, красные. — Я ткнул пальцем в сторону стеллажа с патронами. — Артём, берёшь автомат. Подберите себе разгрузочные жилеты, затяните лямки так, чтобы ничего не звенело и не бряцало. Перед выходом захватим тушенки на три дня, так как неизвестно, сколько времени займёт зачистка разлома. Вопросы?
— У меня есть один, — подал голос Прохоров, вскинув руку вверх, будто мы сейчас находились на уроке. — Обязательно вещать с такой серьёзной мордой?
— Садись, два, — ответил я, расплывшись в улыбке. — Пафос наше всё. Вы должны проникнуться важностью момента! Сейчас весь Ленск зависит от того, вернёмся мы из разлома или нет, — попытался я толкнуть речь, но смешок то и дело прорывался. — Да ну вас. Такой настрой сбили. — Я махнул рукой и пошел выбирать оружие себе по душе. — Берите столько барахла, сколько сможете унести.
Я отправил в хранилище ружьё, изготовленное Семёнычем, а патроны спрятал в карман. Прогулялся между стеллажей, осматривая довольно обширный арсенал. Куча потёртого вооружения, которое регулярно использовали. Нашелся даже автомат с дулом, загнутым под сорок пять градусов. Интересно, кто умудрился его так погнуть? Ого! А ты кто такой? Иди сюда, родной!
На верхней полке стеллажа лежал пулемёт. Огромная дура весом под двадцать килограммов, снизу которой крепился цинк с патронами. В снаряженном состоянии он весил около тридцати килограммов, а лента вмещала сотню патронов. Таким пулемётом можно птероса одной очередью пополам перерубить. Патроны длиной чуть больше ладони. Вот это моща! Беру.
Пулемёт отправился в хранилище, а компанию ему составили три цинка с заряженными пулемётными лентами. Сделав всего шаг вправо, я вздохнул:
— Ну что вы со мной делаете? Я ведь обожаю кругляши. Слёзы Мироздания, монеты, гранаты.
Улыбаясь, я взял с полки пять гранат и бережно вкрутил в них взрыватели. От греха подальше, убрал гранаты в хранилище. Рации тоже пригодятся. Одной штуки за глаза. Хммм… Нет. Пожалуй, возьму две. Заметив, как агрессивно я затариваюсь, ребята спросили.
— Мих, мы не на войну, случайно, собираемся? А то, мож, нам с собой взять ручной гранатомёт? — Макар улыбнулся и указал на стальную трубу, стоящую у стены. — Э! Ты куда? Да я ж пошутил!
— А я нет. — Ответив, прикоснулся к одноразовому гранатомёту и его тоже отправил в хранилище.
Логика моя была проста! В разломе мы можем встретить кого угодно. И этого кого угодно нужно ещё как-то убить. А значит, оружие лишним не будет. Тем более, что большую его часть я понесу в хранилище. Не потребуется? Ну и отлично, всё вернём обратно.
Подготовка заняла целый час. Нет, оружие-то быстро выбрали, а вот снаряжали подсумки, подгоняли разгрузки и ружейные ремни — целую вечность. Сложнее всего было сделать так, чтобы это барахло не гремело. Но мы справились.
Леший с Серым взяли по помповому ружью на восемь патронов каждое. Из таких можно стрелять, даже не целясь. Картечь сама найдёт жертву на близкой дистанции. Для дальних расстояний у нас есть Макар с автоматической снайперской винтовкой на десять патронов.
Среднюю дистанцию возьмём мы с Артёмом. Он с автоматом, я с пулемётом. Да, пулемёт и для дальней дистанции подойдёт, но сомневаюсь, что без сошек я смогу попасть в цель, находящуюся дальше сотни метров. К тому же, разломы обычно ограничены по площади. Вряд ли мы попадём в бескрайние поля, где придётся стрелять на две или три сотни метров вдаль.
Покинув арсенал, я запер дверь и повёл ребят в кабак «Пьяный козёл». Нужно бахнуть на посошок. Сами понимаете, традиции и всё такое. Нет, вы серьёзно поверили в эту чушь? Конечно, никто из нас пить не будет. Просто у владельца заведения был склад, в котором Барс хранил запасы тушняка, туда мы и идём.
У входа в кабак нас уже ждал Барбоскин. Кустистые брови нахмурены, дымит папиросой, которую, судя по аромату, стрельнул у Петровича. Но что-то в нём неуловимо изменилось.
Точно! Наш старлей подстриг бороду. До этого была неопрятная лопата, торчащая во все стороны, а сейчас — гляди-ка. Подровнял волоски, да и укоротил её вполовину. И зачем он это с собой сотворил? Порядку ради или любовного интереса для? Кстати, может, он позарился на двух утренних кормилиц? А если да, то кто ему приглянулся? Рыженькая или блондинка?
— Михаил Константинович, слышал, вы собираетесь в разлом, — пробасил Барбоскин, спрятав сигарету в кулаке.
Так делают, чтобы старший не увидел и не прописал целебных лещей. Вряд ли Барбоскин опасался, что я дам ему по шее, видать, просто привычка.
— Да, Тимофей Евстафьевич. Сейчас возьмём тушенки и отправимся в сторону Кунгура. Там пять разломов, будем чистить единичку, — проинформировал я Барбоскина и заметил недовольство на его лице. — Не переживай. Мы уже бывали в разломах. Справимся. Хорошо, что ты так рано встал. Я как раз хотел тебя предупредить, что нас не будет пару дней.
— Михаил Константинович, я иду с вами, — безапелляционно заявил Барбоскин.
— Отставить. Ты, Тимофей Евстафьевич, останешься в Ленске и будешь отвечать за оборону села, а также за охрану пленных головорезов, — стальным тоном отрезал я.
— Тогда отправлю с вами Бориса, он толковый малый…
— Толковый и чертовски пригодится здесь, а не в Кунгуре. Мы идём впятером, и это не обсуждается.
Я был настроен решительно, а вот ребята явно не отказались бы прихватить с собой хотя бы пару гвардейцев. Но на это я пойтить не могу! Для обороны Ленска людей и так недостаточно.