Эволюционер из трущоб. Том 7 (СИ)
Он, конечно, знал, что я умею всякое. Но подобного фокуса в моём исполнении ещё не видывал. Закрыв глаза, я воспользовался эхолокацией и убедился, что никто не греет уши, ведь то, что я собирался сказать Лёхе, не должен знать никто.
— Забрал доминанту у Барса, — пояснил я.
— Охренеть… Так пацаны были правы, — прошептал Лёха.
— В смысле?
— В прямом. Ты говорил, что доминанты можешь поглощать только из живности. А мы всё гадали, почему такое ограничение дурацкое? Почему нельзя из людей доминанты вытягивать? Чего ты раньше нам не рассказал? — спросил он и тут же продолжил тараторить. — А то, когда Артёму досталась доминанта владения копьём, а мне святой магии, так мы вообще в голосину ржали, представляя что этот набор доминант был у какого-нибудь вервольфа. Нет, ну ты сам представь! Псина с копьём, да ещё и заклинаниями швыряется! — На последней фразе он хихикнул и слишком сильно повысил голос. — Ой. — Лёха закрыл рот рукой и заозирался по сторонам, но рядом с нами по-прежнему никого не было.
— Ты всё верно сказал. Могу поглощать доминанты из живности. — Я сделал акцент на последнем слове, хотя в прошлый раз, кажется, говорил ребятам о том, что извлекать доминанты могу только из «тварей», но слово «живность» даёт больше вариантов для манёвров. — А мы ведь с тобой, Лёх, тоже живые. Смекаешь, о чём я? — Я подмигнул ему и пошел дальше.
— Погоди. Так это что получается, ты можешь у любого человека доминанту забрать? — с придыханием спросил он, потянув меня за плечо.
— Не забрать. Скопировать, — сказал я, решив не рассказывать про модификатор Похитителя. — Но нужна кровь, образец кожи или, на худой конец, волос.
— Блин. Нам срочно надо в Хабаровск. Представляешь, сколько там одарённых⁈ — восторженно выпалил он.
— Не переживай, туда мы однажды наведаемся, но не сейчас. Сейчас нас ждёт тренировка. Позови Серого и Макара, пусть подходят к управе, проведём пару спаррингов.
— А Артём?
— Я решил сделать его всеядным, ну и он пока не отошел от болевого шока. Сам знаешь, что доминанты внедряются довольно болезненно. — Я развёл руками и натянуто улыбнулся.
— Бедолага. — Лёха почесал Бороду, из которой торчали куцые рыжие волосины, и побежал искать ребят.
Спустя пятнадцать минут ребята стояли у управы, переминаясь с ноги на ногу. Ветер стих, но мороз усилился. Даже в зимней одежде было холодновато.
— Ч-ч-что мы тут делаем? — стуча зубами, спросил Макар.
— Будем тренироваться, — сказал я, снимая с себя куртку.
— Закаляться собрался? — усмехнулся Серый.
— Не совсем. — Следом за курткой я снял свитер и рубаху, оголив торс.
Мороз тут же начал кусать за бока, заставив меня поёжиться.
— Миш, так, а суть тренировки в чём заключается? — спросил Леший.
— Суть заключается в том, что местные жители напуганы. А ещё не понимают, почему власть в городе перешла в руки двенадцатилетнего пацана. Я хочу показать им, на что мы способны. Пусть взбодрятся, а заодно пленные тоже посмотрят и уяснят, что любой из нашей шайки им с лёгкостью свернёт шею, если потребуется.
— Понятно. Хочешь одновременно поднять боевой дух мирняка и припугнуть зэков, — кивнул Леший.
— Не только, — ухмыльнулся я. — Ваши навыки тоже не мешало бы проверить.
— Ха-ха. Проверяющий. Решил один против трёх биться? — засмеялся Макар.
— Если бы с вами был Артём, то шанс на победу появился бы, а так… Разобью вас, играючи. — Я расплылся в хищной улыбке и призвал из хранилища револьвер, из которого меня пытался пристрелить Санёчек, а ещё меч. Револьвер я швырнул Макару. — Лови. Там пять патронов. Можешь стрелять в грудь, руки, ноги, главное — в голову не стреляй.
Услышав мои слова, Макар нервно сглотнул.
— А ты уверен, что всё будет нор…
— Уверен. Ты отличный стрелок, не переживай и покажи отличный результат. — Я перевёл взгляд на Серого и Лешего. — От вас я жду слаженной работы. Ваша задача защищать Макара, попутно атакуя меня. Одним словом, вы должны дать Макару возможность совершить идеальный выстрел. Справитесь?
— Ха! Да мы тебя сомнём, — уверенно заявил Леший, вытаскивая два армейских ножа, спрятанных в рукавах.
— Да, ты, конечно, силён, но против троих… — Серый покачал головой. — Шансов у тебя маловато. — Сергей вытянул перед собой руку и в ней материализовался топор.
— Ну и славно, — улыбнулся я. — Тогда начали!
Первым делом я спрятался за Серым, скрываясь от Макара. Если бы Макар вспомнил о том, что у Серого высокая регенерация, он бы мог пальнуть сквозь него. Пуля бы меня определённо замедлила, а там, глядишь, и Леший успел бы нанести удар. Вместо этого Макар стал смещаться вправо, надеясь найти удачный для стрельбы угол. А я…
Я просто рванул напролом. Рефлексы, как и скорость Серого, оставляли желать лучшего. Сократив дистанцию, я увернулся от топора, летящего мне в ключицу, прихватил Сергея за сгиб локтя и со всей силы зашвырнул в Макара. Должен признать, что тут я перестарался.
Мышечное усиление третьего ранга вкупе со стихийным увеличением скорости позволили мне швырнуть Серого на добрых пять метров. Он преодолел их за долю секунды, после чего врезался в Макара, сбив того с ног, и они покатились кубарем по снегу. Серый тут же вскочил, готовясь продолжить бой, а вот Макарушка просрал свою пушку и сейчас нервно шарил руками в сугробе.
Леший использовал усиление тела с помощью святой магии и набросился на меня со спины. Этот подлец знал, что я услышу его шаги и обернусь. Так и вышло, я обернулся, после чего его клинки полыхнули ярче солнца, из-за наложенной на них магии.
Правда, он просчитался, решив, что мне нужно зрение для того, чтобы сражаться. Я повернулся с закрытыми глазами, резко нырнул под удар, после чего подсёк ноги Лешему. Всё время я напевал гимн обсидиановых рыцарей, чем дико бесил друзей.
— Любого мы клинком сразим, и разобьём врагов!
А если всё же затупим, лишимся мы голов!
Но смертный час не страшен нам,
Ведь орден наш — бухущий в хлам…
Сражение проходило занятно. Ребята злились, неслись в атаку, я сбивал их с ног, отвешивал пинки, обезоруживал и всё ждал, когда же Макар сделает выстрел. А он, увы, всё никак не мог подобрать нужный момент. Хотя я видел, что он просто не решался спустить курок. Боится меня убить. Что ж. Помогу ему.
Лёха сделал выпад, и я, вместо того, чтобы от него уворачиваться, сделал шаг вперёд. Нож вошел прямиком мне в живот. Больно. Чертовски больно. С размаху я рубанул Лешего лбом в бороду, и тот осел на снег.
Тут же атаковал Серый. Со всего размаха он попытался ударить по ногам, ведь тоже боялся, что я не переживу удара топором. Дурак, если бы я хотел, он бы при всём желании не смог в меня попасть. Ведь его удары слишком медленные. Да и не собирался я лишаться ног. Зачем оно мне? Сделав подшаг, перехватил руку Серого и швырнул его через бедро. В очередной раз топор исчез, и я не смог им завладеть.
На ногах остался только Макар. Улыбнувшись, я вытащил нож Лёхи из раны, которая порядком расширилась из-за того, что я бросил Серого через бедро. Буквально за пару секунд рана затянулась.
Макар изумлённо уставился на меня — явно не ожидал, что я настолько быстро могу залечивать раны, которые для большинства людей стали бы смертельными. А я краем глаза заметил, что на нас пялятся со всех сторон.
Местные жители смотрели на бой из-за занавесок, некоторые стояли на улице и глазели в нашу сторону. Петрович и Фрол привели своих подопечных посмотреть на бой — под предлогом перекура, да и люди Барбоскина были тут как тут. Причём гвардейцы делали ставки.
— Давай, Макарка. Ты и я. Если хоть одна пуля попадёт в меня, ты победил. Если промажешь, отправишься в мир кошмаров на полчаса, — пригрозил я и рванул вперёд.
Между нами было расстояние всего лишь пять метров. С усилениями я запросто преодолел бы его за секунду, если бы бежал по прямой. Но делать этого нельзя, передо мной стрелок, причём умелый.