Становление. Пермска волость (СИ)

— После вашей клятвы верности я вашему сердцу передам часть плоти огня, сейчас она будет немного жарковата, затем она сравняется с теплотой ваших тел и вы не будете её чувствовать, но если вы попытаетесь нарушить клятву, то плоть огня станет обжигающей и ваше сердце сгорит изнутри.
Беру в руки горящие восковые свечи и каждому следопыту под левую лопатку капаю по капле расплавленного воска. Почти каждый из них от страха обделался.
— Всем бегом в речку, быстро мыться и стирать одежду, после мытья получите по холщовой рубахе и штанам, потом вас накормят. Спать будете в бараке, а утром всем расскажут о вашей работе. Подъем с рассветом, отбой после заката, кормить будем утром и днем. А кто не обделался, — таковых оказалось четверо. — Перевозят труп на долбленке на тот берег и хоронят вместе с его оружием и доспехами. Для рытья могилы возьмите лопаты и кирки.
«Заодно проверю действие клятвы», — отмечаю это уже про себя.
Четверо следопытов, а теперь фактически рабов духа огня, подняли труп бывшего своего предводителя, прихватив его оружие и доспехи, а также лопаты и кирки, спустились с утеса к реке Ирень, погрузились в долбленку и переправились на противоположный берег. Отсутствовали они около сорока минут. После возвращения получили по комплекту одежды, пошли мыться на речку и стирать старую одежду.
«Эвика оказалась права. Духу огня подчиняются», — ухмыльнулся пролетевшей мысли.
Ужинали все вместе кулешом из ячменной крупы с утятиной, за поставленным моими ребятами, столом тридцатиметровой длины, с лавками с двух сторон, такой же длины. Меня посадили во главе стола в полу кресло. Каждому рабу выдали по литровой глиняной миске, полулитровой кружке и деревянной ложке.
После ужина рабов отправили спать в барак, выдав каждому по циновке, матрацу и подушке на рогозовом пухе и холщовому покрывалу, а сами на ночлег расположились в шалашах.
27 июня после подъема в четыре часа утра, водных процедур в реке Ирень и обильного завтрака, новоявленные рабы духа огня были построены у места разметки будущей крепости.
— Вы должны неукоснительно выполнять все распоряжения моего архитектора Бориса, — услышав незнакомое слово архитектор, Борис бросает на меня недоуменный взгляд, я ему подмигиваю. Рабы же никак не реагируют, слишком много необычного с ними за сутки произошло, чтобы еще и на неизвестные им должности реагировать, главное для них понятно, что Борис их начальник, а незнакомое название должности повысит авторитет и почитание Бориса, все-таки ему еще одиннадцать лет.
Борис распределяет фронт работ. Первая задача копать траншею под фундамент.
«Два солдата из стройбата заменяют экскаватор», — ухмыляюсь про себя, вспомнившемуся афоризму из прошлой жизни. — «Посмотрим, что может сделать взвод рабов духа огня».
Оставляю на полуострове за главного архитектора Бориса, ему в помощь жриц духа огня Эвику, Опис и Оре, на которых ложится приготовление еды, а также шлюп Михаила с его экипажем — Савлием, Денисом, Олегом, Виктором и Петром для охраны и добычи утятины и рыбы, сам на шлюпе с Аршаком, Раксом, Семеном ухожу домой в усадьбу.
На следующий день пришли в усадьбу. Николаю, Ладе и Ивану рассказал об удачно завершившейся операции о временном превращении в рабов тридцати семи следопытов и начале строительства крепостицы. Николаю поручил закладывать третий шлюп, подобрать пять-шесть ребятишек для команды шлюпа, заодно самому восстановить навыки управления шлюпом в моё отсутствие, да и сходить на охоту.
Сам же, оставив шлюп с экипажем Николаю, отправился сплавлять две оставшиеся сцепки плотов с кирпичами и негашеной известью.
Вернувшись с плотами на полуостров, образованный между реками Сылва и Ирень, увидел и честно говоря удивился результатами, достигнутыми за четыре дня моего отсутствия. Пепелище было полностью очищено от золы и корневищ, выгоревших деревьев. Как никак, а минимум десять гектар выжженного леса можно использовать под сельскохозяйственные посадки. Траншеи под фундамент вырыты и началась укладка фундамента. Из выбранного грунта плодородный слой гумуса разбросали по будущему полю. Рабы выглядели умиротворенными и недовольства в них не ощущалось, несмотря на шестнадцатичасовый рабочий день. Эвика с Опис и Оре кормили рабов как на убой огромными порциями два раза в день. Михаил с экипажем обеспечивали свежей рыбой и утятиной, даже удалось добыть лося. В рацион также входили картошка, морковь, квашенная капуста, фасоль, горох, репчатый лук и чеснок, ячменная, овсяная и пшеничная крупы, взвары из сухих трав и ягод, для готовки использовали подсолнечное и кукурузное масло. Так, что проблем с питанием не было.
  
Обошёл стройплощадку, остался довольным увиденным, но для порядка пару раз пыхнул небольшими струями пламени. Эвика накормила меня кулешом с лосятиной, после чего на каяке отправился за последней связкой плотов.
Обернулся за четыре дня. За эти дни был полностью готов фундамент и началось возведение первой башни. На стройплощадке чистота и порядок, все стройматериалы разложены по своим местам, ни одного брошенного или небрежно лежащего инструмента не заметил. Борис полностью вжился в образ архитектора, даже внешне на него похож стал. Ходит степенно, в руках папка с бумагами и чертежами, рабы относятся к нему с почтением, незамедлительно выполняют его команды. Девочки, помимо приготовления пищи и заботы о двух волах, начали собирать поспевшие к этому времени дары леса, добавляя в рацион питания ягоды. Ребята со шлюпа поставили коптильню. Так, что питание только улучшается. Поле вспахали и начали боронить, попутно засевая клевером и люцерной.
Рабы, завидев меня падали ниц. Делал вид, что воспринимаю это как должное, периодически попыхивая небольшими огненными шарами. Борис, Эвика, Опис и Оре, видя эти огненные шарики, напрягались и хотя и понимали, что огненные шары направлены не на них, низко кланялись, что же тогда говорить о рабах.
Порадовавшись темпами строительства, вместе с Борисом обсудил вопрос о подвалах крепости и создании винных погребов.
— С учетом скорости строительства, думаю, что и погреба успеем соорудить, — задумавшись, отвечает Борис. — Только еще двадцать тысяч кирпичей понадобиться, да и котлован большой рыть придется. Земли много будет и что с ней делать?
— Кирпичи еще сплавлю на плотах, а вот с землей… — задумываюсь, а потом вспоминаю. — Из земли, соломы и извести будем делать саманные кирпичи. Конечно печки и стены крепости из них не построишь, а вот для домиков для жилья, конюшен, амбаров и прочих хозяйственных построек, саманные кирпичи в самый раз будут. А плодородный слой гумуса перекидаете на поле.
— Сделать то мы их сделаем, а где из этих кирпичей строить будем и как их вывозить? Отсюда ведь только к реке Каме сплавить их можно.
— Часть используем здесь, а зимой на санях потихоньку перевезем в место, где лошадиную ферму планировали строить.
— Так сани большие понадобятся.
— За сани не беспокойся, Николай придумает. А я тебе со следующей партией кирпичей и извести, привезу соломы и формы для саманных кирпичей. Выделишь пару-тройку рабов, пусть саман формируют.
Поблагодарив ребят за их труд, тронулся на каяке в обратный путь. Утром придя в усадьбу, собрал Николая, Ивана и Ладу.
— Нужно готовить еще один сплав плотов с двадцатью тысячами кирпичами. Что у нас в отсутствии Бориса с их производством?
— После отплытия Бориса, его ученики не останавливаются. Сейчас у нас около тридцати тысяч кирпичей, — отвечает Николай.
— Хорошо, тогда двадцать тысяч готовьте к сплаву. Николай, ещё нужна самая большая бочка для воды в водонапорную башню.
Николай на секунду задумывается, чешет затылок и выдает свой вердикт:
— Сделаю из осины, но больше чем на шестьсот литров не получится.
Киваю Николая в знак согласия и обращаюсь к Ладе:
— Лада, что у нас с соломой?
— Володя, соломы очень много, уже и не знаю куда её девать.
— Тогда сколько её поместиться, тоже грузите на плоты. Как и негашеную известь, её тоже побольше нужно.