Хранитель (СИ)
— Это то, что сделал со мной Авалокитешвара, — пояснил монах. — После гибели я потерял опору, утратил сознание своей сути. Он помог мне отыскать новый центр, нового себя. Вот почему я здесь.
Наверное, это даже не слишком сложно. Во всяком случае, для меня. Беда лишь в том, что я никогда особо не задумывался об этом. Слишком уж много было дел, срочных и неотложных, слишком много шума во всех головах разом. Но если успокоить все это волнение и задать прямой вопрос — кто я, богом какой “стихии” я мог бы стать, будь у меня достаточно силы, то ответ очень прост. Стоит только посмотреть на то, каким способом я решал все стоящие передо мной проблемы с момента моего рождения в этом странном мире. Как сумел защитить свою деревню, вызволить Селесту и даже то, как собираюсь спасти Землю. Это вовсе не сила сновидений, которой одарил меня мой предок, Прометей.
Конечно же, это крафт — в самом широком понимании этого слова. Древние греки, наверное, назвали бы меня богом-кузнецом, наподобие Гефеста. Будущие пользователи моих супер-гаджетов — назовут богом роботов и механизмов, восставшим против Системы.
И чего же я хочу, как будущий бог крафта? Глупый вопрос! Хочу узнать все обо всем, научиться создавать любое мыслимое устройство и даже саму жизнь. Хочу создавать новые расы, новые планеты, новые цивилизации. Хочу наблюдать, как они развиваются, познают природу и учатся сами упорядочивать мир вокруг себя. Хочу дать им иную Систему, которая действует не как паразит, но как ментор и хранитель. Вот почему для меня так важны наномашины, важна библиотека Селесты, важен Онейрономикон, вот для чего я коплю знания и амальгаму. И это всегда лежало на поверхности, но я, дурак такой, этого просто не осознавал…
По спине поползли мурашки. В головах — во всех сразу — наступила ясность.
— Ага, вижу тебя уже проняло, — улыбнулся Кратос. — Говорю же, для некоторых этот процесс происходит очень быстро. У меня в свое время ушло всего несколько часов. Но ты, похоже, тянешь на рекорд!
* * *Ариэль остановилась, позволив Сефироту, в лице стройняшки Момоко, разбить мою марионетку на множество осколков. Но осколки эти не упали на землю, а облепили девушку, наподобие экзоскелета Железного Человека, сковывая ее движения, пока обе “куклы” не слились в одну неподвижную статую.
— Эй! — возмутился мой противник. — Это что еще за читерство такое? Нормально же сражались!
— Это не читерство, — улыбнулся я, появляясь перед ним в своем нормальном облике. — Просто я уже все понял. Во всяком случае, о себе. Спасибо за познавательный бой, коллега!
— В смысле, “спасибо”? — серафим уже был не на шутку взбешен. — А как же я?!
Его тело начало ярко светиться, так что даже сквозь оболочку из биополимера на него стало трудно смотреть незащищенным взглядом. А вот небо, наоборот, потемнело, как при затмении. Его голос прогремел, словно гром:
— Мы так не договаривались!!! Ты не уйдешь отсюда!! И никто не уйдет пока я… Пока я…
Вспышка — и от “экзоскелета” не осталось ни следа, как и от одежды самой Момоко. М-м-м, красотка! Так, стоп, а почему я тоже голый? И куда делось додзе? Ой, и моя суперсовременная постройка тоже куда-то подевалась. Остались одни только голозадые… Ха-ха-ха, ну Сефирот, ну ты даешь!
На месте двух легендарных школ боевых искусств остались лишь немногочисленные клумбы, редкие деревца да несколько тысяч ошарашенных внезапной “нудистской вечеринкой” туристов и монахов.
— А-а, — задумчиво протянул Сефирот, возвращая себе одежду и принимая облик молодого мужчины с длинными волосами. — А-а-а. Кажется, я тоже понял.
Я глянул на его ауру. Эволюция? Он только что настоящим богом стал? Красава! Но мне определенно пора отсюда валить.
— Демиург? — удивился новорожденный бог. — Ладно, не дергайся, не стану я за тобой гоняться. Все-таки ты мне помог. Но старайся больше не показываться на глаза, понятно?
Мы обменялись вежливыми поклонами.
— Ну чего вылупились, оборванцы? — прикрикнул он на стоявших вокруг зевак. — Додзе закрыто, катите отсюда свои булки, пока я добрый!
С абсолютно ясного неба ударила молния, поджигая одно из деревьев. Люди в панике принялись разбегаться, прикрываясь руками и сорванными на ходу листьями.
А он силен! Одной мыслью так гнуть материнскую реальность... Даже завидно стало. Ничего-ничего когда-нибудь я к этому порогу тоже подойду. А пока нужно заняться более насущными делами. Следы расы "предтеч" сами себя не отыщут!
Глава 20. Наниты
Передо мной, насколько хватает глаз, — безжизненная марсоподобная пустыня. Здесь так холодно, что ледяные шапки на полюсах планеты состоят не столько изо льда, сколько из замороженной углекислоты. Даже не верится, что когда-то это был цветущий и благоухающий мир, подобный Земле. И тем не менее, я абсолютно уверен, что это именно она, легендарная Нибиру! Материнская планета одной высокоразвитой цивилизации, которая пала жертвой собственных технологий и стала причиной появления Доминиона инсектоидов.
На первый взгляд на этом куске голого камня совершенно нечего искать. Поверхность планеты почти идеально ровная, словно по ней прошлись каким-то огромным грейдером. Но это впечатление не совсем верное. Под толщей красноватого камня, напоминающего обожженный кирпич, скрываются миллионы подземных тоннелей. На последнем этапе своего развития цивилизация Предтеч ушла под землю, скрываясь от вспышек излучения умирающей звезды. Чуть позднее в тех же самых тоннелях бесконтрольно мутировали и развивались многочисленные виды будущих инсектоидов.
Впоследствии боги насекомых буквально “прожарили” планету, спровоцировав на звезде серию мощных коронарных выбросов. Скорее всего, боялись, что где-нибудь в толще породы остались образцы исходной "серой слизи" — нанороботов, способных начать новый апокалипсис.
Тем не менее, отыскать абсолютно все артефакты, оставшиеся от древней цивилизации — почти неосуществимая задача. Кто знает, возможно где-нибудь до сих пор лежит “флешка” с опасной информацией. Гарантировать этого не могут даже боги. Потому-то планета и находится на строгом карантине. Этот кусок замерзшего камня охраняется почти так же тщательно, как и наша Земля.
Я вызвал из гримуара Сенти.
— Чем я могу вам помочь, повелитель? — поклонилась она.
— Ты знаешь, я решил, что это место отлично подходит для того, чтобы вручить тебе награду за верную службу. Ты ведь знаешь, где мы находимся?
— Да господин, — кивнула она. — Это Нибиру, колыбель всего нашего рода.
— Ах да, погоди, тут нужен еще один свидетель, — усмехнулся я, призывая Икскацин.
Ага, судя по широко распахнутым глазам и едва сдерживаемому гневу, она тоже поняла, куда попала. Все-таки пейзаж довольно уникальный и немного неестественный. Ну что, можешь начинать кусать локти, дорогуша!
— Властью, данною мне мной… Ну, и Прометеем, конечно же. Доверяю тебе, Сентискорч, этот контракт. Отныне ты вольна путешествовать по галактике и принимать под свою опеку всех, кто отвержен и ущемлен, всех, кто пожелает присоединиться к тебе и колонизировать новый мир за пределами самой Вселенной.
Конечно, условия моего контракта с Сенти сильно отличаются от тех, которые получили Элро и Ладон. Как и в случае с гепардом Гаем, бóльшая часть прибыли будет уходить мне. Но это не отменяет того факта, что многоножка получит источник халявной амальгамы и рано или поздно сможет стать одним из первых богов новой вселенной.
— Тц, — едва слышно произнесла Икскацин, сжимая кулаки.
— Ах да, в качестве бонуса я решил передать в твое распоряжение еще одну помощницу — нашу драгоценную соратницу, Владычицу пауков Икскацин. Прошу любить и не жаловаться!
И вот тут она наконец сорвалась.
— Да как ты сме… !!!
Я окружил паучиху “Абсолютным щитом”, напрочь отрезав все звуки, которые она издавала. Паучиха что-то истошно орала и билась о стенки своей “банки”, чуть ли не в кровь разбивая многочисленные конечности. Ух, сколько страсти! Эту бы энергию да в созидательное русло.