Начальник милиции 3
А теперь все по-другому будет. Как Сан Саныч сделает, так и будет. Но это для их же блага, ведь сейчас все эти договоряшки кончились. Баночкин так вообще уже второй раз не сдал.
– Уголовный розыск, – я ткнул властным взглядом в Антошеньку, сверху вниз, тот аж поежился, – попрошу в особенности не пропускать занятия. Вы у нас первая группа предназначения по здоровью. И в служебной деятельности всегда на передовой.
– Трубецкой! – обратился к оперативнику начальник. – Ты слышал? Чтобы сам тоже присутствовал на занятиях.
Вдовина бросила на меня удивлённый взгляд – а ведь до этого у нее прекрасно получалось не выдавать, что мы обо всём заранее договорились. Но я и бровью не повёл, услышав реплику Купера.
Не из благих побуждений поддержал меня начальник, и не потому что проникся моим рвением динамовским – он попросту приставил Трубецкого ко мне поближе. Я и так в последнее время много чего «наворотил» дельного: обеспечил почти на всех дежурных выездах присутствие кинолога, снял кучу старых темнух с отдела, повысил раскрываемость по суткам. И ничего Трубецкой не смог с этим поделать, так, может, на физо у него что-то выйдет? Наверное, так рассуждал Купер, но я думал совсем по-другому – пусть диверсий с его стороны мне не избежать, но мне, кровь из носу, нужно присутствие Антошеньки на моем занятии, у меня для него сюрприз имеется.
– Все у тебя? – уставился на меня начальник.
– Никак нет. Еще один вопросик… Мне нужен транспорт. Раз я внештатный инструктор, то инвентарь спортивный возить надо на чем-то на стадион.
– Какой еще инвентарь? – отмахнулся Купер. – Мячик и скакалку в руках унесешь.
– Товарищ подполковник, – возразил я, хитро щурясь. – Там еще гири и гранаты.
– Какие гранаты?
– Будем заниматься метанием гранат, нормы ГТО нам впоследствии сдать совсем не помешает. Уже и желающие есть.
Купер хотел было стукнуть по столу кулаком, мол, никаких гранат в утвержденном плане по физподготовке нет, а потом вдруг передумал и вмиг успокоился – пусть лучше личный состав гранаты метает, чем преступления раскрывает. Я его с этими умозаключениями насквозь видел.
Рыбий Глаз ругаться не стал, а лишь проворчал:
– Нету машин свободных, сам знаешь. Где я тебе их возьму?
– А мне машину и не надо, мотоцикла вполне хватит. В гараже стоит один. Как раз участкового, который в отпуске. Закрепите меня за ним.
– Бензина на него все равно нет, на дежурку еле хватает, а ты говоришь, мотоцикл тебе.
– Я сам обеспечу его топливом, – заявил я.
– Сам? Ладно, – согласился начальник. – Больше бензин не проси, не дам… Мария Антиповна, где наш тыловик?
– В отпуске. Вы же сами его отправили.
– Да?.. Тогда вы подготовьте проект приказа о закреплении Морозова за служебным мототранспортным средством.
– Сделаю.
Я уже было выдохнул незаметно – неужели прокатило? И тут Купер меня окликнул:
– Морозов? У тебя-то права есть?
Гаишные пассатижи! В приказ наверняка же надо будет вносить данные моего водительского удостоверения. А прав у меня нет. Во всяком случае, в общаге среди документов я их сроду не видел. Ладно, придумаем что-нибудь, попрошу Марию подзатянуть с приказом, а в областном ГАИ договорюсь, чтобы по-быстренькому мне водительское сделали, как сотруднику. Я надеюсь, мне не придется в ДОСААФе учиться, это вообще долгая петрушка. А пока, если Купер не вспомнит про приказ о закреплении, вместо прав у меня всегда есть ксива лейтенанта милиции. В СССР для гаишников она вполне себе являлась пропуском на дороге.
Так что я кивнул и выслушал приказ – разойтись.
* * *Мотоцикл с коляской канареечного цвета и синими надписями «милиция» стал моим. Никогда я так не радовался транспорту, как этому тяжелому «Уралу-3» родом из Ирбита.
Прежний хозяин следил за ним неплохо, я это сразу понял, когда сдернул с мотоцикла мешковину, бережно протер пыль и залил бензин. Его не надо было мешать заранее с маслом, так как движок был двухцилиндровый, четырёхтактный. Это вам не какая-нибудь «Планета», это настоящий танк.
Все детство я гонял на мотоцикле, были разные, от «Восхода» до понтовой импортной «Явы», и вот теперь, спустя десятки лет, я с трепетом снова сел за руль железного коня. Но тело, хоть и не то, прежнее, навыки вождения вспомнило. Рефлексы мои остались.
На обеде я «обкатал» технику, сгонял в общагу за спортивной формой и загрузил в коляску пудовые гири. У меня на них были большие планы. После обеда успел даже выехать с Мухтаром на очередное происшествие, а потом рванул на стадион. Для занятий по физической подготовке выделялись часы именно в рабочее время.
И вот настал час спорта. Я завел мотоцикл. Позади себя посадил кадровичку, Мухтара тоже прихватил, тот чинно расселся в люльке. Вообще я заметил, что он обожал кататься на любом транспорте, где можно ушами по ветру похлопать. Видимо, прошлый хозяин, по которому Мухтар так тосковал, частенько брал его с собой куда-то и возил явно не в кондее бобика. Интересно, кто он был?
Выехали через ворота ГОВД, повернули на Ленина. Транспортный поток жиденький, автомобиль сейчас далеко не у каждого гражданина имеется. Даже в милиции, особенно в провинции, оснащенность автомобилями была бедненькая. Поэтому частенько использовались более дешевые варианты техники – вот такие мотоциклы. Сейчас, в семидесятых, так вообще – это визитная карточка любого подразделения ГАИ, а потом, уже в мое время, эти «Уралы» займут почетное место на постаментах перед зданиями ГИБДД и МВД, как памятники, как дань уважения к эпохе, службе и верному мотоциклетному транспорту.
Прохожие останавливались и, оборачиваясь, провожали восхищенными взглядами наше трио. За рулем молодой парень, за его спиной красивая женщина в чехословацком спортивном костюме с развевающимися волосами, ну и, конечно, гвоздем уличного шоу был Мухтар. Тот сидел с совершенно серьезным и невозмутимым видом и внимательно следил за дорогой. Он будто был на службе или готовился к бою. Ему бы еще каску и пулемет в довесок…
Ехать было недалеко, если бы не гири, так вообще пешком можно было бы прогуляться. Я оставил мотоцикл возле стадиона, внутрь заезжать не стал, все же травка, поле и все такое. Там уже к трибунам возле начала беговой дорожки подтягивался народ.
– Саныч, – ко мне подошел Баночкин, он заламывал пальцы и вздыхал. – Что, опять бегать будем?
– А куда же без бега? – улыбнулся я.
– Так это самое… Мы же утром с тобой бегали здесь. Это что, мне не засчитывается? Второй раз я не потяну…
– Тебе поблажка сегодня, – кивнул я. – Один кружок пробежишь против шерсти, для разминочки, и хватит.
– Один? А-а! Это можно! – обрадовался Михаил.
Я подождал еще немного и скомандовал:
– В две шеренги становись!
Народ загудел, не привыкли они слушаться молодого лейтенанта, но я их подбодрил:
– Сегодня втягивающая тренировка, много бегать не будем. Кто последний встанет в строй – тому бежать лишний штрафной круг.
Магическая фраза про штраф подействовала как надо, даже Трубецкой подорвался и резво встал в строй. Сотрудники мигом выстроились две линии, а последним, особо не торопясь, встал Баночкин. Он чуточку улыбался, его морда светилась неким таинством, мол, вы еще не знаете, товарищи, а я-то уже бегал сегодня здесь, и хоть я и встал последним в строй, штрафной круг мне совсем не грозит. И вообще – физрук мой кореш…
Как и полагается на подобных мероприятиях, я провел краткий инструктаж и озвучил задачи на сегодняшнюю тренировку. Задачи пока без особой нагрузки. Легкий разминочный бег, отжимания в упоре лежа, подтягивание на перекладине и жим гири. Всего по одному подходу, а гиря – так вообще по желанию. Не буду пока народ гонять до потери пульса, чтобы завтра руки и ноги у них работали и не отнимались.
Это что касается мужчин, а женщинам программа попроще. Гири и турник им не нужны, отжимания тоже по желанию, вместо этого – подъем корпуса лежа с фиксацией ног. Проще говоря, упражнение на пресс. Еще прыжки можно поделать. Девчонки увидят эффект и ещё сами добавки просить будут.