Мой очень странный роман (СИ)
МОЙ ОЧЕНЬ СТРАННЫЙ РОМАН
Анастасия Медведева
Глава 1. "МираМания"
- Давайте поговорим о таком явлении, как «МираМания». С чего всё началось? И как получилось, что личность писателя стала настолько популярной в нашей стране и даже за границей? Каким был ваш путь успеха?
Прикрываю глаза и склоняю голову, потирая переносицу… тем самым давая знак своему пиар-менеджеру отвечать на этот вопрос.
- Думаю, история успеха Миры известна всем, - мгновенно уловив моё настроение, вежливо отвечает Анна.
Оператор тут же наводит на неё камеру, а в глазах журналистки появляется нетерпение.
- Это так, но в нашей стране столько писателей с оригинальными сюжетами - и никто из них не добился такого успеха, как Мира! - замечает она.
- Писатели с оригинальными сюжетами? - бормочу себе под нос, поднимая брови, - Это где они?..
Мой пиар-менеджер беззвучно хмыкает, расслышав моё вопрошание вслух, а затем переводит взгляд на журналистку.
- Никто из них не создавал Росю(*), - произносит Анна, с лёгкой усмешкой глядя на девушку, а затем и в камеру.
(*) здесь и далее - персонаж одноименных комиксов популярного автора MиRы, пишущей в жанрах «мистический реализм» и «повседневность». Прим.: ударение в имени персонажа падает на букву «о».
- Ваша правда, - горячо соглашается журналистка, - Рося - невероятный персонаж, который мог появиться и стать популярным только в такое смутное время. Мира, прошу, расскажите, как вам пришла в голову идея создать такую героиню?
- Вы сами только что сказали: мы живём в смутное время, - решаю-таки подать голос, запустив пальцы в волосы и облокотившись о подлокотник широкого кресла, - Рося должна была появиться именно сейчас - и она появилась.
- Расскажите об этом поподробней! - предлагает журналистка, - Недавно в сети всплыла информация, что ещё до выхода комиксов вы написали о ней целый роман! И он даже был выложен где-то в интернете! Это правда? И если так - то куда он исчез?
Мысленно аплодирую решению моей команды сделать подобный вброс. Думаю, тираж романа, который я напишу в ближайшем будущем, после такого хода разлетится, как горячие пирожки.
- Мой первый роман о Росе не имел такой популярности, как всё, что последовало после него, - отвечаю не спеша, - сейчас я могу понять, почему так вышло: кому вообще мог быть интересен психологический триллер на триста страниц с местом действия в русской глубинке и главной героиней шести лет от роду?..
Вижу, как журналистка понятливо улыбается; её оператор тоже хмыкает, уловив иронию.
Позволяю и себе лёгкую усмешку, затем продолжаю:
- …это ни в один жанр не попадало и ни в одну целевую аудиторию. Зато на его основе, подкрепившись злостью на весь мир и сарказмом непризнанного гения, я смогла создать нечто новое… Так короткие мрачные сказки с иллюстрациями о странной девочке, притопавшей на своих двоих в Москву с довольно спорным грузом за плечами… всем понравились.
- Истинная правда! Героиня ваших историй цепляет своей неординарностью и какой-то необъяснимой внутренней мощью, - горячо кивает журналистка, - у меня даже сложилось впечатление, что она воплощает в себе те самые «скрепы», о которых так часто говорят в последнее время… Но, постойте, вы сказали - шесть лет?.. В комиксах Росе уже тринадцать. Правильно ли я понимаю, что ваш первый роман описывает её детство? И насколько же трудным оно было, если учесть уровень социальных навыков главной героини?..
- Скажем так, эта книга - много больше, чем просто развлекательное чтиво. Это всё, что я могу сейчас раскрыть, - перевожу взгляд на своего менеджера и не замечаю ни одной реакции на мой блеф.
Даже намека на реакцию.
Не лицо - камень.
Идеальная представительница.
- Значит ли это, что вскоре мы сможем увидеть очередной шедевр от МиRы на полках магазинов?.. - глаза журналистки загораются от предчувствия грядущей сенсации.
Вежливо улыбаюсь, отводя взгляд.
- Следующий вопрос? - ненавязчиво напоминает Анна.
- Хорошо, тогда, давайте вернёмся к истокам - первый же выпуск комикса-сказки принёс вам популярность среди молодёжи. Вы рассчитывали на это?
- Я не думаю, что в нашем деле можно что-то всерьёз рассчитать, - отзываюсь, - можно вбухать сотни тысяч в рекламу и раскрутку, но книга выйдет и не будет оценена. Это лишь вопрос везения.
- Тогда вам крупно повезло! - заводится журналистка, - Вы мгновенно стали известной в сети, а вскоре и в реальности! С вами заключили несколько контрактов, Рося стала героиней поколения, а ваше имя на обложке журналов отныне гарантировало, что весь тираж будет распродан. Это идеальная история успеха! У кого-то даже может сложиться впечатление, что вы точно знали, на какие кнопки нажимать.
- Что вы имеете в виду? - смотрю на неё в упор.
- Кто такая Рося? И почему она явилась нам именно сейчас?.. Правы ли ваши поклонники, считая, что ваша героиня - это олицетворение всей нашей страны? - прищурившись, уточняет журналистка.
- Этот вопрос мне пытались задать уже сотню раз, - лениво качаю головой, - мой ответ с тех пор не изменился.
- Но вы же не можете отрицать, что аналогия слишком прямая? - продолжает наседать та.
- Худая голодная девочка с грязными руками, которая носит за плечом мешок с костями своих предков-староверов, для вас является олицетворением современной России? - подняв бровь, уточняет Анна, и я не удерживаюсь - улыбаюсь уголком рта.
Звучит действительно дико. Каждый раз.
- Не пытайтесь политизировать моё творчество. Оно бесцветно в этом смысле, - спокойно сообщаю слишком рьяной журналистке, решившей с чего-то, что уж ей я точно раскрою всю правду!
- Но сейчас, когда комиксами о Росе зачитываются все - от подростков до стариков, а продукция под вашим лейблом сметается с прилавков буквально в первые же недели продаж - не важно, что вы продаете - вы не можете и дальше избегать этого вопроса! Ведь буквально вся страна ждёт на него ответ! - повышает голос девушка, крепко сжимая блокнот в руке и едва не пронзая меня взглядом, полным азарта и в какой-то степени даже агрессии.
Решила, что прижала меня к стенке всем своим воодушевлением?
- И почему этим всегда заканчиваются все мои интервью?.. - с усталой улыбкой смотрю на своего пиар-менеджера.
- Но мы ещё не заканчиваем… - растерянно замечает журналистка, кося глазом на своего оператора.
- Мира не любит давление. Мы вам об этом сообщали. И обговаривали условия прежде, чем назначить дату, - замечает в ответ Анна, поправляя оправу дорогих очков.
- Прошу прощения, если нарушила условия договора: просто я так взволнована! Вы крайне редко соглашаетесь на интервью, и я…
- Ваше руководство пообещало нам комфортные условия для съемки и непринужденную атмосферу во время интервью, - протягивает мой пиар-менеджер, перебивая её и поднимаясь на ноги, - но всё, что мы видим - очередную несдержанную журналистку и перечень стандартных вопросов.
- Прошу вас, останьтесь! - взволнованно произносит девушка, заметив, что и я поднимаюсь на ноги, - Это такое важное интервью для меня! Моя карьера полностью зависит от вас!
Выходит, пообещала начальству, что добудет ответ на тот самый вопрос…
Как предсказуемо.
- Выключи камеру, - обращаюсь к её оператору, и тот послушно выключает аппаратуру, с настороженностью поглядывая на свою коллегу, - Вы хотели поднять тему такого явления, как «МираМания», в начале нашего интервью… - разворачиваюсь к журналистке, - так, вот, мне, как лицу сразу нескольких крупных торговых марок, запрещено отвечать на вопросы политического характера - думаю, вы прекрасно об этом знаете. Если бы я хотела баллотироваться в президенты, я бы обязательно оседлала коня своей популярности, сообщив в камеру всё, что вы так хотите услышать, но я не имею подобных амбиций. И возглавлять протестное движение в стране я тоже не намерена. Моё имя звучит громко лишь потому, что я без стеснения рассказала людям о своих кринжовых фантазиях в подходящее для этого время - а вовсе не потому, что я решила завуалировать своё политическое ИМХО под мрачный подростковый комикс, который неожиданно разошёлся миллионным тиражом. Мы друг друга поняли?