Блокшот (ЛП)

Однако в этом есть смысл. Поэтому Шон предупреждал меня держаться подальше от нашей матери.
― Почему Шон покончил с собой? ― спрашиваю я Люка. ― Что я упускаю?
― Мы не знаем, но рискну предположить, что он думал, что если предложит себя, то тебя пощадят? Возможно, ― предполагает Данте.
Глава тридцать шестая
  
Монтана почти ничего не сказала. Уверен, это тяжело для нее. Не каждый день узнаешь, что твоя мать планирует пожертвовать твоей жизнью ради своего культа. Никто так и не узнал, что случилось с миссис Бейкер, куда и почему она уехала. Только то, что это было связано с каким-то новым бойфрендом. Полагаю, когда живешь в секте вдали от посторонних глаз, легко оставаться незамеченной. Женщина, которую я знал в детстве, никогда бы не пожертвовала своими детьми. Но, с другой стороны, та женщина, которую я знал, также никогда бы их не бросила.
― Как ты себя чувствуешь? ― спрашиваю я Монтану, протягивая ей чашку чая.
― Спасибо. Я… я не знаю, ― говорит она. ― А что чувствуешь ты?
― Я? Кроме того, что я хочу найти твою мать и разорвать ее на части, чтобы выяснить, как она отнесется к тому, чтобы самой стать чертовой гребаной жертвой?
― Да, кроме этого. ― Монтана вздыхает.
― Мне страшно. Я волнуюсь за тебя. ― Я провожу рукой по волосам. ― Ты же понимаешь, что причина того, что пытается сделать твоя мать, не в тебе?
Я знаю Монтану. Она принимает все близко к сердцу, и тот факт, что ее мать хочет убить ее, заставит ее думать, что либо она сделала что-то не так, либо не заслуживает любви, раз даже мать ее не любит.
― Я не знаю, ― говорит Монтана. ― Почему Шон просто не сказал мне?
― Шон хотел защитить тебя, чего бы это ему ни стоило, Танна. Он любил тебя. ― Я прижимаюсь к ее щеке. ― Я люблю тебя. ― Я наклоняюсь и целую ее.
― Я тоже тебя люблю. Но это уже слишком, Люк. Ты не рассчитывал на такое безумие, когда женился на мне.
― Я ожидал, что проведу свою жизнь с самой красивой, самой доброй, самой удивительной женщиной, которую я когда-либо знал. И я уже сказал тебе, что назад дороги нет, Танна. Я буду любить и беречь тебя так долго, как только смогу. И в этой жизни, и в следующей, помнишь?
― Я помню. Я просто не хочу, чтобы ты застрял со всем… этим дерьмом.
― Это не так. Я люблю тебя, и я положу конец этому сектантскому дерьму. До того, как закончится эта неделя. Обещаю. ― Я сделаю все, что потребуется, чтобы убедиться, что Кристи Бейкер не угрожает жизни моей жены.
Я не могу представить, что чувствует Монтана. Я знаю, что это давит на нее больше, чем она позволяет себе думать. Я помню, как ушла миссис Бейкер. И Шон, и Монтана очень тяжело это восприняли. Но именно Монтана плакала две недели подряд. Пока однажды она не начала вести себя как ни в чем не бывало.
― Мы поедем туда. На ферму. Я собираюсь положить всему этому конец, Танна, ― говорю я ей.
Монтана качает головой. ― Мы должны просто позвонить в полицию. Пусть они с этим разбираются, ― говорит она.
― Мы не можем этого сделать. ― Я обнимаю ее лицо ладонями и касаюсь губами ее лба.
― Почему?
― Как мы объясним тот факт, что я убил Адама? ― шепчу я.
Глаза Монтаны расширяются.
― Я об этом не подумала… Значит, полиции не будет, ― соглашается она. ― Не думаю, что смогу увидеть ее, Люк.
― Тебе и не придется. Я разберусь с этим. ― Я умалчиваю о том, что когда я увижу ее, то сделаю так, что она больше никогда не сможет причинить Монтане вред. Мне все равно, что придется сделать, чтобы обеспечить это.
― Как ты думаешь, мой отец знал? Куда она уехала? ― спрашивает Монтана. ― Я не понимаю, зачем кому-то бросать свою семью и заводить новую в другом месте… Конечно, это хреновая семья, но все же.
― Я не знаю, в курсе ли твой отец. Я думаю, что твоя мама психически неустойчива, Танна. Нормальные люди не соглашаются жертвовать своими детьми. ― Я прочищаю горло и заставляю себя слабо улыбнуться. ― Давай соберем вещи. Грей скоро будет здесь.
Мы отправляемся туда прямо сейчас. Я не мог лечь спать после этого. Как только мы узнали, где находится ее мать, я решил поехать за ней. Мне нужно покончить с этим дерьмом. Если бы Шон поделился со мной, а не отправился решать проблему в одиночку, я мог бы помочь ему. Я мог бы остановить его от бесполезного самоубийства. К сожалению, машины времени не существует, и я не могу вернуться назад и изменить историю.
― Что тебе понадобится в путешествии с двумя мафиозными семьями? ― Монтана смеется. Смех звучит неестественно. Я вижу, что она нервничает.
― Они не плохие люди, Танна. Они наши друзья, ― напоминаю я ей. У меня было больше времени, чтобы привыкнуть к миру Грея и к тому, что это влечет за собой. Не то чтобы его семья меня когда-то сильно беспокоила. Они кажутся вполне нормальными, когда узнаешь их поближе.
― Я знаю. Но если серьезно, Люк, что мне взять? ― спрашивает она, глядя в шкаф, который постепенно заполняется ее одеждой. Новой одеждой.
― Все, что ты хочешь, ― говорю я. ― Неважно, что ты наденешь, Танна.
Она хмыкает.
― Как долго, по-твоему, мы будем отсутствовать?
― Думаю, максимум два дня.
― Хорошо. ― Монтана идет к шкафу и возвращается через пять минут с полными руками вешалок.
Я поднимаю бровь.
― Это вещи на два дня?
― Я не знаю, что мне понадобится. ― Она сваливает их кучей на кровать.
Ничего не говоря, я беру такую же сумку для ночевки, как у меня, и ставлю рядом с ее кучей вещей.
― Тебе столько не понадобится, Танна. Мы не задержимся дольше.
― А если что-то понадобится?
― Тогда мы купим одежду там, ― отвечаю я, пожимая плечом.
― Это пустая трата денег. У нас и так полно одежды.
Я смотрю, как она складывает свои вещи, заполняя сумку как можно плотнее, прежде чем застегнуть молнию. Она не смогла уместить все, но, что удивительно, ей удалось впихнуть достаточно много.
― Когда мы приедем, я не хочу, чтобы ты ходила куда-то одна. Я хочу, чтобы с тобой всегда кто-то был. Если не я, то, желательно, кто-то из команды Грея или один из кузенов Лилианы, ― говорю я.
― Я никуда не пойду одна. Я не безрассудная, Люк. Мне нужна моя мечта, помнишь? Наша мечта. Если моя мать хочет меня обескровить, я не собираюсь облегчать ей задачу, преподнося себя на блюдечке с голубой каемочкой.
― Спасибо. ― Я беру обе сумки и спускаюсь по лестнице как раз в тот момент, когда Грей входит в парадную дверь.
― Ну что, голубки, готовы отправиться в путь? ― спрашивает он, его голос слишком веселый.
― Готовы, ― отвечает Монтана.
― Отлично, давайте сделаем это. ― Грей открывает перед нами дверь и захлопывает ее, как только мы проходим.
― Дядя Люк, дядя Люк! ― кричит Грейси, выбегая на дорожку и устремляясь ко мне.
Я бросаю сумки на землю, чтобы поймать ее.
― Грейси! ― кричу я в ответ, подражая ее восторгу.
― Вы с папой отправляетесь в путешествие, ― говорит она. ― Ты должен был сначала попрощаться со мной.
― Я как раз собирался это сделать. Ты меня опередила. ― Я крепко обнимаю ее. Когда я опускаю Грейси на ноги, она смотрит на меня таким взглядом, который говорит мне, что она не купилась на мою ложь.
― Мама говорит, что Монтана теперь моя тетя. Потому что ты женился.
― Да, ― говорю я ей.
― Мне нравится иметь тетушек. ― Грейси ухмыляется. ― Тетя Алия говорит, что тети лучше, чем дяди.
  
Я кладу руку на сердце.
― Не может быть. Я в это не верю. Я думал, что я твой любимец, Грейси.
― А я думаю, что дядя Лиам, ― говорит она.
Ну что ж, ты знаешь как задеть мое самолюбие, малышка.
― Грейси, детка, нам пора. ― Подходит Грей и подхватывает дочь на руки. ― А тебе нужно сделать домашнее задание, помнишь?
― Помню. ― Грейси кивает.