Блокшот (ЛП)

Я подхожу к стеклянной двери и дергаю за ручку, удивляясь тому, что она открывается без каких-либо усилий.
― Кто заколачивает окна и не запирает дверь? ― Переступая порог, я поворачиваюсь к Грею и удивленно поднимаю бровь.
― Чертов идиот, ― отвечает он, прежде чем последовать за мной внутрь.
Я оглядываю полуразрушенный бар. Все предметы мебели сломаны, а стекло покрывает деревянный пол вместе с алкоголем, которым когда-то были наполнены бутылки.
  
― Хм… ― Я поворачиваюсь на голос Алессандро, рядом с которым стоят Трэвис и Лилиана.
― Что? ― спрашиваю я.
― Либо у этого ублюдка серьезные проблемы с гневом, либо ты не единственный, кто его ищет.
― Поехали отсюда. Осмотрим квартиру, где этот засранец держал твою девочку. Если здесь его нет, то мы наверняка найдем его там. ― Грей опускает руку мне на плечо, прежде чем выйти за дверь.
Глава тринадцатая
Алия ушла тридцать минут назад. Последние два дня она провела здесь. Я знаю, что Люк наверняка попросил ее побыть со мной, но я все равно ценю тот факт, что она это сделала. У меня очень долго не было подруги. Я всех отталкивала, отдалялась. Я позволила Эндрю убедить меня, что они мне не подходят. Что они пытаются встать между нами. Теперь, когда я думаю об этом, то понимаю, что должна была прислушаться к ним. Потому что они были правы. Он не подходил мне.
Я до сих пор боюсь, что он найдет меня. Что он не отпустит меня просто так. Я знаю Эндрю. Он не из тех, кто спускает что-то на тормозах.
Я захожу в туалет и смотрю на ванну. Я бы с удовольствием понежилась в горячей воде. Но я не могу. Я знаю, что как только попытаюсь это сделать, воспоминания о том, как Эндрю удерживал меня под водой, накроют меня. В груди становится тяжело от этой мысли. Поэтому я захожу в душевую кабинку и включаю воду. Люк должен скоро быть дома. Он сказал, что приедет поздно вечером, и, честно говоря, я делаю все возможное, чтобы занять себя до его возвращения.
Мне нужно взять себя в руки. Нехорошо так сильно полагаться на него. Но сейчас мне нужна помощь. И я начинаю признавать, что не могу справиться с этим в одиночку. Как бы мне ни хотелось снова стать собой, стереть синяки — воспоминания — и просто начать новую жизнь, я не могу. Потому что, если бы это зависело от меня, я бы вернулась домой после того, как вышла из больницы. Я бы сразу отправилась к Эндрю, потому что страх перед тем, что он сделает, когда найдет меня, слишком велик, чтобы справиться с ним в одиночку.
Может быть, завтрашняя встреча с врачом пойдет мне на пользу.
Я раздеваюсь, захожу в кабинку и позволяю горячей воде омыть меня. Я знаю, что не первая женщина, которая прошла через то, что было у меня с Эндрю. Я также знаю, что многие женщины так и не смогли выбраться.
Так вот что я сделала? Сбежала от него?
Я не уверена. Я прячусь. Я хочу стать достаточно сильной, чтобы просто выйти из дома и сказать «да пошел ты» всем и каждому, кто пытается помешать мне жить так, как я хочу. И, надеюсь, однажды я так и сделаю. Но этот день пока не настал.
Я выключаю воду, беру полотенце со стойки и оборачиваю его вокруг себя. У Люка самые мягкие полотенца, которые я когда-либо видела. Интересно, где он их берет? Надо не забыть спросить у него.
Моя ладонь обхватывает ручку, и я замираю. Звук шагов по ту сторону двери заставляет мое сердце бешено колотиться. Я медленно отступаю назад. Она заперта. Он не может сюда войти.
Я опускаюсь на кафельный пол и подтягиваю колени к груди, упираясь головой в бедра. Мне просто нужно подождать. Он не знает, что я здесь. Он не может найти меня здесь. Мне просто кажется. Я считаю до шести. Три раза. И как раз когда я убеждаю себя, что по ту сторону двери никого нет, раздается громкий стук.
― Танна, ты здесь? ― Знакомый голос прорывается сквозь мою панику.
― Люк? ― Я поднимаюсь на ноги, мои колени все еще дрожат, пока я иду к двери и открываю ее.
― Ты ждала кого-то другого, детка? ― Его улыбка сходит на нет, когда он замечает выражение моего лица. ― Что случилось? Что с тобой? ― спрашивает он, и его взгляд устремляется мне за спину, как будто он ожидает найти там ответы.
― Н-ничего. Я в порядке, ― говорю я ему. Мое сердцебиение успокаивается, и страх уходит.
― Не лги мне. Что случилось?
― Я не знала, что это ты. Я услышала шаги и немного запаниковала. Ничего страшного.
Люк делает шаг вперед и, словно в замедленной съемке, обнимает меня и прижимает к себе.
― Я никому не позволю добраться до тебя, Танна, ― говорит он. ― Я обещаю.
Я позволяю себе расслабиться в его объятиях.
― Как прошел полет? ― спрашиваю я, меняя тему и одновременно пытаясь отвлечься от того факта, что на мне нет ничего, кроме полотенца. Я стою, прижатая к единственному парню, о котором никогда не переставала мечтать.
Ну, я и, наверное, девяносто процентов женского населения. Я видела заголовки. Люк был назван самым привлекательным холостяком НХЛ. Не то чтобы я была удивлена. Если с хоккеем у него не сложится, он легко сможет стать моделью.
― Все прошло хорошо, ― отвечает Люк, крепче прижимая меня к себе. ― Ты дрожишь.
― Я знаю. ― Я говорю себе, что нужно отстраниться. Отойти. Но мои ноги не слушаются и остаются на месте.
Я испытываю чувства, которых не должно быть. Я сказала Алие, что еще не готова к каким-либо отношениям, что пока не могу доверять себе. Я знаю, что люблю Люка. И всегда любила. Но сейчас я не могу доверять этой любви.
― Ты в порядке. ― Люк прижимается губами к моей макушке, и я совершаю ошибку, встречаясь взглядом с его зелеными глазами.
― Я буду, ― говорю я, пытаясь поверить в свои слова.
― Я позабочусь об этом.
Мои бедра сжимаются. Внутри меня живет потребность, которую я всеми силами стараюсь игнорировать. Я отрицаю ее. Меня может тянуть к Люку, ведь я не слепая. Но это влечение никак не может привести к чему-то большему.
Я отступаю назад, и его руки покидают мою талию. Я крепко сжимаю полотенце на груди.
Люк наклоняет голову, пристально глядя на меня.
― Ты знаешь, что можешь попросить меня, о чем угодно, и я сделаю это.
― Я знаю. ― Я киваю головой. Но не думаю, что он говорит о том, что мне сейчас действительно нужно.
― Не думаю, что ты знаешь, ― говорит он. ― Иди сюда. — Люк берет меня за руку и ведет к кровати. ― Я знаю, что ты не хочешь признавать это. Черт, возможно, ты даже не готова к этому, но я не собираюсь оставлять тебя без внимания, Танна. Ни в чем.
Я упираюсь ногами в край кровати, и Люк слегка нажимает на мое плечо, заставляя сесть.
― Я не знаю… Подожди. Что? ― Я смотрю на него с недоумением. А потом он опускается передо мной на колени.
― Тебе нужна разрядка, Танна. Я вижу это. И я собираюсь дать тебе ее.
― Что? ― шепчу я, когда его руки опускаются на мои голые бедра. Я замираю. Этого не может быть на самом деле. Я должна остановить его.
Губы Люка касаются внутренней поверхности моего бедра, и он оставляет легкие поцелуи на синяках, которые все еще видны там.
― Никаких обязательств, Танна. Просто позволь мне сделать тебе хорошо, ― говорит он, раздвигая мои бедра шире.
Он не сводит с меня глаз, пока его губы движутся выше. Мое дыхание учащается, и я чувствую, как меня охватывает желание. Мне снился этот сон. Много раз.
― Ты… ты не должен этого делать, ― выдыхаю я, пытаясь отодвинуться.
― Скажи мне остановиться, и я остановлюсь, Танна, в любой момент. Но ни на секунду не думай, что я не хочу этого. Я умираю от желания попробовать тебя с тех пор, как мне исполнилось шестнадцать.
  
Я перестаю двигаться. Я не знаю, что сказать, поэтому просто молчу. Я наблюдаю, как его губы продолжают двигаться все выше и выше. Когда его язык наконец скользит по моим складочкам, все рациональные мысли покидают голову. Единственное, о чем я могу думать, ― это о том, как сильно я хочу, чтобы он сделал это снова.