Развод. Проблема для миллиардера

Неожиданно для самой себя начинаю смеяться, совсем тихо, но с каждой секундой всё громче. Во что превращается моя семейная жизнь?! Это даже не пародия на отношения.
Во врачебных кругах интрижки в стенах больниц не редкость. Когда ты живешь на работе и только ею, у тебя элементарно не остается времени на личную жизнь, а физиологические потребности порой наоборот завышены.
  
Организм любым доступным образом сбросить стресс хочет.
Девочки всегда под рукой.
– С тобой всё в порядке? Выглядишь измотанной. «Да что ты говоришь. Удивительно! И как так вышло, учитывая происходящее в последние месяцы». – Не нужно было приезжать. Мне утром, после операции, сказали, что ты всю ночь здесь провела.
Не дожидаясь моего ответа, Андрей поднимается на ноги и через какое-то время ставит передо мной стеклянный стакан с чистой водой.
Очередной «приход» моего благоверного.
Эти его резкие перепады настроения смущают меня больше всего.
– Если бы твой зам не позвонил мне в истерике, я бы провела ночь дома с Ангелиной.
Вчера, когда водитель Эдуарда Наумовича привез нас с дочкой домой, я решила посвятить остаток дня домашним делам. Поздним вечером, когда мы уже начали ко сну готовиться, позвонил Авдеев – лучший друг мужа и наш коллега – с воплями, дескать, всё пропало, две внеплановые операции оставили ОР и ИТ обездоленными.
Я хоть и не реаниматолог, но, судя по всему, на все руки мастер. Как сказал Игорь: «Ксюш, пожалуйста. Ты же понимаешь, терапевт всё лучше, чем медсестра».
Зашибись.
– Не бери в следующий раз трубку, – дает муж дельный совет.
– Екатерина Львовна, – называю имя свекрови, – была у нас на пороге спустя пять минут после звонка Авдеева.
Ещё когда муж только выбирал квартиру для своей матери поближе к нам, я понимала всю пагубность этой затеи.
Надо отдать должное, она помогает мне с Ангелиной, но когда при любом удобном и неудобном случае свекровь появляется в твоей квартире, радости не испытываешь.
– Я думаю, тебе стоит уволиться, – предлагает на грани с распоряжением. – Будешь проводить больше времени с малышкой. Возможно, получится второго родить. «Ха-ха, уже тороплюсь». – Было бы здорово, если бы пацан получился.
Тяжелые ладони опускаются на мои плечи. Андрей проходится по ним, легко разминая.
– Не говори глупости, – прошу его сухо. Мороз по коже идет от такого предложения.
Иногда мне кажется, мы на грани смертоубийства.
Какие нам ещё дети?
– Ксюш, я серьезно, – с усилием надавив на кожу большими пальцами, он заставляет меня развернуться. – Подумай над этим.
Глядя в его распахнутые «честные» глаза, смеюсь. И плевать, что слезы подступают.
– Тебе самому не смешно? Пять минут назад на твоих коленях девица сидела. Мы о чем говорим? Я хочу с тобой развестись, очень хочу. И ты это знаешь.
Намеренно захожу на опасную для себя территорию. Стоит мужу услышать слово «развод», как он звереть начинает. В стенах больницы, уверена, он не станет позволять себе лишнего. Здесь он царь и бог. Светило. Всемогущий ведущий хирург.
Портить свою репутацию ради желания мне насолить? Неоправданный риск.
– Это всё несерьезно. Ты сама прекрасно знаешь. Твой отец…
– Моему отцу хватило храбрости развестись с мамой, – прерываю его, мешая закончить избитую фразу, – давай хотя бы сюда его приплетать не будем. И не надо мне снова за выгорание говорить, да и о том, что медсестры на вас, врачей, смотрят с таким обожанием, что устоять невозможно. Миллионы раз слышала. Неинтересно. Я выгораю не меньше тебя.
Андрей медленно втягивает носом воздух и резко выдыхает. Хватка на моем плече становится жестче.
После многочасовой ночной операции он очень уставший, тут и говорить не о чем, но при желании это не помешает ему свернуть мою шею за долю секунды.
– Ты пришла, чтобы вывести меня из себя? – вкрадчиво интересуется.
– Нет. Я не нашла в регистратуре карты одного нашего пациента. Даль Эдуард Наумович. Ты вчера меня к нему отправлял.
Андрей растирает ладонями лицо, после чего ерошит свои и без того непослушные волосы.
– Прости, тупая идея была. Ты меня так разозлила.
– Так легко… – откидываясь, упираюсь затылком в высокую спинку стула. – Не криви душой. Ты просто хотел показать мне моё место, – усталость раскрепощает, позволяя свои мысли озвучивать. – Я и капельницы делать должна, и дежурить в реанимации. Напомню тебе: когда вы с Авдеевым решили расширяться, упор собирались делать на хирургию. Что в итоге? У нас всего четыре реаниматолога – анестезиолога, два из которых пьющие. Андрей, это повод задуматься. Прокрути на досуге. А сейчас ещё раз – где карта Эдуарда Наумовича?
Я не сошла с ума и не просто так интересуюсь у главврача подобными мелочами.
В планах наша клиника должна была быть высокого класса. А в итоге новые «друзья» мужа осуществляют через нас свои совсем нечистые деяния. Андрей меня не посвящает, но порой, стоит только взглянуть на ту или иную девицу, что частенько к нам наведываются, сразу понятно становится, кто она, и какие именно услуги ей здесь оказывать будут.
– Ксюш, не лезь в это, – снова начинает раздражаться.
У нас появилась ещё одна запретная тема?
Собираюсь настоять на своем, но дверь в кабинет открывается, и снова без стука.
Обернувшись, замечаю в дверях объект своего беспокойства.
Поздоровавшись, Даль проходит вглубь кабинета решительным, но при этом степенным шагом. От мужчины веет уверенностью в собственных действиях.
Он обменивается с мужем рукопожатиями, а после переводит взгляд на меня.
– Я скоро к Вам зайду, Ксения Александровна, – недвусмысленно дает мне понять, что пора удаляться.
 
Глава 5
 
К моменту, когда Эдуард Наумович появляется на пороге моего кабинета, я успеваю хорошенько подготовиться.
Как мне поначалу кажется…
И утренний обход родной терапии сделать, чтобы в процессе никто нас не отвлекал, и договориться со всеми коллегами, которым мне бы хотелось показать этого неординарного и очень загадочного мужчину.
Надеюсь, он простит мне самоуправство.
Уговора на полное обследование не было. Такие люди, как он, не любят внезапные изменения в планах, но на рабочем месте я явно увереннее себя ощущаю. Мне думается, что удастся его уговорить уделить мне чуточку больше времени, чем ранее планировалось.
Дело даже не в том, что его медицинскую карту я так и не нашла. Электронная в базе сохранилась.
Испытываю какое-то неконтролируемое, неподдающееся объяснению беспокойство. Хочу сама убедиться, видеть живые результаты обследования. От анализов до кардиограммы. Желательно бы ещё на его позвоночник взглянуть…
Когда Даль появляется на пороге моего кабинета, я успеваю увлечься историей болезни одного из своих «необычных» пациентов.
До недавнего времени получалось совмещать работу и в клинике, и в государственной больнице. Сейчас стало очень не хватать увлекательных случаев. Здесь реальной практики меньше. Учитывая стоимость лечения, большинство людей до нас не доходит, и тем более «не тянет» госпитализацию.
– Ксения, – вздрагиваю, когда Эдуард Наумович опускается на стул для посетителей.
Боже… Как я могла его не заметить?! Что стало с моею внимательностью? Представляю, какой клушей кажусь в его глазах…
Поднимаю голову и только сейчас, но очень отчетливо, ощущаю, как воздух пропитывается ароматом его парфюма. Он звучит нотками розового перца и можжевеловых ягод. Мне, как любителю древесных композиций, он кажется безупречным. Приходится бороться с желанием сделать глубокий вдох. Зачем усугублять и без того сомнительные позиции в рядах адекватных людей.
  
– Здравствуйте ещё раз, – за максимально приветливой улыбкой стараюсь спрятать волнение.
 
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком,  купив полную легальную версию на Литрес.