Под другим небом (СИ)
В дверь постучали:
— Тебе заказать что-нибудь на завтрак? — почему бы и нет, нужно же как-то силы восстанавливать, хотя меня немного мутило.
Прикрутив воду, я крикнула:
— Да! Пару бутербродов и кофе! Спасибо!
Прибавив почти до упора горячую воду, я еще несколько минут наслаждалась обжигающими струями. Затем, обдумав, что именно мне говорить Марку, я оделась и вышла. За окном светало. Сегодня я могу увидеть Лису…
Дверь отворилась, Марк нёс какие-то кульки и свертки с едой, я помогла ему сгрузить всё это на стол.
— Свари кофе, пожалуйста, — он показал на потрепанную кофеварку. — капсулы вот в этом пакете. Слушай, я понимаю, что ты там привыкла к простой жизни, со своими деревенскими друзьями, но коль уж ты решила не отправляться сразу к дочери, можно было бы хоть отель поприличней выбрать? Ну там круглосуточная доставка горячей пищи в номер, белые халаты, нет?..
Марк ёрничал, но вполне добродушно. Я с опаской покосилась на него — усыпляет бдительность? И пошла к кофеварке. Надевать ту одежду на сырое тело я не стала, и была завернута в два марховых полотенца. Когда я отошла, Марк одобрительно присвистнул. Я картинно закатила глаза.
Мы завтракали свежей выпечкой, которая не шла ни в какое сравнение с шедеврами Эбби. Когда мы закончили, Марк закурил, предложив мне тоже сигарету. Я, поколебавшись, отказалась. Только из страха, что поплывёт голова, а мне нужно было объясняться с Марком.
— Итак, моя милая? — заинтересованно произнёс он сакраментальную фразу из Чейза.
— Марк. Послушай меня. После того, что сказал мне Джастин, я не могла рисковать. Какие у меня гарантии, что ты не заберешь дочь? — я стиснула руки, как обычно, когда мне было страшно.
Марк поморщился:
— Твой Джастин слышал звон, не зная где он. Мне действительно нужна дочь для укрепления своей магической силы. Но не для того, чтобы таскать её за собой, а всего лишь для обряда.
Я поразмышляла над его словами — это было похоже на правду. Потом спросила:
— Обряд безопасен для Лисы?
Марк посмотрел на меня осуждающе:
— Натали, я, конечно, мерзавец, который способен разбить даме её розовые очки, но причинить вред ребёнку — своему, прошу заметить, ребенку — за кого ты меня принимаешь?
Я вздохнула, прежде чем принять решение.
— Хорошо. Мне придётся довериться тебе. Но вначале дай мне самой повидаться с Лисой.
Он изучал моё лицо. Я смотрела прямо:
— Только так. Имей ввиду, я скорее откажусь от возможности увидеть её, чем дам причинить ей вред.
— Что ж… — промолвил он. — говори адрес, я вызову такси. Я глаз не спущу с тебя, Натали. Не пытайся снова меня обмануть.
От его взгляда меня пробрала дрожь, но самое главное, что я через каких-то полчаса увижу Лису.
— Кстати, — спросил он небрежно, — что ты хотела найти там, в комнате падре?
Вместо ответа я достала из кармана накидки и показала ему миниатюрный портрет Джастина.
Глава 28
Я назвала таксисту адрес и мы поехали. Меня мучали два вопроса и я обратилась к Марку:
— Скажи, я в любой момент могу переместиться куда-нибудь так же внезапно?
Он ответил равнодушно:
— Месяца три-четыре у тебя есть точно. А дальше временной промежуток до следующего перемещения… я не знаю от чего зависит конкретно в твоём случае.
Я недоверчиво покосилась на него, на что он раздраженно продолжил:
— Если бы знал, я бы не допустил твоего перемещения в прошлый раз, когда ты была беременна.
По этому поводу у меня, кстати, тоже была масса вопросов: как вообще я оказалась беременна, если мы даже спали в разных спальнях, как он узнал об этом раньше меня и так далее. Но я подозревала, что эти вопросы могут вызвать не только раздражение, но и гнев. Поэтому пока оставила эту тему на потом.
Ладно, хотя бы три месяца. За это время я придумаю, что делать. Еще есть надежда на две книги, примотанные к моему телу. Там должен быть ответ.
Выждав минуту, я сказала, повернувшись к Марку:
— Я прошу тебя. Дай мне увидеться с Лисой одной. Я никуда не денусь с ней, обещаю. Дай мне немного времени, прежде чем ты с ней встретишься. — Я напряженно смотрела на его профиль, он смотрел вперед, ничем не выдавая своих мыслей.
— Хорошо, — наконец ответил он и я с облегчением выдохнула. — Я не буду унижать тебя предупреждениями, просто знай — поскольку ты переместилась со мной, в этом мире у нас с тобой связь, благодаря которой я всегда с лёгкостью тебя найду.
Я не знала, блефует он или нет, возможно было всё.
Машина остановилась в 10 метрах от входа, я рванулась наружу, однако Марк остановил меня:
— Появлюсь через пару дней, подготовь Лису.
Я кивнула и почти бегом пошла к двери. Провела по ней рукой и дёрнула ручку. Заперто. Я постучала. Сначала тихонько, а потом всё сильнее и сильнее. Не отдавая себе отчета, я барабанила по ней изо всех сил. Внутри послышался шум и прозвучали быстрые шаги. Дверь распахнулась и на пороге возникла Мария. Она смотрела на меня округлившимися глазами, а затем с криком кинулась мне на шею:
— Идиос мио! Идиос мио! [2] Наташа! — она снова и снова то смотрела на меня, то снова прижимала к себе, я не могла произнести ни слова, просто плакала у неё на руках, не вытирая слёз. Когда первый поток иссяк, я наконец смогла произнести:
— Лиса…Где Лиса?.. — Мария эмоционально взмахнула руками (она была наполовину испанка и разговаривая, она обычно подкрепляла свою речь красноречивыми жестами)
— Лиса, конечно, в школе, где же ещё! С Лисой всё в порядке! Но тэнго палаброс [3], где ты была всё это время??? — Она потащила меня в гостиную, потом на кухню, где усадила на стул и стала метать на стол передо мной какую-то еду. Я полностью подчинилась её воле, хотя от еды отказалась, отодвинув от себя тарелки.
— Когда она будет дома, Мария? Мы можем сейчас поехать за ней?
Мария показала головой:
— Дорогая, занятия заканчиваются через полтора часа. За это время ты хотя бы в двух словах расскажешь мне что с тобой произошло, потом я поеду за Лисой, а ты приведешь себя в порядок и переоденешься. Или ты собираешься сказать ей, что всё это время была на карнавале? — она энергично показала на себе, что одета я более чем странно.
— И потом, — продолжала она, — нужно как-то подготовить её, она бедная только недавно перестала спрашивать о тебе каждую минуту.
По моим щекам снова заструились слёзы. Мария замолчала и, подойдя ко мне, обняла очень крепко. Я прижалась к ней и произнесла еле слышно:
— Спасибо тебе. — В ответ она грозно сверкнула на меня глазами, и тут же заплакала вместе со мной:
— Какое счастье, что ты дома, но пуэдо креерло [4]…
Я с трудом оторвалась от неё:
— Пойду переоденусь. — Она не отпустила меня:
— Скажи, где ты была? Или…когда?.. — теперь я видела, что она окончательно поверила мне, а раньше, наверное, сомневалась в глубине души.
— Это была Англия, — ответила я, глядя в прошлое. — Викторианская Англия. И в нескольких словах, старательно обходя тему, которая не отпускала моего сердца из тисков, рассказала о событиях последних месяцев. Которые для этого мира произошли сотни лет назад…
Мария смотрела на меня абсолютно круглыми глазами, иногда шепча:
— Инкрэибле… [5] — однако, от её проницательного взгляда не ускользнуло, что я чего-то не договариваю.
— Наташа, позже ты мне всё расскажешь, не думай, что тебе удалось меня провести. Ты плачешь не только от счастья, что вернулась домой. Сейчас я поеду за Лисой, а ты отдыхай. Мы скоро будем.
Я закрыла за Марией дверь (на пороге она снова крепко обняла меня) и огляделась. В доме ничего не изменилось. Голубовато-белые стены, деревянные перила лестницы, ведущей на второй этаж, на вешалке висел дождевик Лисы. Я его не помнила. У меня перехватило дыхание.