Мятежный рейд (СИ)

— Замечательно… А теперь, Николь, скажите, какие рекомендации вам даёт Максэнли в случае нападения пиратов?
— Не сопротивляться, если они превосходят в числе, — тут же ответил управляющий. — Он считает, лучше потерять товар, чем корабли. Чтобы построить судно, нужно серьезно вложиться, взять большую ссуду. На бирже изредка продают захудалые суденышки, но и на них большой спрос. А Элаф жутко боится влезть в долги. Раньше таким не был…
— Но ведь потерянный товар тоже дает пробоину в финансах, да такую, что долго в себя приходишь.
— Товар окупается быстро, если знать, где его реализовать, — вторично осушил чарку Николь. — Здесь, главное, не зевать.
— Ну… такая схема тоже имеет право на жизнь, — я не стал спорить. — А теперь послушайте меня, Николь. Я даю вам слово, что вы вернётесь к своей жене и детям в полном здравии и даже с ворохом интересных историй, если не станете вмешиваться в мои дела. По контракту я обязан защитить не только корабли, но и товар, находящийся в трюмах. Не вздумайте поднимать руки и сдавать позиции, как бы худо не было. Кракен хоть и морской дьявол, но помогает мне и на реках.
Я улыбнулся, но Пенберти почему-то побледнел и сглотнул тягучую слюну.
— Неужели это правда?
— Хотите доказательств?
— Как ни странно, впервые не хочу их видеть, — слабо улыбнулся управляющий.
— Нет, ну почему же? — я встал, отбросил полу кафтана и с шуршанием вытащил кортик из потертых ножен. Видимо, купеческий доверенный неправильно понял мой жест и попытался отодвинуться подальше от сверкнувшего клинка в уголок. — Глядите, Николь, вот этот кортик достался мне от одного фраймана, но как я не пытался узнать, где он раздобыл его, тот крепко держал язык за зубами. Глядите внимательнее!
Сжав рукоять кортика, я на мгновение замер. Клинок засветился нестерпимо белым сиянием, как будто пытаясь расплавиться, но через мгновение потускнел, только кончик едва уловимо подрагивал, остывая. Он был недоволен, что не удалось испить тёплой человеческой крови, но я уже научился осаживать его желания.
— Невероятно! — выдохнул Пенберти. — Впервые такое вижу! Белый клинок! А говорят, это все выдумки, сказки…
— Я же говорил вам, вернетесь домой с кучей интересных баек, о которых вам никто не поверит, но принесет мне репутацию удачливого кондотьера.
Кортик с мягким шуршанием вернулся в ножны.
— Что за белый клинок? — поинтересовался я.
— Существуют легенды, что некий пират по прозвищу Кракен выковал себе кортик, нож и абордажный топорик из какого-то невиданного железа. Оружие отличалось особой прочностью, но самое загадочное происходило когда он обнажал его перед боем. Клинки и топор раскалялись добела, и если их не насытить кровью, они рано или поздно уничтожат своего хозяина. Если вы не великий мистификатор, Игнат, то в ваших руках уникальный артефакт.
Пенберти вытер пот со лба, а я задумчиво присел на стул и наполнил наши чарки, которые были тут же осушены.
— Теперь я вижу, что вы настоящий купец, — Николь вытер губы ладонью. — Хватка у вас железная. Ни за что бы не догадался таким способом поднять себе репутацию. Я, кажется, понял. Некоторые слухи запускали ваши люди, да?
— Нет, только один человек. Лесс Боссинэ. И это были не слухи, а правда.
Николь понял, что я больше не собираюсь наливать, и неуклюже поднявшись, решил откланяться.
— Где вы будете жить?
— У меня на «Эпинали» личная каюта, — скривил губы управляющий. — Правда, там не развернуться, но хотя бы никто своим храпом мешать не станет. Я плохо сплю, если кто-то надрывает глотку во сне.
Мы разошлись. Пенберти направился в свою каюту устраиваться, а я поднялся на капитанский мостик, и с разрешения Оскара тихонько пристроился так, чтобы не мешать ему работать и обдумать рассказ Пенберти об оружии неведомого мне Кракена. Довольно необычно, что нащупать след к загадочному поведению кортика удалось вдали от моря, с помощью «сухопутной крысы». Ну, хоть что-то.
Наступал самый ответственный момент. Караван выходил на фарватер, стремясь встать на одну линию, пока прилив набирает сил. К тому же благоприятствовал ветер. Паруса с гулким хлопком натянулись как струна, засвистел ветер в леерах, заскрипел такелаж. Зазвучали отрывистые команды шкипера, дублируемые помощником — краснощеким моложавым мужчиной с густой шевелюрой черных волос, которые он небрежно прикрывал суконной треуголкой. Где Калифер (так представился мне помощник капитана) раздобыл сей головной предмет, используемый только на военном флоте, я мог только догадываться. Кто-нибудь из семьи служил на одном из королевских кораблей, позже отдав треуголку родственнику как подарок. Слишком она старая, уже несколько раз перетянутая.
 
Караван поймал ветер и прилив одновременно, что говорило о мастерстве флагманского капитана. Ещё бы! Купцы всегда ставили во главе рейда опытных шкиперов, понимая, что от них зависит благополучный исход предприятия.
Мимо потянулись земли, купленные недавно Тирой. Здесь до сих пор стояли лачуги, и никто не собирался выселять рыбаков и нищие семьи. Тира пока не торопилась возводить причалы, с головой уйдя в строительство гостиницы. Посоветовавшись со мной, решила отложить облагораживание территории года на два-три. За это время земля поднимется в цене, что принесет неплохую прибыль уже через год после ввода причалов в действие.
По сравнению с прошлым рейдом сейчас на Рокане было довольно оживлённо. Навстречу нам дважды попадались небольшие караваны, уже распродавшие свой товар и возвращавшиеся домой. Зато по берегу непрерывным потоком шли армейские подразделения. Кавалерию сменяли маршевые роты, следом за ними, неторопливо переставляя ноги, тянули пушки косматые тяжеловозы. И все они направлялись к Натандему, где намечалось перекрыть Эритию плотной цепью всевозможных постов и разъездов. От Рувилии будут спускаться войска и выдавливать мятежников на открытое пространство в междуречье, где планировалось окончательно уничтожить бунт. Поэтому я не удивлюсь, если мы к тому времени окажемся в эпицентре горячих событий. С одной стороны, это хорошо. Никакие пираты не осмелятся напасть на караван. Нужно быть идиотом, чтобы во время войсковой операции грабить торговые корабли. Патрульный Корпус разнесёт бандитов на мелкие куски. Но для нас, с другой стороны, могут возникнуть проблемы в виде запрета на дальнейшее продвижение к Осхору. Прикажут встать на якорь — и подчинишься, не пикнешь.
Окутавшись дымом пахитосы, я продолжил следить за движением войск и размышлял, каким образом Котрил вместе с бароном Шаттимом хочет разыграть карту с артефактом Истинной Крови. Что это вообще такое? Магический инструмент для выявления потомков первых правителей Дарсии? Или нечто другое? Надо бы с Озавой поговорить. Она же чародейка, училась по каким-то особым учебникам, и знания у неё должны быть специфические.
— Я всё думаю, не поторопился ли господин Максэнли, отправляя караван так далеко? — ко мне подошел шкипер, как всегда, встав с подветренной стороны. Забавно, что он не курит, как большинство его коллег. Для тех подымить трубкой сродни некоему фетишу, по которому опознается принадлежность к тому или иному сословию. — Похоже, намечается серьёзная драка.
— Мятеж не потушишь за десять дней, — рассудил я. — Боюсь, мы еще вляпаемся в самую середку этих мероприятий. Придется идти очень быстро, используя каждую возможность: течение, направление ветра, а если понадобится — запускать гравитоны.
— Груз не позволит, — покачал головой Оскар. — Когда я говорил о месяце плавания, нисколько не преувеличивал. Пробовали и раньше ускоряться, как вы сейчас предлагаете, Игнат. Поверьте, выше своих возможностей не прыгнешь.
— И все же хотя бы раз в день нужно применять гравитоны, — отстаивал я свое решение. — Знаете, как можно пройти пешком за день пятьдесят лиг, будучи обвешанным оружием и провиантом?
— Такое невозможно, — возразил шкипер и улыбнулся, как будто услышал от меня шутку.
— Ну почему же? Главное, хорошая подготовка бойцов. Постоянная смена ритма. Бег-шаг, бег-шаг. Пешим маршем идем три лиги, потом бежим лигу. Поверьте, Оскар, всё возможно.