Нелюбимая жена драконьего генерала. Отель с нуля (СИ)

— Серьезно? — я радуюсь и ставлю подсвечники то так, то этак. — Может, лучше на камин?
Флора хватает каталог и энергично листает его.
— Смотрите, занавески в тон, — берет с капота автомобиля второй каталог, — и вазы.
О, да. Вазы, выбранные Флорой идеально подходят. Мы методично подбираем плафоны, шпалеры, обивку для мебели. Интерьер холла выстраивается вокруг подсвечников.
Увлекательное занятие прерывает миссис Милл, которая сообщает, что генерал просил позвать меня.
— Он ждет вас в кабинете.
Вспоминается «мама» и сразу портится настроение. Отчего-то кажется, что это дело не раскроется так легко. И еще я переживаю, что в сомнительной и преступной истории замешана Инес Фьерд. Обидно было бы в ней разочароваться.
Вчера я просмотрела снимки отца Анны и уловила явное сходство. Мягкие карие глаза, форма носа, овал лица. И ни одной фотографии с женой.
И кем на самом деле была мать Анны? Или она плод внебрачной любви? Сплошные тайны.
Я поднимаюсь на второй этаж и захожу в кабинет. Рэм сидит за моим столом и я улыбаюсь, остановившись в дверном проеме.
— Есть новости об этой женщине? — спрашиваю слегка кривясь.
— Она не признается. Ничего не отрицает, но и не признает. Просто отказывается говорить, знает, что без доказательств ей ничего не припишут, — Рэм щурится и похлопывает ладонью по столу. — Моя мать била наугад, хотела запугать шантажистку. Но, видишь, как вышло. Впрочем, я всегда удивлялся, что Анна родилась у подобной...
Рэм пятерьней зачесывает волосы и не договаривает. Звонит переговорный артефакт и он хватает трубку, внимательно слушает собеседника. Тот долго отчитывается.
— Бесы, — роняет раздраженно Рэм и кладет трубку. — Ее документы на имя Лоры Фьерд, но она утверждает, что не брала фамилию мужа.
— А Инес Фьерд? — задаю я волнующий меня вопрос.
— С ней тоже поговорили только что. Она между прочим дала интересные показания. Сестры плохо ладили, жили отдельно друг от друга, тем не менее изредка пересекались. И Инес никогда не встречала Оливера Мойроша, хотя ей было известно, что у сестры имеется какой-то муж. И беременной она сестру тоже не видела. Та поставила родственников перед фактом, когда появилась с младенцем, рассказав, что муж ее погиб. Только позже Инес стала чаще заходить в гости, чтобы присматривать за маленькой Анной.
Я выслушиваю Рэма и соглашаюсь, что Инес не в чем винить. Она спасла Анну, продала все, чтобы приехать в Дургар и ни разу не попросила помощи. Сама крутится, чтобы развить дело.
Она не лжет.
Рэм встает из-за стола и приближается. Опирается о косяк рукой и наклоняется ко мне. Я вдыхаю его ставший родным запах и заглядываю в голубые глаза.
— Как назло, я должен уезжать. Уже на днях...
Сердце сжимается и я давлю спазм мучительной душевной боли.
— Императорская канцелярия займется делом Лоры Фьерд. Скоро мы узнаем правду.
Я киваю, потому что на слова нет сил. Я не хочу его отпускать. Наверное, я с головой уйду в отель и буду считать каждый день как одержимая.
— Ярослава, я опытный солдат. Я дракон. Нас трудно убить.
— Но...
— Не думай о плохом. Я вернусь и мы проведем брачный ритуал. Я был женат на Анне, но сейчас хочу скрепить союз с тобой.
— Ты намерен раскрыться жрецу?
— Нет, я имею в виду другой ритуал. Драконий. Мы даем клятвы у Древа Жизни, — он берет мою руку и целует запястье. — Ты согласна стать моей женой, Ярослава?
От его вопроса у меня по коже бегут мурашки и я отвечаю:
— Да.
  
65
 
Рэм уезжает через три дня и все последние ночи я остаюсь в его доме.
Мы много занимаемся любовью и разговариваем.
Рэм рассказывает мне о Древе Жизни, вблизи которого драконы проводят все самые важные обряды — помолвки, свадьбы, поминки. К нему приносят младенцев, чтобы напитать силой. К нему приходят умирать, молиться и просить драконьих богов о помощи.
— С Анной мы этот ритуал не провели, так как она не верила в драконьих богов, — говорит Рэм.
Я лежу на его руке и смотрю в потолок, на котором играют причудливые тени от магических кристаллов.
  
— Я тоже не верю, — кривлю уголок рта.
— Но сможешь же притвориться ради меня, что веришь? — тянет Рэм и я смеюсь.
А потом Рэм приводит лекаря. В Дургаре мало магически сильных целителей, именно поэтому Августу Лэриону удалось продержаться так долго. Не сгуби его игромания и плохие привычки, стал бы легендой.
— Магический потенциал очень высокий и редкий... кхм... Проблем со здоровьем нет. Леди Грэхем вполне способна родить ребенка дракону, — радует нас лекарь и на лице Рэма расплывается улыбка.
Он не говорил со мной на эту тему, но был готов к любому вердикту врача.
Я тоже выдыхаю — если честно, боялась, что здоровье Анны пострадало безвозвратно. А Инес Фьерд я, при всем уважении, не до конца доверяла.
После ухода целителя Рэм обхватывает мое лицо ладонями и нежно целует в губы.
— Я так люблю тебя, — произносит серьезно и между его бровей залегает складка. — Я жизнь готов за тебя отдать.
— Лучше живи. Для меня, — отвечаю я.
Провожать Рэма я отправляюсь с господином Роммером, с которым мне нужно согласовать некоторые вопросы по гостинице. На вокзале встречаем Грэхемов и я поражаюсь тому, как изменилось отношение его отца ко мне.
Любезность свекра коробит, ведь я понимаю — ему известно, что я истинная его сына... и что я не дочь Лоры Фьерд. Вижу, их это волнует.
Тем не менее приходится нацепить на лицо такую же фальшивую маску и улыбаться. Да и свекрови удалось немного реабилитироваться в моих глазах, но лишь самую малость.
Впрочем, вскоре мне становится не до них.
Когда отъезжает поезд, на меня наваливается страшная пустота, но я верю, что все образуется. Рэм вернется.
Он обещал писать как можно чаще и в моем распоряжении лейтенант Айош, к которому я могу обращаться по любым вопросам. Он же сообщит мне новости по делу Лоры Фьерд.
Эта проблема не дает мне покоя — прошлое Анны влияет и на меня.
Но сейчас моего внимания требует отель. Мое детище. Цель моей жизни.
Мы открываем исторические залы для посетителей и народ валит валом. А все потому что мы дали удачную рекламу — так уж случилось, что меня осенило идеей прямо посреди ночи.
В Дургаре очень любят иллюзии — магию наподобие кино. Рэм однажды сводил меня на такой «фильм» и я осталась реально впечатлена. Действие разворачивалось на огромном экране, но зрители ощущали ароматы, движение воздуха и даже температуру. Звуки окутывали сидящих в зале и можно было разобрать пение птиц, шелест травы, тихий шепот... черт, даже дыхание актеров!
Иллюзии оказались намного круче любого 3D, но главное — жители Торна обожали исторические мелодрамы про Стародавье.
Я была в полнейшем восторге, когда мне удалось договориться с директором крупнейшего «театра иллюзий» о рекламе моей гостиницы.
Баннеры с интерьерами исторического зала и кухни повесили в холле театра и даже показали маленький «ролик» перед началом сеанса.
Залы мы предварительно оборудовали эскизами Флоры — посетители могли полюбоваться на будущие номера.
Получилась своеобразная выставка, а мисс Пог — управляющая — согласилась послужить гидом.
Элегантная дама произвела самое лучшее впечатление на людей, а я осталась в приятном шоке, когда поняла, что заходить к нам стали вполне зажиточные особы и аристократы.
Не обходят нас стороной и курьёзы — род Грэхемов вдруг начинает заваливать меня подарками. Когда привозят старинный громоздкий серебряный сервиз я серьезно теряюсь.
Куда это деть?
— Это же... — начинаю я, не в состоянии подобрать слова.
— Раритет! — Флора довольно потирает руки. — Представьте, как он украсит исторический зал.
Мы там собираемся открыть столовую с местной традиционной кухней, кстати.
— Боже, я надеюсь, что Грэхемы остановятся, — тяну я со стоном.
Но они не останавливаются и курьер каждый день приносит шкатулки, статуэтки, жемчуга и драгоценности. Некоторые старинной работы, из червонного золота, массивные и устаревшие.