Нелюбимая жена драконьего генерала. Отель с нуля (СИ)

Та понимающе кивает.
— Малышня, идем пить горячее какао, — хлопает в ладоши и детвора сразу кидает горшки. Лави берет Ганса за руку и тянет за собой.
Флора с детьми скрываются за дверью, а я выглядываю в окно. На улице настоящее светопреставление, вода рекой течет по асфальту. Что происходит?
В комнате повисает неловкое молчание и я быстро иду к лестнице. Ощущаю спиной Рэма и дергаюсь. Каждый раз, когда дракон врывается в мое уютное царство, переживаю. Ведь я строю новую жизнь по кирпичику, и так страшно, что он все разрушит. А он может, это в его власти.
Мы входим в одну из спален на третьем этаже и я активирую систему отопительных артефактов. Они допотопные, но надежные.
Передвигаюсь по комнате не оглядываясь на бывшего мужа. Задвигаю шторы на окнах, распахиваю шкафы. Я помню, здесь хранилась старая одежда.
— Дам тебе рубашку и брюки моего дедушки, — решительно поворачиваюсь к Рэму.
Он между тем молча снимает мундир и стягивает рубашку, берется за ремень. Звякает массивная пряжка.
— Рэм! — возмущаюсь я.
Сердце вдруг подскакивает к горлу, а пространство скукоживается. За окнами шумит дождь, а мы словно застряли в отрезанном от всего мира коконе.
Ноги прирастают к полу, и все что нужно — это открыть дверь и сбежать отсюда. Но я смотрю на его мускулистый торс, на плоский живот... на интригующе расстегнутый ремень. Он же не станет раздеваться дальше?
Перевожу взгляд на лицо. Четко очерченные твердые губы трогает улыбка.
— Ты же не видела меня обнаженным... — тянет он. — Ты не Анна.
— Имей совесть, — отворачиваюсь и достаю полотенца, сухую одежду. — Тут есть маленький душ. Сможешь переночевать здесь, я принесу свежее постельное белье.
Прохожу мимо него и меня обдает жаром. Его энергия окутывает и сбивает с толку, плавит, заставляет сердце биться быстрее.
Кладу вещи на кровать и замечаю, как дрожат пальцы. Настоящий позор! И этот ящер ведь считывает мое состояние. Даю себе время охладить голову, расправляю одежду, стряхиваю пылинки.
— Рэм...
Взяв себя в руки, оборачиваюсь. Генерал стоит ко мне спиной совершенно голый. Брюки и нижнее белье валяются рядом с мундиром на полу.
Некоторое время разглядываю напряженные мышцы на спине, крепкие, словно каменные ягодицы. Нет, это какой-то сон. Вязкий, ненужный, затягивающий кошмар.
— Я принесу горячий чай и еду, — произношу спокойно.
Он не двигается, позволяя мне любоваться совершенным телом. Знает, что хорош, но я не должна показывать ему свое волнение.
— Полчаса, — отвечает он глухо. — У тебя есть полчаса, пока я приведу себя в порядок. Не возвращайся раньше.
Понятно. И я выскакиваю за дверь.
Мне самой необходимо обсохнуть и переодеться.
Спускаюсь на кухню и обнаруживаю, что она пуста. Видимо, все разбрелись по своим комнатам и затаились. Погода все еще лютует, гремит гром, и дождь не собирается прекращаться.
Это очень странно. Чертовщина какая-то...
Забегает Сара. Непривычно видеть ее такой обеспокоенной, обычно она невозмутима как скала.
— Крыша не протекает? — спрашиваю я.
— Патрик сейчас спустился вниз... в старые залы... чтобы активировать защиту и соединить ее с артефактами в особняке, — Сара неопределенно машет рукой, ее голос срывается. — Что ни говори, со старой магией ничего не сравнится.
— Принесите мне в комнату горячее какао, пожалуйста, — я чихаю и Сара срывается с места. Подбегает к плите и деловито шумит посудой.
— Вы простынете так, миледи, — начинает причитать, я же направляюсь к себе.
И правда — заболеть мне совсем не хочется.
Мокрая одежда летит на пол в ванной, а я принимаю горячий душ. Кутаясь в халат, возвращаюсь в комнату. Сара как раз приносит какао и я кидаюсь к чашке, чтобы погреть руки о теплые керамические бока.
Делаю глоток, а мысли устремляются к генералу, сердце трепещет. Чувства сплетаются в горячий клубок, разрывают меня изнутри. Каждая встреча с ним заканчивается таким вот фейерверком, выплеском эмоций и адреналина.
Потом долго приходится успокаиваться, находить опору...
  
— Патрик закончил с защитой, теперь нам никакой дождь не страшен. Если только ветром не унесет, — произносит Сара и нервно улыбается.
— На вашей памяти бывали такие бури? — спрашиваю я, с наслаждением отпивая какао.
— Не припомню, — качает она головой. — Страшно очень.
Я подхожу к окну и отодвигаю занавески — творится что-то необычное. Как будто буря — магического характера. Раскат грома заставляет вздрогнуть и я отшатываюсь от окна.
— Идите к себе, — отдаю Саре пустую чашку.
Позже иду на кухню. Сколько генерал велел выдержать времени? Очень надеюсь, что он успокоился и мы сможем поговорить по-людски.
Почему-то кажется, что какао Рэму не понравится, и я завариваю крепкий чай. Нахожу в шкафчике кусок мясного пирога и красиво сервирую все на подносе.
Рэм же сможет мне объяснить, что творится? Почему природа сошла с ума и обрушивает на Торн потоки воды?
На лестнице несколько раз пугаюсь шума стихии и радуюсь, что Патрик позаботился о безопасности особняка.
И только толкнув дверь, вспоминаю, что на мне мягкий велюровый халат. А под ним лишь короткая ночная рубашка. Хотя... не наряжаться же специально для бывшего мужа.
Захожу в комнату аккуратно — придерживая поднос и оглядываясь. Но генерал уже оделся и сейчас стоит у окна. Дедушкина одежда пришлась ему впору, рубашка идеально обтягивает широкие плечи.
— Я принесла вам поесть, — ставлю поднос на столик у кровати.
Рэм оборачивается и взгляд его холодных обычно глаз теплеет.
— Ты знаешь, отчего такая буря? — одергиваю подол халата и останавливаюсь у шкафа. Подмечаю, что Рэм не оставил мокрую одежду валяться на полу. Видимо, отнес все в ванную.
Он усаживается на кровать и смотрит на меня... жадно. Да, именно так. И я в своем халате ощущаю себя первой красавицей, разодетой на бал.
— Я догадываюсь, — отвечает он.
— Поделишься подозрениями? Мне кажется, буря магическая.
Рэм усмехается.
— Умница, точно подметила, — устало трет переносицу и поясняет, — на востоке что-то происходит. Похоже, взорвался один из артефакторных заводов.
— И... это связано с Ласко? — предполагаю я. Возможно, ошибаюсь, но интуиция подсказывает, что нет.
— Очень вероятно. Расследования не мой профиль, но я взялся помогать императорскому дознавателю и скоро прижму Ласко. Знаю, он не сидит сложа руки и плетет интриги, но я слежу за ним.
Рэм встает и приближается ко мне.
— У меня все схвачено, Анна. Он не уйдет.
Новый раскат грома оглушает и я вздрагиваю. Рэм пользуется моментом и оказывается рядом. Схватив в объятия, прижимает к шкафу. Держит крепко и вырываться совсем нет желания, а он обрушивается на меня с поцелуями.
Целует лицо, шею, плечи. Беспорядочно, горячо, чувственно. Сильные пальцы сминают мягкую ткань халата.
— Рэм, не надо, — мой голос звучит слабо, потому что в непогоду очень хочется прижаться к мужчине, спрятаться в сильных руках.
Если бы я доверяла генералу. Как бы все было чудесно.
Он останавливается, дышит тяжело и рвано. Потом подхватывает на руки и вместе со мной садится в кресло. Я снова оказываюсь у него на коленях, утыкаюсь носом в крепкую шею и закрываю глаза.
Утром морок рассеется, но сейчас я хочу быть рядом с ним.
— Ты боишься меня, — тянет он.
— Когда я проснулась впервые в этом мире, в комнате находилась Шейла. Убийца и лгунья. Ты ее впустил, — шепчу я.
— Если бы можно было отмотать все назад... — начинает он и запинается.
Мы оба понимаем, если бы генерал не совершил ошибок, Инес Фьёрд не пришлось бы проводить ритуал. Как ни ужасно это звучит, но трагедия Анны привела меня в новый мир, дала шанс на нормальную жизнь. Ведь в старой я была обречена.
— Твой страх глубже, — он приподнимает мое лицо и смотрит в глаза. — Что ты скрываешь? Я ничего о тебе не знаю.
Молчу и позволяю ему поцеловать себя в губы. Долго и глубоко.