Предатель крови (СИ)
— Я вовсе не это имел в виду, — вкрадчиво произнес Риддл. — Просто, помнится, Уизли говорил, что Малфой задолжал Лонгботтому ма-алю-усенькое желание… Примерно вот такое.
Тут он развел пальцы на полдюйма, и Драко недоуменно моргнул. А потом вспомнил, это было видно по его лицу. Ну а Том, видимо, снова без спросу лазил в мою черепушку…
— Думаю, Невилл, сейчас самое время это желание истратить, — кивнул Том.
На лице Невилла отразилась мучительная работа мысли, а потом, судя по широкой улыбке, до него дошло, на что намекает Риддл.
— Точно, самое время, — кивнул он, приосанился и сказал: — Малфой, я хочу, чтобы ты уступил место ловца де Линту… вместе со своей метлой, кстати, хотя бы на этот матч!
«Молодец, не подвел!» — явственно читалось по глазам Тома.
— Согласен? — спросил он Драко.
— Ну… если у Лонгботтома такие извращенные желания, что я могу поделать? — пожал тот плечами. — Пожалуйста. Только решение о том, будем ли мы меняться с Хаффлпаффом, принимаю все равно не я. Так что мы с тобой в расчете, дальше сами!
С этими словами он улетучился, а Том уставился на Флинта.
— Ну, что скажешь? — протянул он. — Что ты теряешь? Позволь, я сыграю за ловца…
— Ты же бладжеров боишься!
— Уже нет. Я проработал свой страх и почти покончил с ним, так неужто ты откажешь мне в завершении гештальта? — выдал Том и полюбовался вытянувшейся физиономией Флинта.
— Тебя даже в списке запасных нет, — отмер тот, явно вспоминая фигуры высшего пилотажа в исполнении Риддла — это было видно по загоревшимся глазам.
— Так сложно кого-то вычеркнуть, а кого-то добавить? Никогда не поверю!
— Ну… ладно! — решился вдруг Флинт. — Рискнем! Пошли к декану, пускай утвердит тебя в запасных, а потом… Ха-ха, вот будет всем сюрприз!
— Несомненно, — с премерзкой ухмылкой ответил Том, и они удалились.
Том вернулся в спальню только к ночи, немного взъерошенный — видно, Флинт велел ему опробовать непривычную метлу: Малфой с бурчанием отдал свою красавицу во временное пользование, едва ли не пересчитав прутики в хвосте, чтобы принять ее обратно невредимой. Я бы на его месте не был столь оптимистичен…
— Зачем ты это устроил? — спросил я, когда Том вернулся из душа.
— Затем, что у меня нехорошее предчувствие, — ответил он, заваливаясь на кровать. — А я привык доверять своей интуиции. Вдобавок на прорицаниях нагадал кое-что непонятное, но неприятное, а такое я привык встречать лицом к лицу!
— А не ты ли говорил, что ходить на прорицания нет проку тем, у кого нет врожденного дара? — напомнил Невилл.
— Говорил, — согласился Том, перекатился на бок и подпер голову рукой. — Но кто тебе сказал, что у меня этого дара нет и в помине? Легковерные вы мои…
— То есть ты правда можешь что-то нагадать? — уточнил я.
— Иногда могу, — задумчиво ответил он. — Что-то невнятное, на грани ощущений. Но в этот раз они так тесно сплелись с предчувствием, что я понял — нужно действовать.
— И что ты увидел в… в чем, кстати?
— В кофейной гуще.
— Ага… что ты там увидел?
— Смерть, — спокойно ответил Том.
— Э… — поперхнулся я. — И как она выглядела? Что конкретно ты увидел?
— Снитч, — сказал он с улыбкой, потянулся и добавил: — Смерть, если что, была не моя.
Я в этом даже не сомневался. Ну а чтобы понять, как станут развиваться события, нужно было дождаться завтрашнего дня, так что мы взяли да и завалились спать.
О том, что вместо Драко играет Том, знал только наш декан. Даже мадам Хуч — и та поразилась, когда Маркус подошел к ней перед игрой и вручил список команды.
А что творилось на трибунах, даже передать не могу!
— В хорошую погоду он выглядел бы куда лучше, — тяжело вздохнула Джинни и вцепилась в меня покрепче. С другой стороны ко мне жалась Миллисента, а дальше сидели Луна с Невиллом. Том давно научил нас ставить «зонтик», и мы хотя бы не мокли, как большинство прочих зрителей. И что преподавателям стоило поставить защиту от непогоды?
— Что они там видят на поле? — пробормотала Миллисента, вглядываясь сквозь струи дождя в размытые цветные пятна.
— Подозреваю, что ничего, — ответил я. — Кстати, обычно ведь ценятся легкие и быстрые ловцы, я прав? Так вот, у Тома сейчас более выгодное положение по сравнению с Поттером — его хотя бы ветром не сносит!
О том, что его и дождь не мочит, я говорить не стал, присмотрелся получше и невольно засмотрелся: Том будто бы лавировал между струями дождя, и это было очень красиво. (Уверен, Джинни тоже залюбовалась.) На самом деле, это потоки воды огибали Риддла, но, право, какая разница?
После первой же молнии (гроза в ноябре, дожили!) последовал тайм-аут. С игроков лило, как с водяных крыс, только Том щеголял в сравнительно сухой мантии. Его тут же отловил Флинт — гриффиндорцы опережали нас на пятьдесят очков, и надо было либо ловить снитч, либо постепенно уменьшать разрыв. Вот, видимо, Флинт и накручивал Тома на победу…
Снова раздался свисток, и команды взмыли в воздух. Сверкали молнии, грохотало, и я поражался, как игроки ухитряются слышать друг друга и в особенности команды капитана. Тома это явно не занимало, он не стал подниматься высоко и завис на месте, поворачиваясь вокруг своей оси. Мельтешение вокруг его не отвлекало, хотя разок-другой бладжер пронесся мимо его уха. Том искал снитч… Эта его манера всегда напоминала мне змей: сперва они медлят, выбирая подходящий момент, а потом следует молниеносный бросок к добыче!
— Выше, Гарри, над тобой! — едва расслышали мы истошный крик Вуда, капитана команды Гриффиндора, и Поттер судорожным рывком послал метлу вверх, едва справляясь с ветром.
— Де Линт, уснул?! — рявкнул Флинт, и метла Тома, будто бы нехотя развернувшись, вдруг рванула вверх на порядочной скорости.
— Все равно не успеет, — прошептала Джинни, изо всех сил высматривавшая снитч. Куда там! Однако Поттер явно его видел, а Том — нет, он вообще оказался не в той стороне и значительно ниже…
И вот тут-то случилось непредвиденное. Стадион вдруг притих, а Поттер вдруг дернулся, и его метла будто провалилась на несколько футов вниз. Складывалось впечатление, будто он потерял сознание, и когда я глянул на поле, то понял, почему.
Там были дементоры. Не меньше сотни дементоров, и я осознал, что смотреть на них не могу — ледяной липкий ужас просто завязывал кишки узлом.
Это было как в страшном сне…
Вот соскальзывает с метлы и падает Поттер, даже не пытаясь как-то удержаться, а рука у него вытянута вперед и вверх — он явно увидел снитч прямо перед тем, как лишиться чувств…
Вот снизу выныривает Том, закладывает лихой вираж на потеху публике, а потом, увидев, что дело неладно, срывается в штопор и каким-то чудом успевает подхватить Поттера в нескольких футах над землей. А потом, перекинув того через древко метлы, как похищенную невесту, плавно опускается наземь…
Как мы оказались возле него первыми, понятия не имею, помню только, что Джинни с разбегу кинулась Тому на шею, так что он едва не упал, а Невилл придержал Поттера, которого мы чуть не сшибли с ног. Тот судорожно протирал очки рукавом мокрой мантии, но дара речи явно лишился, а потому пока что помалкивал.
Наконец он совладал с очками, надел их, рассмотрел спасителя и невольно выговорил:
— Но… но… Зачем ты меня спас?!
— Не зачем, а почему, — педантично поправил Том, поправляя мантию. — Ты потерял управление и падал, а я успел это понять и поймал тебя.
«Да он же мог расшибиться насмерть! — прикинул я. — Кости еще ладно, близнецы сколько раз ломали руки-ноги, и ничего, но… иногда и одного раза достаточно, чтоб шею свернуть!»
— Но ты же слизеринец!
— И что того? Знаешь, Поттер… — тут Том приосанился и произнес громко и внятно, так, чтобы его наверняка расслышали если не все, то многие: — Благородство — это не привилегия одного единственного факультета. Оно либо есть, либо его нет!
— Д-да, наверно… — Гарри передернулся, явно вспомнив о дементорах. — Спасибо. Ты мне жизнь спас…