Адвокат Империи 14 (СИ)

Андрей присел на корточки перед ним, так что они оказались лицом к лицу.
— Считай, что это моё предпоследнее тебе предупреждение, — произнёс племянник, глядя ему в глаза. — И да, я нисколько не сомневаюсь, что его будет недостаточно. Что тебе в голову взбредёт что-то ещё. Отец всегда говорил, что, несмотря на свою ущербность, ты очень и очень умён. Хочешь верь, хочешь нет, он всегда уважал тебя за это…
  
— Думаешь, что мне не наплевать на это? — рыкнул Князь. Больше всего ему сейчас хотелось ударить собственного племянника. Ударить так, чтобы разбить ему лицо. Чтобы согнать эту нахальную лёгкую улыбку с его морды.
— Думаю, что меня это не особо волнует, — равнодушно пожал плечами Андрей. — Заметь, я пришёл к тебе. Я предупредил тебя. Я дал тебе возможность выйти из игры, чтобы не пострадать. В качестве благодарности за то, что ты для нас сделал. А как ты мне за это отплатил? Пришёл сюда чтобы что?
Андрей кивнул на лежащий рядом с Князем пистолет на полу.
— Чтобы убить меня?
— Если ты не оставишь мне выбора, — выдохнул Князь.
— Выбор? — Андрей едва не рассмеялся. — Поверь мне, Князь, у тебя никогда его и не было. Ты всегда останешься заложником своего положения, как бы ни старался. Даже здесь, когда я лично дал тебе этот «выбор» ты поступил именно так, как я от тебя и ожидал.
Наклонившись ближе, Андрей посмотрел ему в глаза, и только в этот момент Князь с неожиданным осознанием понял, насколько тот походит на Илью.
— Когда живёшь в стеклянном доме не стоит кидаться камнями, — проговорил он. — Иначе узнаешь о том, насколько хрупкие стены тебя окружают.
Поднявшись, Андрей пошёл к выходу, пройдя сквозь распростёртую и начавшую приходить в себя Марию и склонившегося над ней Князя. Но у самой двери он остановился и оглянулся.
— Ах да. Помнишь, я сказал про «предпоследнее предупреждение»? Вот тебе последнее. Если выживешь, больше никогда не вставай у меня на пути. Других шансов я тебе не дам.
Едва эти слова слетели с его губ, как фигура Андрея растворилась в воздухе, развеявшись, будто утренний туман.
— О чём он говорил? — обеспокоенно спросил Михалыч.
— Понятия не имею, но даже знать не хочу, — резко отозвался Князь. — Уходим отсюда.
Он поднял Марию на руки и пошёл на выход. Михалыч помогал Дмитрию, придерживая его под плечо. Они успели дойти до двери и даже выйти в коридор, когда здание содрогнулось от первого взрыва, а его нижние этажи утонули в ярком пламени.
Князь не стал что-либо говорить. Они с Михалычем бросились бежать по коридору в сторону лестницы, когда пол под их ногами вспух и взорвался вихрем обломков. И они влетели прямо в центр этого смерча.
* * *
— Будет жить, — сказал невысокий и сутулый мужчина, снимая перчатки.
Я слышал, как Князь долго и протяжно выдохнул. Так, словно в одном этом жесте скопилось всё обуревающее его напряжение и тревога.
— Как она? — спросил он, на что мужчина, которого звали Рудольфом, поморщился, будто от раздражения. Как объяснил мне Князь, он подрабатывал врачом для людей, выбравших не самый законный образ жизни.
— Я же сказал, — пренебрежительно и выплюнул он. — Жить будет, что тебе ещё надо…
— Мне надо знать, как она, — рявкнул Князь, поднимаясь со стула и начав угрожающе двигаться в сторону врача. — И если я спросил…
— Я слышал, что ты спросил, — отозвался врач. — И я тебе говорю, что она будет жить. Я приехал вовремя. Промедли я ещё хотя бы пять минут, и интоксикация от алхимии убила бы её. О чём ты думал, когда вливал в неё столько этой дряни⁈
Князь хотел было что-то сказать. И явно сделал бы это очень и очень резко. Да только так и не сделал этого.
— Ясно, о чём ты думал, — пробормотал врач.
— Твои прогнозы? — негромко спросил Князь.
— Постельный режим в течение недели. Никаких физических нагрузок, наркоты, алкоголя, алхимии и чего-либо другого. В первые дни ей потребуется помощь в бытовых делах. Сам понимаешь. Если всё будет хорошо, то через несколько дней она сможет встать с постели. Список лекарств я тебе оставлю.
— Спасибо, Рудольф, — пробормотал Князь, потирая ладонями уставшее лицо.
— Спасибо, Князь, в карман не положить и на хлеб не намазать…
— Знаю. Я переведу тебе деньги.
— Я в этом даже не сомневаюсь, — поджав губы, сказал врач, надевая пуховик и беря в руки сумку. — Если потребуюсь, мой номер ты знаешь.
Сказав это, он вышел из комнаты, оставив нас вдвоём. Опустив взгляд, я посмотрел на свои руки, закрытые бинтами, под которыми скрывались обработанные мазью ожоги. Боль уже ушла, но пальцы всё равно плохо двигались.
— Князь, — тихо спросил я сидящего рядом со мной мужчину. — Что будем делать дальше?
— Я не знаю, Александр, — так же негромко ответил он. — Правда не знаю…
  
Глава 15
 
Когда он вошёл в просторный конференц-зал, все находящиеся внутри поднялись на ноги. Не желая тратить время на излишние приветствия, Алестер махнул рукой, жестом приказав собравшимся в помещении людям садиться.
— На излишние раскланивания нет времени, господа, — сказал герцог Эдинбургский, обходя стол и направляясь к своему месту во главе него. — Итак, что мы узнали. Альфред?
Начальник тайного отдела полиции Скотленд-Ярда, виконт Эйвбели, Альфред Кросс, не стал подниматься со своего места для ответа, как того потребовал бы официальный протокол в обычной обстановке. Вместо этого он просто приступил к ответу, не став тратить и без того ограниченное время герцога.
— Как вы уже знаете, господа, то, что произошло с семьёй Лаури, вне всякого сомнения можно характеризовать как убийство. Иных трактовок здесь нет и быть не может. Мы провели вскрытие всех найденных тел. В данный момент я не стану вдаваться в подробности, и если кто-то захочет ознакомиться с деталями, то они есть в заключениях судмедэкспертов и…
— Альфред, нам и с первого дня было понятно, что это было убийство, — скрывая раздражение, сухо произнёс Галахад. — Не думаю, что у нас есть время для того, чтобы тратить его на повторение очевидных вещей.
— Верно, ваша светлость, — не стал оправдываться Кросс. — Тем не менее, я считаю, что должен ознакомить вас с некоторыми моментами…
— Лаури мертвы! — резко произнёс Алестер, грубо перебив собеседника. — Не думаю, что мне нужно объяснять вам, насколько важным является сам факт того, что кто-то посмел поднять руку на пэра Империи и его семью. Сам этот факт — это плевок в лицо Империи и лично Императору. И мы не можем оставить его без ответа. Но для того, чтобы призвать виновных к ответу, Альфред, нам нужно знать, кто это сделал, а не продолжать копаться в мёртвых телах! Мертвецы не рассказывают тайн.
— Да, ваша светлость, — кивнул виконт, даже бровью не поведя в его сторону, хотя Алестер и без этого знал, что задел его. Уж слишком сильно просели политические позиции Кросса, чтобы он не пытался высосать для себя дополнительные очки из любой возможной ситуации.
Даже в том случае, если это толкание воды в ступе.
— Итак, есть ли что-то, Альфред, чего мы ещё не знаем? — вновь с нажимом спросил герцог, на что виконт лишь покачал головой.
— Нет, — всё-таки вздохнул он. — Боюсь, что новой и критически важной информации для расследования я вам сейчас предоставить не смогу…
— Зато, думаю, что я смогу это сделать, — произнёс голос с другой половины стола.
Повернув голову, Галахад обратил свой взор на невысокого и худого мужчину, что сидел в дальней части стола. Вероятно, Алестер не покривил бы душой если бы сказал, что мужчина, ставший объектом его внимания, выглядел, мягко говоря, нехорошо. Бледноватая кожа. Глубокие синяки под глазами и впалые щёки, словно он не доедал. Это, в купе с редкими, зачесанными назад тёмными волосами, создавало весьма отталкивающий вид. Кто-то на месте Галахада, кто не знал его и встретил бы на одном из бесконечной череды приёмов, что каждый день проходили в Лондоне, вряд ли назвал бы его красивым или хоть сколько-то симпатичным.