Девушка с гитарой (ЛП)

Если только не его тень она заметила, когда ранним утром разговаривала с Корой по скайпу.
— Сукин с…
— Что случилось? — спросила она, боясь услышать ответ.
— Он пропал, — сказал Поли. — Мы весь день его ищем, но он не отвечает на звонки.
Она пришла на час раньше. Должен приехать Чаз Майклсон, и если она не покажет себя с лучшей стороны, то он не станет ею заниматься, а Поли уже умыл руки. По словам Коры, из-за слухов о ней и Трейсе с ней опасаются работать. Но сказанное в пикапе, несмотря на случившееся, всё ещё было правдой.
— Каковы будут последствия, если он не выступит? — спросила Кайли у Поли.
Это последний концерт тура, так что, может, всё не так страшно.
— Тогда на нём можно ставить крест, — опускаясь на диванчик, ответил Поли.
— Ну, ведь тур закончен. Я имею в виду, что, если…
— Нет, Кайли, — прервал её Поли. — На нём уже можно ставить крест. Предполагалось, что этот тур пройдёт на стадионах, но билеты продавались плохо ввиду никудышней репутации Трейса из-за пьянства, драк и девок, так что тур перенесли в малые залы и прорекламировали как возвращение к истокам. Это его последняя возможность: после того, как он не вышел на сцену в Далласе, лейбл предупредил его, что в следующий раз, когда он кинет их на деньги, они разорвут контракт.
Чёрт. Трейс прав: шоу-бизнес как машина, и если делаешь остановку, она вышвыривает тебя прочь. Нельзя, чтобы карьера Трейса закончилась вот так. Она видела выражение абсолютного блаженства на его лице, когда он перебирал струны на гитаре и сплетал их стихи вместе.
— Погоди, Поли. Я его найду. Он выступит. Никому не говори, ладно? — попросила Кайли, собираясь отправиться на поиски Трейса.
— Нет, — ответил он, напугав её тем, что резко встал и схватил её за руку, пока она не успела уйти. — Кайли, если ты не вернёшься вовремя к своему выступлению, то и на твоей карьере можно будет ставить крест. Нэшвилл похож на среднюю школу — люди сплетничают, и все обо всём узнают. Мало того, что Чаз Майклсон скажет всем, что ты ненадёжная, ещё ты испортишь отношения с лейблом, ведь у тебя подписан контракт, — мягко напомнил он.
— Так значит, либо моя карьера, либо его, Полли? Это ты мне хочешь сказать?
— Нет. Я просто поясняю, что если ты увязнешь в его проблемах и не успеешь вернуться вовремя, то тебе не на что будет опереться, завоёвывая себе место под солнцем в мире кантри-музыки, и я ничем не смогу тебе помочь.
— А как насчёт него? Если я сегодня выступлю, а он нет, ты сможешь ему чем-нибудь помочь? Сможешь замолвить за него словечко в лейбле?
— Я сделал для него всё, что мог, и даже больше. Просил, умолял, извинялся, давая ему очередной шанс. Но нельзя заставить кого-то захотеть жить жизнью музыканта.
— Но он хочет этого. Просто злится на меня и всё принимает на свой счёт, потому что в этом весь Трейс, — убеждала она.
Теперь всё стало на свои места. Это было моральное обязательство Трейса. Самоуничтожение, чтобы не причинить боль другим. И пока его действия выгрызают его изнутри, его упрямство больно бьёт по ней.
— Подожди. Остановись и минутку подумай. Ты мечтала об этом, у тебя талант. Не ходи за ним. Не рискуй своим шансом, как это делает он. Ведь второй попытки может и не быть.
— Я должна, — сказала она, высвобождая руку из его хватки. — Потому что в этот раз он всё бросает из-за меня.
Глава 27
Выбегая из «Тин Руфа», Кайли поблагодарила высшие силы, что не надела эти чёртовы шпильки. Она проверила все бары в радиусе пешей доступности. Времени совсем не осталось. Через полчаса ей нужно быть на сцене.
Кайли вытащила телефон из кармана джинсовки и позвонила единственному человеку, который мог помочь.
— Мы поссорились. Я не могу его найти, Рей, и если мы оба не выйдем на сцену в течение следующего часа, то можем попрощаться с нашей карьерой.
— О боже! Скажи, чем я могу помочь? — завопила младшая сестра Трейса.
Она явно переживала за брата, но вместе с тем обрадовалась звонку Кайли.
 
В голове Кайли закрутились шестерёнки.
— Прости, что сваливаю это на тебя, но я хочу, чтоб ты ему позвонила и вела себя естественно, но слегка обеспокоенно. Скажи ему, что разговаривала со мной, и у меня был странный голос, будто я могу слететь с катушек, навредить себе или что-то такое. Первое, что придёт в голову. Но нужно, чтобы он вернулся в автобус, прямо сейчас.
— Охренеть! Вот и проверю свои актёрские способности! Может, я смогу сняться в каком-нибудь твоём клипе!
Да уж, она слишком сильно воодушевилась.
— Рей, если дело выгорит, и твой брат позволит, то ты сможешь сняться во всех моих клипах. Перезвони мне, пожалуйста, как только поговоришь с ним.
Спустя как минимум тысячелетие Кайли всё так же стояла и смотрела на экран мобильного. Стояла, попусту теряя время. Если он всё-таки покажется, то, скорее всего, будет пьян. Она забралась в автобус, быстро поздоровалась с Карлом, который тоже искал Трейса, и включила кофемашину. Приготовила три чашки кофе и достала термос, который нашла в шкафчике. На столе зазвонил телефон, и она едва не ошпарилась, переливая кофе.
— Ты дозвонилась до него?
— Да, гм, брат уже едет. Он не сказал мне, где был, но я слышала голоса и музыку, и он говорил немного невнятно.
Кайли в принципе этого и ожидала, но всё равно расстроилась.
— Ладно, по крайней мере он вернётся.
— Ага, и… Кайли, — замялась сестра Трейса, — я немного перестаралась, пока добилась от него обещания, что он приедет к тебе. По моим словам вышло, что ты совершишь самоубийство, если он не придёт и не признается в вечной любви или не скажет что-то подобное…
Господи!
— Ну, будет неловко, но не переживай, Рей. Ты сделала то, о чём я просила. Я скажу ему, что имела в виду убийство его карьеры, а из-за плохой связи ты неправильно поняла.
— А ты действительно эксперт по части лжи, — раздался голос Трейса позади Кайли.
— Мне пора, Рей. Спасибо, — тихо попрощалась она, сбросила вызов и повернулась к мужчине, на лице которого явно читалась ненависть.
— Ну, раз ты не на грани чего-то радикального, то, пожалуй, пойду ещё выпью, — сказал ей Трейс.
Его речь не была совсем бессвязной, но язык слегка заплетался.
— Карл, помоги, пожалуйста, — позвала она водителя.
К счастью, тот был килограмм на двадцать тяжелее Трейса. Он встал в дверях, блокируя выход.
— Ты уволен, — прорычал Трейс и сердито посмотрел на мужчину, которого Кайли воспринимала как большого плюшевого медведя.
— У него четверо детей, Трейс, — напомнила девушка. — Ты не уволен, Карл. Стой на месте. Завтра он и не вспомнит об этом.
— Ради бога, просто выслушай её, мужик, — проворчал Карл, немного сдвигаясь с прохода.
Сжав руки в кулаки и заскрежетав зубами, Трейс стоял на месте в проходе автобуса.
— Пожалуйста, давай присядем, — попросила она, жестом указывая на диван в форме подковы, расположенный напротив.
Трейс направился туда и сел, но его глаза оставались чёрными и пустыми. «Неужели он так зол только потому, что я не рассказала ему про сумасшедшую мачеху?»
— Прости, что солгала. Я правда сожалею, но на тот момент это была необходимая ложь. Ты ведь уже знаком с Дарлой и понимаешь моё положение. Я никогда не планировала встречу с тобой, чтобы получить такую сказочную возможность. Как мне следовало поступить, Трейс? Рискнуть всем из-за неё?
— Думаю, для начала рассказать чёртову правду, а не пудрить мне мозги, и не соблазнять меня, дабы у вас с мачехой появилась возможность для шантажа.
Глумливая усмешка, растянувшая его губы, была единственным выражением его лица, которое Трейса не красило. Она несколько раз глубоко вздохнула. Он пьян. И на самом деле не задумывается о том, что говорит.
 
— А теперь ты используешь моих родных, чтобы заманить меня сюда. Вопрос: зачем? Навешать ещё какой-нибудь лапши мне на уши? Что, чёрт возьми, тебе от меня нужно, а?