Мой вид любви (ЛП)

Микаэла ворочается во сне, её голова отрывается от моей груди, а тело двигается словно рыба, оказавшееся на суше, но она прихватывает с собой одеяло. Я опускаю взгляд на себя, оказавшемуся без одеяла и смеюсь. Она проделывала то же самое в пляжном домике.
Чертовски восхитительный забиратель одеял.
Обнимая её сзади, я утыкаюсь лицом в её шею и позволяю мягкому звуку её сопения убаюкать меня.
  
Глава 32
Микаэла
Звук поскуливания Эр Джея через монитор пробуждает ото сна. Когда я переворачиваюсь, то натыкаюсь на твёрдую стену, из-за чего чуть не падаю с кровати в шоке и замешательстве. Мои глаза распахиваются, и я обнаруживаю Райана, который спит рядом со мной и храпит… не так уж и тихо. Я улыбаюсь, моё сердце радуется, что он дома, в безопасности, в постели. Мы не обсуждали его пребывание в Афганистане, и, если честно, я не хочу этого делать. Меня вполне устраивает оставаться в неведении как можно дольше.
Скулёж Эр Джея становится громче, поэтому я выключаю монитор и, спотыкаясь, встаю с кровати, чтобы переодеть и покормить его.
Хватаю бутылочку, которую готовлю каждый вечер, чтобы мне не приходилось делать это в момент, когда он просыпается, затем захожу в его комнату. Поскольку он просыпается каждую ночь почти в одно и то же время, это стало рутиной, которую я практически могу выполнять на автопилоте — и в большинство ночей, как сегодня, когда я очень уставшая, мне кажется, что я это так и делаю.
Как и я, Эр Джей всё ещё наполовину спит. Я быстро меняю ему подгузник, затем кормлю из бутылочки. Он даже не успевает допить её до конца, как его глаза закрываются, а его крошечная грудь начинает мирно вздыматься и опускаться. Я укладываю его обратно в кроватку, даю ему соску и, нежно поцеловав в лоб, тихо выхожу, более чем готовая вернуться в постель.
Отправив бутылочку в посудомоечную машину, я возвращаюсь в спальню, включаю радио няню и забираюсь в кровать рядом с Райаном. Он стонет, когда матрас слегка проминается под ним, но не просыпается. Я натягиваю на себя одеяло, устраиваясь поудобнее. Мои глаза закрываются, но от неожиданного громкого фырканья мои веки распахиваются.
Что, чёрт возьми, это было?
Я бросаю взгляд туда, откуда доносится шум. Это Райан… храпит. Как будто не может дышать.
Что за чёрт… С ним что-то не так?
Я наблюдаю несколько минут, но, кажется, с ним всё в порядке. Снова закрываю глаза, плотнее закутываясь в одеяло, когда понимаю, что мне нужно в туалет.
Черт возьми! Сбросив с себя одеяло, я направляюсь в ванную. Чтобы не будить Райана, я оставляю свет в ванной выключенным. Из коридора и снаружи проникает достаточно света. Я не успеваю сделать и шага в ванную, как что-то цепляется за мою ногу, и я лечу вперёд. Прежде чем я ударяюсь об пол, мои руки хватаются за край раковины, и я выпрямляюсь. Схватив вызывающий раздражение предмет, я поднимаю его и прищуриваюсь. Это рубашка Райана. Он оставил свою одежду на полу… в двух футах (пример. перев. — 60.96 см) от корзины.
Закатив глаза, собираю его бельё и бросаю в плетёную корзину. Затем выпрямляюсь и, стянув нижнее белье, сажусь на унитаз, чтобы пописать. Только вместо того, чтобы приземлиться на сиденье унитаза, моё тело продолжает куда-то падать.
— А-а-а! — кричу я, когда моя задница оказывается в ледяной туалетной воде. Я съеживаюсь, уже только думая о том количестве микробов, которые прямо сейчас облепляют мои ягодицы.
— Микаэла! — кричит Райан, вбегая в ванную. Он включает свет, осматриваясь по сторонам, словно ища незваного гостя.
— Помоги мне, — жалуюсь я, безуспешно пытаясь выбраться из проклятого унитаза.
Взгляд Райана останавливается на мне, и его глаза расширяются от шока.
— О, чёрт.
Когда моя задница оказывается так глубоко в унитазе, мои ноги торчат наружу — нижнее бельё всё ещё обёрнуто вокруг лодыжек — и я, наверное, похожа на черепаху, лежащую на спине и пытающуюся перевернуться.
Он хватает меня за руки и поднимает в вертикальное положение.
— Ты в порядке?
— Если не считать того, что моя задница залита отвратительной туалетной водой, то да, я в порядке, — фыркаю я, стаскивая свою пижамную рубашку и бросая её в корзину для грязного белья… что напомнило мне… — Кстати, на случай если ты не знал, это корзина для белья. В неё кладётся грязная одежда, — я также снимаю нижнее бельё и бросаю и его в корзину для белья в качестве шутливой демонстрации.
Брови Райана в замешательстве хмурятся.
— Ты оставил свою одежду на полу, — объясняю я раздражённым тоном. Но, Господи, я чертовски устала. — Я споткнулась о неё.
— И приземлилась в унитаз?
— Нет, — огрызаюсь я. — Я приземлилась в унитаз, потому что ты оставил сиденье поднятым, — я щёлкаю сиденьем, и оно с громким стуком ударяется о фарфор.
— Чёрт, извини, — он морщится.
— Разве ты не должен стать аккуратными и организованными служа в армии? Ведь, люди зависят от вас, и вы обеспечиваете безопасности Америки…
Райан издает смешок, но быстро сдерживает его.
— Очень сомневаюсь, что если оставлю свои боксеры на полу, то это повлияет на безопасность Америки.
— Ну, от этого зависит моя безопасность.
— Понял, — он прикусывает нижнюю губу, пряча ухмылку, и я вздыхаю, внезапно почувствовав себя самой большой сукой.
— Я собираюсь быстренько принять душ.
Он окидывает взглядом моё тело, как будто только сейчас осознает, что я обнажена.
— Хм, это звучит как хорошая идея, — Райан хмурит брови.
— Никакая это не идея, — я мягко отталкиваю его. — Я устала, а Эр Джей проснётся слишком рано. Я выйду через минуту.
Райан игриво надувает губы.
— Отлично, — он целует меня в губы, прежде чем выйти из ванной.
После того, как я принимаю самый быстрый душ известный мужчине, то надеваю свежую пижаму и нижнее бельё. Райан уже снова заснул — и храпит, — поэтому я забираюсь в постель. После нескольких минут верчения с боку на бок, я придвигаюсь ближе к нему, чтобы проверить, как он храпит. Я никогда раньше не слышала ничего подобного. Такое ощущение, как будто он с трудом дышит. Может, что-то не так? Я пытаюсь вспомнить, замечала ли за ним подобное раньше, но каждый раз, когда мы проводили ночь вместе, я спала всю ночь.
Когда он едва поперхнулся, издав звук, похожий на хрюканье объевшейся свиньи, я открываю гугл. Там написано, что сон на боку может помочь и человек перестаёт храпеть, поэтому я толкаю Райана на себя. Он охотно переворачивается на бок, и на добрую минуту в комнате становится тихо. Пока всё не начинается снова.
Боже мой, какой он громкий.
Я прочитала еще несколько рекомендаций, но все их советы ограничиваются хирургическим вмешательством или удушением человека…
Я всячески пытаюсь не обращать на это внимания, взбивая подушку и закрывая глаза, но это невозможно игнорировать. Итак, я протягиваю руку и осторожно сжимаю его ноздри на несколько секунд. Его глаза распахиваются, и он делает глубокий вдох.
— Ты что… пытаешься убить меня? — шипит он.
— За что? — спрашиваю я.
— За то, что упала в унитаз…
— Нет, — я решительно качаю головой. — Ты просто… очень громко храпишь, и я подумала, что что-то не так.
Он прищуривает глаза.
— Так ты поэтому решила заткнуть мне нос, чтобы я не мог дышать?
— Ну, когда ты так говоришь, это звучит плохо…
Я переворачиваюсь на спину и вздыхаю.
— Я так устала, — хнычу я, как ребенок. — Не могу спать, когда ты храпишь.
— Ты тоже храпишь, — выпаливает Райан в ответ.
Я поворачиваю голову в его сторону, бросая на него свирепый взгляд.
— Я не знала.
— Да, знала.
— Ну, если и так, то это ни в коем случае не похоже, как храпишь ты, — усмехаюсь я. — Как будто буквально распиливаешь брёвна в нашей постели.
— Хорошо, — Райан смеётся, притягивая меня в свои объятия. — Как насчёт того, чтобы ты сначала заснула, чтобы моя лесопилка не мешала тебе спать?