Мой вид любви (ЛП)
Я резко выдыхаю, позволяя себе прочувствовать всю тяжесть произошедшей ситуации. У меня болит голова и сердце. Все тело ноет, и мне трудно держать глаза открытыми.
— Хорошо, — выдыхаю я.
Мама мягко улыбается.
— Я заберу Эр Джея с собой домой. Прими ванну и расслабься. Почитай книгу, посмотри тупой ящик. Вздремни. Иди погуляй. Я знаю, это будет нелегко, но на некоторое время забудь о том, что произошло.
— Хорошо, — повторяю я.
— Если ты будешь готова, то приходи на ужин. Если нет, Эр Джей может остаться у нас на ночь, — она берёт на руки Эр Джея, который тут же улыбается, взволнованно воркуя со своей бабушкой.
— Я люблю тебя, малыш, — говорю я, целуя его в щёку. — Спасибо, мама. Люблю тебя.
— Я тоже тебя люблю, — она ещё раз целует меня в лоб, прежде чем выйти за дверь вместе с Эр Джеем.
Следуя её совету, я принимаю ванну с горячей пеной в джакузи. Следующий час я ухаживаю за телом и расслабляюсь. Я использую свой айпад, чтобы прочитать пару глав книги, которую сейчас читаю — хотя я и вряд ли смогла бы рассказать о её сюжете. Когда вода становится холодной, я встаю под душ и мою голову, которую не мыла несколько дней.
Когда же я выхожу, завернувшись в полотенце, то направляюсь в спальню, чтобы одеться. Я собираюсь достать из ящика нижнее белье и пижаму, когда замечаю армейскую толстовку Райана, висящую в шкафу. Мой желудок сжимается, когда я вспоминаю, что все его вещи здесь.
Потому что он должен быть здесь…
Я хватаю толстовку с вешалки и натягиваю её через голову, аромат Райана немедленно окутывает меня. Вместо того чтобы надеть своё нижнее бельё, я надеваю пару его боксеров, дважды обернув их, чтобы они не упали. Затем забираюсь в постель, зная, что, вероятно, не засну, но также осознавая, что мне нужно хотя бы попытаться это сделать. Как сказала моя мама — необходимо сначала позаботиться о себе, чтобы я могла позаботиться об Эр Джее.
Когда мои глаза не закрываются, я беру свой ноутбук с тумбочки и подтаскиваю его к себе. Мой палец скользит по трекпаду, пробуждая его, и на дисплее появляется лицо Райана. Последнее, что я смотрела с Эр Джеем, это его видео. Я нажимаю на него и его другое видео словно начинает насмехаться надо мной. Оно находится в той же папке, что и первое, но под названием: «Не смотреть». Райан назвал его так, чтобы напомнить мне, что смотреть его следует только в том случае, если с ним что-то действительно случится — если он не вернётся.
Мой палец перемещает курсор к файлу, но я не нажимаю на него. Если я открою этот ролик, это всё равно что признать, что его больше нет, а я пока не готова это признать. Нет, я не открою его, пока не будет найдено его тело или, по крайней мере, пока кто-нибудь не подтвердит его смерть.
Я выключаю ноутбук и устраиваюсь поудобнее в одеялах Райана. Поскольку это его кровать, мы также застелили её его простынями. Кайла предлагала мне постирать их, не зная точно, когда он стирал их в последний раз, но я слишком боялась, что после стирки уйдёт его запах. Если он не вернётся домой, в конце концов, его запах всё равно исчезнет. Точно так же, как Йена. И всё, что останется, о нём — это воспоминания.
Моё сердце сжимается в груди, когда я думаю о своих воспоминаниях с Райаном. В то время как у меня были годы с Йеном, с Райаном у меня было меньше четырех недель. Конечно, последние четыре месяца мы переписывались и узнавали друг друга, но этого недостаточно. Что я расскажу Эр Джею о нём? Я знаю недостаточно, чтобы быть уверенной, что он будет знать своего папу предельно хорошо. По факту у меня нет воспоминаний о нас, которыми я могу поделится. Мы никогда не ходили в кино и не переживали совместных неловких моментов. У нас не было никаких совместных шуток. Чёрт возьми, мы даже не сходили ни на одно свидание. Думаю, его семье придётся поделиться с ним своими воспоминаниями…
Рыдания вновь сотрясают моё тело, когда я оплакиваю жизнь, которой у меня никогда не было с Райаном. Мы сделали самый ценный подарок друг для друга, но нам так и не довелось вместе побыть родителями. Я так много ещё хочу узнать о нём, а теперь, возможно, уже слишком поздно — у меня, вероятно, никогда не будет шанса узнать его получше.
Натягивая капюшон толстовки на голову, я плотнее прижимаюсь к ткани, пытаясь создать ощущение, что тело Райана обёрнуто вокруг моего. Пока моё сердце громко и болезненно колотится в груди, я плачу, уткнувшись в одеяло, пока мои веки больше не могут выдерживать боль, и мои глаза не закрываются сами по себе, заставляя погрузиться в крепкий сон.
Глава 29
Райан
— Чёрт! — я швыряю бесполезное устройство через машину. — Грёбаный кусок дерьма не включается.
— Ну, это был ад, — указывает Серхио. — Буквально.
Я бросаю на него многозначительный взгляд, но не могу ему возразить. То, через что мы прошли за последнюю неделю, вероятно, можно назвать адом. Если нет, то это чертовски близко к этому определению. Засада, которая, к счастью, закончилась гибелью всех афганских террористов — кто-то от рук своих же, а кто-то от наших, — также вылазка закончилась гибелью двух наших людей. Я не знал никого из них хорошо, так как они не были частью моей команды, но это всё равно чертовски сильно ударило по каждому из нас. В тот день мы понесли тяжелое поражение. Как только всё успокоилось, мы потратили несколько дней, приводя всё в порядок. Я знал, что моя семья будет в бешенстве, но у меня не было возможности связаться с ними. И даже если бы я мог, мне бы не разрешили. Из-за нападения поступил строгий приказ не выходить ни с кем на связь, пока мы не вернёмся на территорию США.
— Могу я позаимствовать твой?
— Да, — он протягивает мне свой телефон.
Я набираю номер Микаэлы, но понимаю, что ни хрена не знаю его наизусть. К счастью, я помню номер Марко. Он отвечает после первого гудка.
— Алло?
— Привет, это Райан.
Следует долгая пауза, а затем глубокий вздох.
— Спасибо, чёрт возьми. Ты в порядке?
— Да, просто опаздываю на несколько дней, — шучу я, пытаясь описать ситуацию как можно более легкомысленно. Я не могу вдаваться в подробности по телефону.
— Не смешно, — огрызается он. — Мы ужасно волновались. Мы думали… — он вздыхает. — Твоя мама сказала…
— Моя мама? Откуда, чёрт возьми, она что-то знает?
— Да, я думаю, что кто-то кому-то рассказал, и этот человек рассказал ей. Она пришла в бешенство. Ничего не было подтверждено, но были предположения.
Господи, блядь. Микаэла, должно быть, сходит с ума. Я не просто опаздывал… я пропал.
— Я в порядке, — выдыхаю я. — Мне нужно дозвониться до Микаэлы, но мой телефон сломан. У тебя есть её номер?
— Да, — он продиктовывает мне её номер.
— Ты можешь передать моим родителям, что со мной всё в порядке? Я не знаю до конца, что сказали моей маме. Я сейчас уезжаю из аэропорта. Мне нужно заехать на базу, но потом я отправлюсь домой.
— Она в твоём доме… Мм… в доме, который ты ей купил.
— Она там живёт? — моё сердце наполняется радостью при этой мысли. Она никогда мне этого не говорила.
— Предполагается, что это будет сюрприз. Я уверен, что она скажет тебе, как только ты свяжешься с ней, но на всякий случай, она слишком расстроена, и пока живёт там.
— Спасибо.
Я кладу трубку, и набираю номер Микаэлы. Через несколько гудков меня переводит на голосовую почту. Может быть, она не отвечает, потому что не узнаёт номер.
— Привет, детка, это Райан. Я не хотел оставлять голосовое сообщение, но просто хочу, чтобы ты знала, что со мной всё хорошо. Я звоню с телефона моего приятеля. Мой не работает. Я еду к тебе, но у меня не будет возможности позвонить ещё некоторое время, пока я не получу новый телефон. Я люблю тебя.
Я кладу трубку и возвращаю Серхио его телефон.
— Спасибо. Если она перезвонит, не мог бы ты сообщить ей, что я скоро с ней увижусь?
Серхио кивает.
Как только мы возвращаемся на базу, и поскольку все документы уже оформлены, я прощаюсь со своими сослуживцами и уезжаю. Со всем остальным разберусь завтра. Сегодня мне нужно вернуться домой к Микаэле и Эр Джею.