Наномашины, наследник! Том 9 (СИ)

Дурацкая сила… дурацкий трезубец…
— Василиса, ты уверена, что всё хорошо? — взял Всеволод за руку жену.
— Я… вроде бы… — нахмурилась она, — Да. Я не чувствую каких-то повреждений. Физически ничего. А мозг будто просто удалил то, что я увидела, — она продолжает копаться в памяти в попытке отыскать ответ, что же там произошло, — Нет, не могу. Просто провал, пустое пятно.
  
— Но в остальном? — не успокаивался дед.
— Да в остальном, как обычно, — пожимает она плечами, — Нет, правда, по крайней мере сейчас всё абсолютно нормально! Не переживайте вы так! — бабушка помахала руками, пытаясь нас успокоить, — Ну, разве что давление подскочило, но в моём возрасте это нормально, — улыбается она.
Я всё продолжал сидеть на диванчике, дуться и сжимать штанишки, время от времени поглядывая на лежащий рядом трезубец. Мой всё ещё детский мозг хотел кого-то обвинить, мол, это он первый начал! Поэтому все шишки упали именно на оружие, и на него я тоже обиделся.
Но, блин, самое что интересное, ведь…
— Миша, а ты? — спросил дед.
— Да я тоже в порядке, — бубню я.
— Но ты при этом всё помнишь?
— Ага, — вздыхаю, — Я-то всё помню.
На удивление, в отличие от всех прошлых раз, когда во мне что-то пробуждалось — сейчас ни Рой этому не препятствовал, ни я не потерял память. То есть я буквально всё прекрасно помнил и осознавал, словно это было не какое-то древнее чудовище в моём теле, а именно… я.
Я, который для защиты решил достать козырь откуда-то из задницы.
— И… что там было? — аккуратно спросил Всеволод.
— Я осознал, какую опасность несёт ситуация, что мою душу начнут разрывать, а потом вдруг осознал… да я же сам душа! А моя душа — древняя и могущественная, куда… КУДА сильнее чем ангелы и демоны, — погружаюсь в воспоминания, вновь начиная проживать тот миг, — Я начал превращаться, увеличиваться. Кости трещали, мышцы раздувались, превращаясь в стальные канаты. Я чувствовал мощь! Но на этом я не остановился, я осознал, что это лишь первый слой! И затем… я начал растворяться. Накрывать собой всё, до чего может дотянуться разум.
Все на меня хмуро смотрели. Я же всё больше погружался в те чувства.
— Я даже, наверное, понимал, что силу использовать не понадобится. Та первая трансформация, очевидно, была по всем законам физически и магически сильна — я мог разорвать каждого ангела, каждого демона голыми руками, просто схватив за череп! Как печеньку, как крокант, — я делаю жест ломания палки, — Но вот второе… ощущение, что второму не нужно даже сражаться. Мне и физический облик был не нужен. Я был просто… силой какой-то, не знаю, концепцией. И эта концепция побеждала просто по факту существования.
На этом я закончил рассказ — больше ничего не поведаю. Я хоть и помню все в подробностях, даже свои ощущения, но вот что за сущность во мне проснулась, и что за силу я использовал — тут мимо. Для меня это было тогда просто как дышать — на автоматизме и само собой разумеющееся, я даже вопросом не задавался.
А много ли людей понимают, как дышат? Ну вот как именно лёгкие кислород добывают? Вот именно — «как-то само, хз». Так что для меня это было словно смотреть фильм, а не снимать его.
— Если я, Ведьма Апокалипсиса, взглянула на эту сущность лишь на долю секунды, и мой мозг УЖЕ стёр себе память, то в такое становится легко поверить, — бабушка протяжно выдохнула.
— И что, Миша, ты не чувствуешь никакого вреда? — дед, как и полагается деду, продолжал переживать, — Никаких изменений?
— Да вроде нет. Как и раньше, — пожимаю плечами, — Грустно только.
«Рой», — обращаюсь я к наномашинам, — "Ну ты-то должен что-то понимать!
'Со всеми своими возможностями и на текущем уровне анализа я предполагаю, что никакого вреда вам действительно не было нанесено. Даже больше — первая душа, которая пробуждалась, залечила ваше тело и силой вытащила трезубец, который вы до этого не могли даже поднять.
Вторая же, как и сказали очевидцы, начала всё утягивать за собой в непроглядную темноту. Но, что примечательно — мои протоколы не заметили попытки переписать ваше ядро или личность. Это будто была временная акция именно для того измерения и для текущей ситуации — угрозе причинения вреда вашей душе.
"Именно поэтому ваше тело не превратилось вслед за первой трансформацией, а лишь залечилось, потому что душа — это только часть существа. Но вторая была столь могущественна, что даже иллюзорная битва в трезубце УЖЕ меняла не только ваше тело, но и пространство вокруг'
Я протяжно выдыхаю.
Блин, но я ведь действительно помню практически всё, начиная от осознания ситуации, заканчивая мыслями той второй хтони. Я, конечно, не помню, как управлял телом в реальности пока меня контузило, но вот мысли в той тюрьме для душ — прекрасно помню.
Может именно потому, что это была тюрьма для душ, а не реальный мир — потому обе мои силы и не вырвались? Как Рой и сказал — это была частичка. Просто душоночка!
Просто грёбанная тюрьма, хоть и на секунду, но сдержавшая даже ту Концепцию, что из меня вырывалась.
Я хмуро поворачиваюсь на трезубец. Я просто облокотил его о диван, скорее всего, понимая, что он мне уже не навредит. Так и оказалось — оружие просто лежит вот уже час. Ивао, конечно, предлагал его поставить под печати, заковать и всё такое, но что-то мне подсказывало… что история с враждебным оружием закончилась так же быстро, как и началась.
И, возможно, мне дадут ответы тамошние обитатели.
Я вздыхаю, сосредотачиваюсь и, набравшись сил касаюсь древка из кости.
«Пользователь, установлена энергетическая связь. Ключ Люцифера активирован. Доступ к трезубцу получен.»
Я ощущаю небольшое покалывание, будто замкнулись два провода и пошёл поток информации!
«Я создал защиту, чтобы трезубец не считывал нейронные импульсы, связанные со мной. Он не услышит ваше обращение ко мне и моё к вам. Также я полностью создал защиту от любой попытки обо мне узнать.»
Я мысленно кивнул.
«Соломон», — аккуратно обращаюсь.
«Да», — отвечает призрачный, мужской и очень грубый голос.
«Значит, мы можем общаться через мысли?»
«Верно», — он был немногословен, — « Ты инвалид, поэтому только при касании»
"Но ведь ко мне уже обращались на расстоянии, и слышал только я. Какие-то методы существуют!
«Выяснишь — расскажешь.»
Я насупился и фыркнул. Что он себе позволяет⁈ Какой-то он, не знаю, несговорчивый. Дипломатия явно не его сильная сторона. Но при этом грубого ничего и не говорит — я же реально инвалид, и это реально не его проблемы связи.
Но тем не менее — поговорить с ним надо. Я просто обязан!
Ведь это грёбанный Соломон в грёбанном трезубце Люцифера! То, к чему я столько лет шёл! Да, лениво, да, забыл про Соломона на два года, но шёл!
И вот он — живой, разумный, готовый говорить.
Пора решить с ним все вопросы.
«Я бы хотел с тобой поговорить. Почему, чёрт возьми, вы влетели в меня⁈ Зачем было меня протыкать⁈ Я бы всё равно взялся за древко прямо в ту же минуту!»
«Потому что иначе не затащить в тюрьму трезубца.», — отвечает грубый голос, отдаваясь эхом в моём черепе.
«Зачем меня было туда затаскивать в первую очередь, ёмаё⁈» — фыркнул я.
«Чтобы проверить.»
«И чё, как проверили⁈ Как результат?»
«Ты не бесполезен. Моя память подводит, но в решении я уверен. Главное, что достоин держать трезубец.»
«Но ты — не трезубец. Как ты за него решаешь⁈»
«Я здесь сильнейший. Я — закон. И мне плевать на оболочку — пока я выполняю цель, я буду продолжать её выполнять. Если ты в этом помогаешь — трезубец не вякнет.»
  
«И какая же у тебя, а значит и у меня цель?» — аккуратно спрашиваю.
«Уничтожать тварей. Рвать и терзать.», — прорычал он.
О да. Рвать и терзать — я помню эту конкретную фразу, когда держал его ядро в домене Баала. Как и помню, что он кандидат на Гнев.