Академия Икс (СИ)

Она говорила, не замолкая, пока Пэнси внимательно, не перебивая, слушала ее.
Казалось, что никакое время не могло остановить Гермиону. Ей нужно было рассказать. Поделиться всем, что случилось с ней в Академии Икс.
Поставив точку на том, как Драко лез к ней в трусы, пока Седрик сидел напротив и пил чай, Гермиона замолчала, выжидающе посмотрев на Пэнси.
— Ух ты… — начала та. — Я очень много пропустила в твоей жизни, малышка, — по-доброму заметила Пэнси, откидывая голову на подушку. — Ты сказала, что Драко хотел использовать твои отношения с Тео, чтобы возвысить свою компанию, так?
  
— Да.
— И после этого ты стала с ним спать, так?
— Да.
— А потом высказала Тео, какой он придурок, и… продолжила спать с Малфоем, приняв решение поддаться на шантаж и выбрать его на вечеринке после Кубка Первокурсниц. Так?
— Да-да! Я знаю, что поступаю нелогично.
— И это еще мягко сказано. По твоим рассказам я могу сделать вывод, что ты променяла хорошего парня Тео на плохого парня Драко. Боже, что-то в этой жизни никогда не меняется. — Она тихо засмеялась. — В детстве мама часто говорила, что девочек всегда тянет к плохим мальчикам, поэтому семьи и разваливаются.
— Я не скажу, что Драко плохой… За все это время, что мы с ним… эм… спим… он не сделал мне ничего такого, о чем бы я потом жалела. — Гермиона мечтательно прикусила губу, вспоминая, как они занимались сексом в мужском туалете, рискуя быть замеченными.
— Господи, да ты вся плывешь от мыслей о вашем сексе! Фу!
— Как ты дог…
— Гермиона!
Они синхронно засмеялись.
— Ты же понимаешь, что твое возбуждение… неестественное? — спросила Пэнси спустя несколько минут.
— Что ты имеешь в виду?
— Выслушав тебя сейчас и вспомнив твое состояние, когда я тебе в первый раз рассказала об игре Астории на Кубке, я поняла, что так быть не должно. Гермиона, ты возбуждаешься от каждой мелочи так сильно, как не могут люди от принятия самых действенных препаратов для стимуляции… Сначала я подумала, что это лишь совпадение, резкий выброс адреналина, но…
Пэнси замолчала и, сделав глоток воды, со строгостью посмотрела на Гермиону.
— Гермиона… то, как ты прыгаешь на Малфоя, — это ненормально. То, как ты возбуждаешься от мыслей о сексе… как сходишь с ума от процесса обучения чему-нибудь пошлому — это ненормально. Звучит, возможно, грубо, но… так оно и есть.
— То есть… ты думаешь, что мое состояние возбуждения — это не особенность организма, а болезнь? Но я не чувствую себя больной!
Гермиона резко встала с кровати.
Она не понимала, почему одна из ее самых близких подруг говорила такие жестокие вещи. Болезнь? Да если бы она была больна, чувствовала бы себя так хорошо?
Несколько лет назад, когда Гермиона узнала, что такое секс, в странном, но интересном клубе «Крауч», она впервые почувствовала себя по-настоящему живой.
После того дня каждый раз, когда она возбуждалась, ей сносило голову так сильно, что хотелось кричать от радости и экстаза. Оргазмы, которые она испытывала, доводили до состояния максимальной эйфории.
И как это удовольствие можно назвать болезнью?
Да, с виду можно было сказать, что Гермиона разделялась на две личности при возбуждении: на «до» и «после» — но разве это плохо? Отдавать контроль над телом похоти и желанию — плохо?
Да, поначалу ей было стыдно, что вытворяла другая Гермиона в состоянии возбуждения, но, поступив в Академию Икс, она поняла, что этого не нужно стыдиться. Это то, из-за чего у нее появлялись большие шансы стать лучшей в порноиндустрии.
Это не болезнь — это дар.
— Послушай… — хотела продолжить Пэнси, но Гермиона подняла указательный палец, останавливая.
— Хватит. Я отказываюсь продолжать слушать то, что ко мне не относится. Мое состояние возбуждения — это лучшее, что случается со мной за день. Если я этого лишусь — я лишусь части себя.
— Лучше жить в иллюзиях?
— Это не иллюзии.
— То есть ты думаешь, что выбор Драко — это абсолютно нормально? Гермиона, это не твой выбор! Это выбор твоих гормонов! — попыталась достучаться до нее Пэнси. — Ты потом пожалеешь об этом…
Но Гермиона недовольно нахмурилась и отвернулась.
— Драко Малфой — это мой выбор. И жалеть о нем я не буду. Никогда.
После громкого заявления Гермиона забрала сумочку и шарф со стула и вышла из палаты номер три.
***
— Джинни, постой! — выкрикнул Гарри, нагоняя ее около туалетов.
После появления Драко она загорелась, будто спичка, — настолько ей было неприятно находиться рядом с ним. Мало того, что из-за него у Гермионы большие проблемы, так он еще имеет наглость садиться с ними за стол после того, что сделал с бывшей девушкой Гарри.
В порыве эмоций Джинни не рассчитала силы, и дверь ударилась о стену с неприятным грохотом.
— Джинни! — вновь повторил Гарри, заходя за ней в женский туалет.
Она встала напротив зеркала и открыла кран с водой.
— Она не послушала меня… — пробубнила под нос Джинни, смывая с рук мыло. — Моя лучшая подруга врет мне, Гарри.
Она была расстроена.
— О чем ты? — Гарри медленно подошел к ней и аккуратно коснулся плеча. — Посмотри на меня… — Он сказал это с заботой и искренностью, и Джинни не могла не выполнить просьбу.
В глазах застыли слезы. Подруга, с которой они вместе росли, с которой переживали разные приключения… изменилась. И все из-за кого? Наглого самодовольного хама, возомнившего себя центром вселенной.
Гарри тихо выдохнул и нежно провел тыльной стороной ладони по ее щеке.
— Ты сама на себя не похожа. Это из-за Драко? Он что-то тебе сделал?
— Нет, то есть… не знаю, — словно под гипнозом проговорила Джинни, не обращая внимания на его близость. — Моя самая близкая подруга, с которой мы были неразлучны с самого детства, сейчас врет мне. Этот Малфой… — прошипела она, несильно сжимая зубы.
— Погоди, давай успокоимся, может, тебе просто кажется? Глубокий вдо-о-ох. — Он демонстративно стал поднимать руки, имитируя дыхание.
— Черт возьми, Гарри, они спят друг с другом! — выпалила она. — Даже несмотря на то, что я ее попросила не вестись на его уловки, это же так глупо! Мало того, что Малфой — мерзкий тип, не знающий границ, так она еще и подставляет себя, ставя мечту стать порноактрисой под угрозу!
Гарри усмехнулся.
— Осуждаешь их?
— Так нельзя! — Джинни отпрянула от него, делая два шага назад.
— Что нельзя? — Он стал медленно подходить, и каждый шаг отдавался нытьем внизу живота.
— Нарушать правила академии… — Она сглотнула, когда заметила, каким томным стал его взгляд.
Еще несколько шагов назад, и… стенка.
Сердце приятно заныло, выпуская импульсы адреналина в кровь. Дыхание сбилось от волнения и… ожидания?
— М… Пару дней назад тебя это не волновало, когда мы исследовали комнату моих родителей, — с легкой улыбкой сказал Гарри, зажимая ее между собой и холодной плиткой туалетной комнаты. — Или когда я показывал тебе аудиторию Камасутрологии…
С каждым движением Джинни все больше краснела, вспоминая разы, когда поддавалась на обаяние этого соблазнительного и, несомненно, хитрого слизеринца.
— И что-то я… — Гарри приблизился к шее, нежно провел губами по пульсирующей венке, — сомневаюсь, что ты рассказала Гермионе про наш секс, не говоря уже о его периодичности. Плохая девочка…
— Замолчи, Гарри…
Она из последних сил пыталась сопротивляться нарастающему возбуждению. Но разве это было возможно, когда его губы исследовали одну из самых чувствительных эрогенных зон? Нет.
Она интуитивно опустила руки ему на грудь, чуть отталкивая. Не хотел же он заняться с ней сексом в туалете? А если кто-то зайдет? Хуже: если зайдет преподаватель? Как они будут выкручиваться?
  
— Не здесь… п-пожалуйста, — прошептала Джинни, томно выдыхая от напористых поцелуев в шею.
— Знаешь, тебе так идет эта форма, да… — Он медленно провел рукой по талии, спускаясь все ниже и ниже. — Джинни… — томно прошептал Гарри, вдыхая ее запах.