Академия Икс (СИ)

— Каждую деталь, Гермиона, — повторил он и опустил ее на колени, поднимая руки над головой.
«Я ничего не скажу! Отпустите меня!» — хотела выкрикнуть она, но вместо этого смиренно продолжила:
— Я не контролирую тело, ничего не вижу, при этом чувствую ваши касания и могу думать. Я хотела сказать вам другое, но почему-то покорно отвечаю на поставленные вопросы, будто сама этого хочу.
  
— А ты не хочешь?
Гермиона почувствовала, как он сковал ее руки и обвязал чем-то похожим на веревку, но намного мягче и пружинистее.
— Не хочу.
— Очень хорошо. Я очень доволен тобой, Гермиона, — достаточно низко проговорил он, тяжело выдыхая. — Ты меня не разочаровала.
«Я не понимаю! Ничего не понимаю! Прошу, хватит…» — мысленно взмолилась она, ощущая, как к горлу подступила тошнота. Ей становилось дурно от страха, переходящего в истерику.
Вечер превращался в настоящий кошмар: агрессия Дафны и ее смерть, угрозы Пэнси и бесконечные гудки в телефоне, а сейчас… что происходило сейчас? Неподчинение собственного тела из-за какого-то боярышника?
«Глупая… какая я глупая!» — кричала на себя Гермиона, ощущая дрожь от каждого соприкосновения грубой подошвы Тома с мраморным полом.
— Уверен, у тебя накопилось много вопросов. — Он, держа пальцами ее за подбородок, поворачивал ее голову в разные стороны. — И так как ты стала ключом к моей цели, я отвечу на один из них. Задавай.
— Как?
— Как что?
— Как вы управляете мной?
Она почувствовала, как он переместил пальцы ниже на шею и несильно сжал ее.
— Ты, моя дорогая Гермиона, являешься носителем трех компонентов, что вместе составляют вещество «Крестраж», способное влиять на контроль мозга. О… я очень долго искал человека, который выжил бы после внедрения в организм испорченной Альфы… Признаться, я уже подумывал вновь повторить эксперимент десятилетней давности, но удача улыбнулась мне и я заметил твое имя в списке поступавших на Слизерин — Гермиона Грейнджер, более известная как пациентка номер десять сорок два.
Он замолчал, и спустя несколько секунд она почувствовала, как в ее руку вонзилось что-то длинное и острое. Когда послышалось легкое журчание, догадка подтвердилась моментально — он выкачивал из нее кровь.
— И вот она ты, так близко, но так далеко. Мне нужно было время убедиться, что ты именно то, что я искал. И я наблюдал. Наблюдал, как ты превращалась в женщину и все больше обращалась к своей второй личности. Как вы ее прозвали? Феромониха? — Он усмехнулся, обжигая щеку горячим дыханием.
У Гермионы закружилась голова от медленной потери крови. Сколько он собирался забрать? Пинту? Две? Больше?
— Через несколько месяцев ты попала под препарат Крессеция и выжила. Как? Почему? Я начал изучать это вещество и заметил удивительную реакцию с Альфой. О да… — зловеще протянул Том, сжимая ее волосы. — Именно в тот момент я понял, что ты не только выжила после введения испорченной Альфы десять лет назад, ты носила в себе готовую связку химических элементов, нужных мне для проекта «Крестраж».
Гермиона обмякла, полагаясь на веревки. Она чувствовала себя сломанной и бессильной, но внутри горел огонь ненависти и несправедливости.
Она хотела заниматься любимой профессией и радоваться полной насыщенной жизнью. Неужели это было ложью с самого начала?
Она была пешкой в чужой игре.
— Я думал, элементов всего два, пытался экспериментировать, проводил опыты, но безуспешно. Я не мог понять, в чем дело, пока случайно не услышал диалог Поттера с его возлюбленной Дафной о волшебном возвращении твоей памяти после посещения клуба «Крауч».
«Гарри, нет! Как ты мог?!» — взвыла Гермиона.
— Конечно. Сыворотка «Обливиэйт». Она сохранила тебе жизнь после Альфы и была завершающей частью проекта. Но и тут я ошибся. Почему, почему у меня не получалось? Я знал три компонента, но не мог добиться желаемого результата. И тогда мне пришла мысль… — Том провел языком по ее шее и слабо укусил. — Что, если твоя кровь в этом замешана?
«Это он испортил дым на Кубке! Он сделал это специально!» — панически подумала Гермиона, жадно глотая воздух.
— Наверняка ты догадалась… Я знал, как заставить тебя потерять сознание и попасть в медицинский кабинет, чтобы взять кровь для изучения, — испорченный дым, который повлиял бы только на того, в ком была Альфа. Это был рисковый, но совершенно оправданный ход.
В следующую секунду она почувствовала, как новая игла вонзилась в другую руку.
— Твоя кровь стала не просто сосудом для веществ. Впитав их свойства, она превратилась во что-то новое, во что-то удивительное. Гермиона, твоя кровь и стала Крестражем, который я так долго искал. — Он снова поднял ее лицо и холодно добавил: — Ответил ли я на твой вопрос, моя дорогая?
— Нет, — сорвалось с губ прежде, чем она успела подумать над ответом.
— Ах… прекрасна… как же ты прекрасна, — прошептал Том, касаясь пухлых губ пальцем и размазывая темную помаду по подбородку. — Даже жаль, что ради достижения моей цели тебе придется умереть. — Он сделал несколько шагов в сторону и негромко добавил: — Да… твой вопрос. Я не управляю тобой. Я активировал Крестраж, а твое тело — не что иное, как пустая оболочка, кукла, если так удобнее для понимания. Ты не можешь совершать самостоятельных действий. Только выполнять прямые приказы извне. В нашем случае от меня. Безусловно, над этим нужно еще поработать, но, согласись, это уже великий прорыв!
«Ублюдок… Какой же ты ублюдок…» — думала Гермиона, ощущая, как отвращение желало выйти наружу, пока тело безвольно висело и покорно ожидало конца.
Голова гудела от переполняющих эмоций: страх, отвращение, ненависть, вина — они отдавались вспышками боли по телу.
Как глупо. Вылечиться от серьезной болезни в детстве, чтобы умереть из-за маниакальных желаний безумного ученого.
— Открой глаза, — приказал Том, и зрение вернулось, позволяя Гермионе рассмотреть темную комнату с красной подсветкой. Видимо, механический звук, который она слышала вначале, оповещал о смене освещения и затемнении стеклянных стен.
Почувствовав слабое облегчение, что это была не слепота, Гермиона немного успокоилась, но, когда увидела трубки, через которые проходила ее кровь, испуг снова захлестнул ее вперемешку с ненавистью.
«Академия Икс — место, где концентрируются самые мерзкие, тщеславные и властолюбивые отпрыски порноиндустрии», — всплыли в памяти слова Дафны.
Кто бы мог подумать, что они подходили не только к студентам, но и к ректору.
Это было неправильно. Нечестно. Ужасно.
Гермиона смотрела, как большие пакеты медленно наполнялись кровью, высасывая из нее жизненные силы. Еще немного… пара пинт — и она впадет в небытие.
Страх сковал горло от осознания скорой смерти, и Гермиону стошнило на пол в нескольких дюймах от идеально лакированных ботинок Тома.
И только он открыл рот, как в кабинет постучали.
— Кто? — раздраженно спросил Том, рассматривая Гермиону.
— Драко Малфой.
У Гермионы бешено забилось сердце, напоминая, что она жива. Его появление пробудило надежду. Неужели он пришел за ней?
Том закатил рукава и устало вздохнул.
— Решил поиграть в героя? — с сарказмом проговорил он и открыл дверь. — Как ты сюда попал?
Сил держать голову и смотреть на Драко не было, поэтому Гермиона опустила взгляд в пол и затаила дыхание.
Послышались тихие шаги и ядовитый смешок. Нет, он точно принадлежал не Тому.
— Ну и мерзкая картина, мистер Реддл. — От грубого тона Драко внутри все заледенело, вынуждая поддаться переживаниям. — Не понимаю, о чем вы. Меня прислала Полумна.
Его голос звучал отстраненно и нейтрально, будто ему плевать на подвязанную к потолку Гермиону.
  
Через силу она отрывисто подняла взгляд, пытаясь сконцентрироваться на размазанной фигуре. Драко стоял около двери и, кажется, улыбался. Холодно, опасно. Так, словно задумал что-то недоброе.
— А… по поводу Дафны? — Драко кивнул и стал медленно подходить к Тому. — Что ж, я рад, что ты не стал геройствовать. Помнится, у тебя были тесные отношения с мисс Грейнджер.