Оборотни крепости ЭР - 7 (СИ)

— Т-ш-ш, не зови смерть, у нас будет еще ребенок, — Эурам растеряно погладил яйцо.
— У нас с тобой ничего больше не будет, — твердо произнес Тиаз. — Еще раз я тебе не доверюсь, я, конечно, идиот, но не настолько.
— Ты мой муж.
— Уже нет, кольцо лишь формальность, и поход к магу избавит меня от него.
— Я не дам своего согласия, я не хочу расставаться с тобой.
— Ты дал свое согласие в тот момент, когда отправился в чужую постель, — Тиаз неприязненно поджал губы и невольно дернулся, ему показалось, что яйцо под его руками шевельнулось. — Не может быть, — пробормотал он, уставившись на посветлевшую скорлупу, она еще не стала хрустально-прозрачной, но серость из нее точно ушла.
— Оно белеет, — радостно выдохнул Эурам. — Наш сыночек жив! Теперь все будет в порядке.
— Да, я дождусь, когда мой малыш вылупится, и тогда мы избавимся от тебя, — переиграл свое изначальное решение Тиаз.
— Вы от меня избавитесь только после моей смерти. Я вас никуда не отпущу.
— Ну-ну, я уже проходил через твою «любовь» и в курсе, что надолго ее не хватает, — Тиаз скривился. — Пройдет парочка дней, и мы будем редко тебя видеть, особенно по ночам.
— Клянусь, что отныне буду свято блюсти супружескую верность.
— С чего бы это вдруг? — хитро сощурился Тиаз, не отрывая глаз от яйца, то все сильнее светлело.
— Я понял, что мне пора завязывать со случайными связями.
— Хотелось бы знать, отчего тебя посетили подобные мысли.
— Да так, — туманно ответил Эурам.
— А они случайно не связаны с тем, что твой член теперь больше напоминает сдохшую змею?
— Та-ак, — Эурам внимательно посмотрел на мужа. — Похоже, это ты приложил руку к моей внезапной импотенции.
— А не хрен было размахивать членом направо и налево, — ехидно произнес Тиаз.
— Тебе следовало предупредить меня, что ты собственник.
— А что, это бы тебя остановило? Кстати, противоядия не существует, так что в партнеры по любовным утехам ты больше не годишься.
— Зато как муж гожусь, меня эта роль вполне устраивает.
— Сынок, ты подсыпал мужу зелье, убивающее желание? — опешил отец.
— Да, я ему отомстил, — Тиаз довольно заулыбался.
— Ты сам себе напаскостил, — усмехнулся лекарь, — как ты будешь обходиться без его члена?
— Так же как и до этого, — буркнул парень и покраснел.
— Тебе больше не придется мозоли натирать, — лекарь пошарился в сумке и достал небольшую синюю лепешечку размером с золотой. — Держи, болезный, это решит твою проблему, — протянув ее Эураму, произнес он. — И не изменяй мужу никогда, а то он тебе в следующий раз яду насыпет, мстительный такой.
— Не буду, жить-то хочется, — Эурам рассмеялся и склонился над мужем, заглядывая ему в глаза. — Прости мне мою дурость, больше я вас не подведу.
— Посмотрим.
Слово свое Эурам сдержал, в клане он был самым любящим мужем и отцом.
Мир оборотней. Деревня Вольных
Стор появился в деревне Вольных в обществе изящной блондинки, облаченной в узкие серые брюки и темно-синюю тунику, за спиной у нее висел мешок с одеждой. Народ сидел на лужайке и внимательно слушал крестьянина, объясняющего, как завести небольшой огород для нужд дома. Вольные, после объявления Стора, что Маноя учитель, посверлили ее пренебрежительными взглядами, и один из них, ухмыляясь, задал вопрос:
— Нас будет обучать грамоте эта изнеженная девица? Вряд ли она среди нас долго продержится, так что пусть лучше сразу уматывает.
Маноя холодно взглянула на него.
— Ты меня совсем не знаешь, так что поаккуратнее будь с оценкой, — процедила она.
— А чего там знать? — ухмыльнулся мужик и внезапно отлетел в кусты.
— Это то, что тебе следует обязательно знать, — Маноя смерила ледяным взглядом поднимающегося на ноги мужика. — Я боевой маг, а не милая девица, только и умеющая, что нюхать цветы и закатывать глазки от любого шороха. Еще раз откроешь на меня рот, размажу по земле тонким слоем.
— Крутая девочка! — восхитился Загор и, как только Маноя обратила на него свой тяжелый взгляд, торопливо представился: — Я Загор, управляющий этим имением.
 
— Значит, ты мне и покажешь, где мы будем заниматься, а так же где я буду жить.
— Да, я все устрою.
— Отлично, — кивнула девушка и оглядела Вольных. — Надеюсь, все поняли, что шутить со мной не стоит?
Народ, опасливо косясь на нее, старательно закивал. Сообщив, что учеба начинается с завтрашнего дня, Маноя в сопровождении Загора отправилась в усадебный дом, где ей предстояло жить. Энг и Шодот уволокли Стора в сторонку, чтобы поделиться с ним проблемами, больше всего их беспокоили непригодные для жилья хибары Вольных, да и у крестьян дома тоже обветшали.
— Пригласите мага Строителя, — посоветовал Стор. — Он вам за пару дней деревню отстроит.
— Ты издеваешься? — Энг нахмурился. — Знаешь, сколько он берет за свои услуги?
— Я дам вам золота, — сказал Стор, боевые маги открыли рты, видимо, собираясь отказаться, и он поднял руку, останавливая их. — Не дергайтесь! Это мой вклад в то благое дело, что свалилось на вас нежданчиком.
— Знали бы мы, какая задница нас здесь подстерегает, плюнули бы на это благое дело, — Энг тяжело вздохнул.
— Ничего, скоро все устаканится, и станет легче, — успокоил друзей Стор. — Как у вас дела с вашими мальчиками?
— Да никак до помолвки не дойдем, — произнес Шодот. — Нам даже за серьгами сходить некогда, дел столько, что свободного времени вообще нет.
— Плохо, особенно для твоего Ямита, ему серьга просто необходима после случившегося с ним.
— Знаю, — издал вздох Шодот, — он до сих пор смотрит на меня так, словно сомневается, что я существую на самом деле, а не игра его воображения.
— Ждите меня здесь, — Стор открыл кольцо перехода и исчез в нем. Вернулся он через пару минут и протянул друзьям две небольшие коробочки. — Держите, порадуйте своих мальцов.
— Неудобно как-то брать, — пробормотал Энг.
— Зашибись, — усмехнулся Стор. — Ты с чего это вдруг стал стеснительным?
— Хрен его знает, — Энг рассмеялся, взял одну из коробочек и, любопытствуя, открыл. — Боги всемогущие, — оторопел он. — Это же радужные руноканские.
— А ты что, хотел, чтобы жених главы носил стекляшки? Камни должны быть статусные, так что нехрен удивляться, — произнес Стор и с ухмылкой обратился ко второму другу: — Шодот, хватит хватать ртом воздух, топай, объявляй Ямита женихом.
— Ямит в обморок упадет, когда увидит эти серьги, — пробормотал Шодот и кинулся к своему мальчику.
Сознание Ямит не потерял, хотя и был близок к этому, он долго трогал камни пальчиком и никак не мог поверить, что это великолепие предназначено ему.
— Налюбовался, малыш? — ласково обратился к нему Шодот. — Можно мне их вдеть в твои ушки?
— Это мне, да? — прошептал Ямит.
— Тебе, бестолковый ты мой, — мужчина нежно поцеловал его в склоненную макушку. Ямит поднял голову и мелко заморгал, пытаясь отогнать слезы. Шодот, почувствовав, что его мальчик собирается разреветься, быстренько нацепил на него серьги.
— Какой ты красивый, — восхитилась Ямитом сестренка.
— Да, он самый красивый во всех мирах, — согласился с ней Шодот. Ямит мужественно подавил рыдания, а вот Атиз не сумел справиться с чувствами и, заполучив в уши серьги, расплакался.
— Маленький мой, — Энг с улыбкой притиснул его к себе. — Ты выйдешь за меня?
— Надо было этот вопрос задать до того, как напялил на него серьги, — Стор рассмеялся.
— Выйду, — Атиз обнял жениха и, промокнув слезы об его рубашку, потянулся к его губам. Энг с удовольствием его поцеловал.
Шодот, спохватившись, что тоже позабыл спросить у Ямита о согласии на брак, быстро исправил свою ошибку. Парень, улыбнувшись, кивнул, а потом подтвердил и вслух:
— Да.
— Ты подарил мне счастье, — Шодот с чувством поцеловал его.
— Свадьбы сыграем через месяц, думаю, к этому времени проблем станет меньше, — сказал Энг.