Москва зовёт (СИ)

Мгновенно увеличившаяся популярность компартии поставила жирную точку в противостоянии политических движений Израиля. К сегодняшнему вечеру образовалось несколько стихийных массовых митингов израильтян, скандировавших патриотические лозунги и прославляющих компартию и самого Меира.
Не менее сенсационными стали политические выводы аналитиков мировых держав — русские, по сути, устроили «бархатную революцию» в Израиле. Особенно негодовала Британия, лишившись перспективы залезть в карман к евреям при добыче газа. Копия договора уже разошлась по каналам СМИ, и прожжённые циники тщательно изучили её. Всё так и есть, как говорил Вильнер — помощь в концепции развития своей газовой отрасли и никакого рычага давления на Израиль.
Тем временем. Штаб-квартира Центральной разведки США 
Роберт Гейтс задумчиво потягивал коктейль, сидя за столом. Последние новости из Израиля его явно не радовали. Приняв официально на работу Джона Уивера, он не прогадал — большинство направлений аналитического анализа сложившихся ситуаций молодой человек щёлкал играючи. Вот и сейчас Роберт ожидал от него аналитической справки о создавшемся положении в арабо-израильском противостоянии. Он снова приложился к бокалу, когда в дверь постучали.
— Войдите! — на пороге стоял Уивер с далеко не радужной физиономией. — Ну, сводка готова?
— Да, сэр. Вот, — он протянул вчетверо сложенный листок.
— Доложи кратко.
— Кратко… — Джон задумался на минуту. — Кратко, сэр можно охарактеризовать так: арабы потерпели полное поражение. Как в политическом, так и экономическом плане. Не только Ливан, но и Египет. По сути, Анвара Садата больно щёлкнули по носу русские, напомнив ему про предательство своих интересов. Ему припомнили и Асуанскую плотину, и политический прогиб в нашу сторону. Ни Ливан, ни Египет не смогут пролоббировать заморозку разработки газовых скважин в Тамарском месторождении. Для них этот поезд ушёл. Евреи теперь сами будут регулировать подачу газа к себе, не оглядываясь ни на кого. Меня только одно смущает, — поднял он взгляд на шефа.
— Что?
— Как быстро они снюхались с русскими, сэр. У меня навязчивая идея о щупальцах предиктора русских. Вполне возможно, что здесь спутник — лишь официальная ширма. Информацию о месторождении они слили как раз к президентским выборам в Израиле, чётко сыграли на алчности евреев и заняли политический олимп не самой плохой страны на Ближнем Востоке. Я вполне допускаю, что ещё какие-нибудь открытия экономического плана вполне могут держать в тонусе электорат, не позволяя даже оглядываться на конкурентов компартии. Подержать в такой позе лет так двадцать, и вот уже ни Ликуд, ни даже РАХАП уже не могут повлиять на умы электората… Но и это не главное…
— А что тогда? — недоверчиво посмотрел на него Гейтс.
— Сэр, две недели назад вы дали мне информацию о русских патентах. Сейчас их бюро достигло, наверное, апогея — тридцать две тысячи заявок… это очень много… Это говорит о том, что в России строят несколько заводов, способных производить микропроцессорную технику передового уровня… Но и это не всё… К микропроцессорам нужно писать микропрограммы для их корректной работы… Что получается… Они выходят на такой уровень, что мы просто не успеваем за ними… нигде и никак, сэр… Микроэлектроника — штука такая, что просто годичный простой фактически означает полный провал перспектив… долгосрочных или краткосрочных — уже не важно. Важно, что отставание сразу отправляет нас на задворки мирового рынка продукции, а это чревато финансовыми потрясениями. В таком случае американским компаниям не выжить… да и никому не выжить в погоне за Советами…. они могут превратиться в гегемонов мирового рынка радиоэлектроники и диктовать свою волю в развитии технологий. А это значит, что ни наши новые космические спутники, ни ракеты, ничего вообще не будет собираться у нас. Кто даст гарантию, что они не монополизируют рынок микропроцессорной техники?
— Ну, так объявим эмбарго, в чём проблема? — хмыкнул Роберт.
— И окончательно развалим экономику и боеспособность наших систем? Сэр, сейчас мы должны максимально заинтересовать русских в сотрудничестве. Чтобы у них не закралось и тени сомнения, что мы — надёжный партнёр. Если для этого стоит пожертвовать несколькими игроками-сателлитами, это нужно сделать, не заботясь об их имидже. Как говорят русские — своя рубашка ближе к телу.
 
— Предлагаешь заглядывать в рот Советам? — нахмурился Гейтс.
— Нет, сэр, но разумные и логические действия никто ещё не отменял. А наш Конгресс погряз в нелогичности — количество поправок к федеральным законам уже зашкаливает. Нужно остановить эту вакханалию.
— Ладно, я понял твою мысль, — кивнул шеф. — Можешь идти
1 июня 1983 года. г. Рябиновск. Ближе к обеду 
Последний месяц Громов работал в вечном цейтноте, даже спал урывками. Виной тому стало новое его детище — «водяная доска». Ни уговоры жены, ни советы друзей — ничего не помогало. Он дневал и ночевал на химзаводе, ходя по пятам за Филипповой, они вместе о чём-то спорили, раз за разом переделывая конструкции гибких шлангов, но к первому июня он получил все компоненты для своей конструкции. Еще в начале мая земснаряд хорошо почистил русло реки, освободив его от отмелей и густого камыша у берегов. Чуть дальше — за городской чертой русло почистили так, что образовалась большая яма, около десяти метров глубиной и около ста в окружности. Вот сюда, временно экспроприировав грузовик, и направился Родион вместе с четырьмя последователями из «Алых беретов». Двое мальчишек и две девчонки. Гидроцикл сразу определили в воду, а остальное Громов собрал где-то за час, тщательно записывая очерёдность своих действий. Доску подключили к шлангам, и первым её «обул» Денис Паршин. Выслушав все инструкции, он кивнул и отплыл с гидроциклом метров на десять от берега. Уже здесь глубина водоёма позволяла провести тренировку без боязни достать дна. Запустив движок, Денис неуклюже поднялся метра на три, потом не удержал равновесие и упал в воду, но сразу выскочил обратно. Немного освоившись с равновесием, Паршин попробовал переместиться на несколько метров влево, но снова не рассчитал свои силы и плюхнулся. Вновь поднявшись, какое-то время он неподвижно висел, о чём-то размышляя, а потом вдруг ринулся вверх, но не так резко.
— Я понял, как надо! — радостно воскликнул он. — Сейчас вот ещё кое-что попробую!
Совершив несколько пируэтов, он, довольный, подлетел к самому берегу, показывая большой палец правой руки.
— Родион Александрович, а мы? — недовольным тоном спросила Лариса Кобрина.
— Думаю, через четверть часа кто-то его сменит, — ответил тот. — Вы пока запоминайте как нужно двигаться.
Минут через десять Денис передал эстафету Ларисе. Она тоже попыталась сорваться с места в карьер, но свалилась в воду. Зато потом, правильно сделав выводы, уже не допускала ошибок. Более того, она первая, кто сумел перекувырнуться и при этом не упасть. Затем девушка стремительно ушла вверх и совершила два круговых движения — «юлу», при этом чуть не замотав шланги.
Отлично поработав над техникой, она не без сожаления передала эстафету второму парню.
— Ты чего такая недовольная? — поинтересовался у неё Громов.
— Ма-а-ало… — вздохнула и протянула девушка. — А какое классное ощущение на высоте… м-м-м… Словно ты — царь горы и тебе подвластно всё…. потрясающе…
— Постараюсь, чтобы у вас тренировки проходили как можно чаще… потом дам вам посмотреть несколько роликов на эту тему… глядишь, к концу купального сезона научитесь.
— А что, и видеоматериал есть? Ух, класс! — сразу загалдели ребята. — А мы сегодня только по разу будем летать?
— Я вообще не рассчитывал, что у вас получится, — усмехнулся Громов. — Поэтому топлива взял по минимуму. Только чтобы опробовать. Вот послезавтра выберемся на целый день и тогда оторвёмся на всю катушку.
3 июня 1983 года. г. Рябиновск. Два часа пополудни 
Короткометражный фильм о путешествии к потомкам уже прошёл проверку цензуры, получив только похвальные отзывы. Какое-то время Ксения наслаждалась гордостью главной героини, а потом всё плавно сошло на нет, и сейчас она маялась от безделья. Технику к телецентру ещё не привезли, поручение мужа она выполнила в полном объёме, даже найдя якобы шпиона, а дальше? Максимализм журналиста тянул её вперёд, а рутина ничегонеделания тормозила многотонным камнем. Вот и сегодня она тупо пересматривала видеоматериал на выделенном ей квантовом ноутбуке. Внезапный звонок междугородней тональности встряхнул её.