Москва зовёт (СИ)

— Но ведь ты сейчас обнимаешься только со мной! — удивилась она.
— А если потом тебе придётся сниматься в другом фильме?
— То есть даже интервью нельзя брать?
— Ну… интервью — это совсем другое.
— Хорошо. А если я дам тебе обещание не сниматься ни с кем другим? — Ксения повернула к нему заплаканное лицо.
— Ты плачешь? — удивился он. — А по голосу и не скажешь.
— Ты не ответил на мой вопрос. Только честно! Прошу!
— Да что на тебя нашло?
— Будь мужчиной — ответь на мой вопрос… мне это важно… — всхлипнув, она склонила голову.
Юрий съехал на обочину и выключил мотор, потом аккуратно вытер ей слёзы и обнял. Ксения завозилась в его объятиях, но Рокотов не дал ей вырваться из них.
— Ксения, так бывает, что во время съёмок некоторые актёры завязывают мимолётный роман… Не хочу травить душу ни тебе, ни себе.
— А если это не мимолётный роман? Если это на всю жизнь?
— Ты серьёзно?
— Как много тех, с кем можно лечь в постель,
Как мало тех, с кем хочется проснуться…
И утром, расставаясь улыбнуться,
И помахать рукой, и улыбнуться,
И целый день, волнуясь, ждать вестей.
— Это кто написал?
— Эдуард Асадов. Я недавно нашла его в вашей Базе Знаний. Между прочим, наш современник. Всё стихотворение пронизано родственностью душ. Он писал его с прозы жизни… реальной, а не выдуманной. Тебе понравилось?
— Реализм зашкаливает, — усмехнулся Рокотов. — Как будто готовый сценарий для какого-то фильма. Я представил, как ты сидишь на кухне и, смотря в окно, допиваешь свою чашку кофе.
— Так что тебе мешает воплотить это в реальность?
— У нас с тобой разный менталитет… кругозор…
— Зато чувства одинаковые… или нет? — Соломенцева чуть высвободила из объятий голову и внимательно посмотрела на майора.
Их взгляды встретились, и Рокотов внимательно посмотрел на девушку. Всего несколько секунд, видимо, что-то анализируя в уме, но потом потянулся к её губам. Ксения ответила истово. Потом, через пару минут, с блаженной улыбкой положила ему голову на плечо.
— Мы учиться водить машину будем? — к нему возвратился его менторский тон.
— С тобой всё, что угодно, — девушка встрепенулась и потянулась к двери машины.
Инструктор и обучаемая вели себя предельно корректно — ни одного окрика, ни единой досадующей реплики. Почти час езды по заснеженному городу отняли у Ксении немало сил.
— Думаю, на первый раз хватит, — Юрий понял, что на сегодня пора заканчивать. — Сейчас заедем в «Гастроном», а оттуда домой.
В час пик в «Гастрономе» всегда много народа. Ксения мастерски лавировала между очередями, заодно показав недюжинные навыки в выборе снеди и умении вписаться в несколько очередей сразу. Рокотов только одобрительно хмыкал. В одной из очередей они увидели Остапова.
— Что, тоже решили решили закупиться? — ухмыльнулся тот.
— Голодное брюхо к учению глухо, Александр Петрович, — с нотками озорства ответила Ксения. — Ну и путь к сердцу мужчины лежит через желудок.
— Ага! Значит, «бастион» пал? — засмеялся он, на что Рокотов приобнял Ксению и утвердительно кивнул. — Ну, тогда совет вам да любовь! Мне доложили, что у вас была очень насыщенная декада, поэтому разрешаю вам взять отгул, — подмигнул генерал.
— Александр Петрович, у меня тут мысль возникла, — сообщила ему Соломенцева. — Что, если сначала доснять фильм, а потом написать повесть? А выложить на страницах «Комсомольской правды» вначале именно её.
— Хочешь сделать экранизацию? — задумчиво пожевал губами тот. — Слушай, а это хорошая идея! Кто хочет, пусть верит потом в сказку, а кому надо, будут знать правду. Дельно!
18 февраля 1983 года. г. Рябиновск. Вечер 
С момента вспыхнувшего романа между Ксенией и Рокотовым съёмки фильма пошли живее. Исчезла закомлексованность обоих по отношению к друг другу, это выражалось даже в мелочах. Отношения на камеру между ними действительно стали похожи на поведение молодожёнов — девушка задорно смеялась и шутила, порой открыто приставая к Юрию прямо на камеру. Тот был более сдержан, однако не упускал возможности подтрунивать над ней. Правда, беззлобно и используя менторский ироничный стиль. Она картинно обижалась, но через пару поцелуйчиков её мнимая обида улетучивалась со скоростью пассажирского экспресса. А вечером вся инициативная группа собиралась в кабинете и монтировала отснятый материал.
 
— Чёрт, как же надоело переться сюда, — пробурчал Артём, загрузив отснятый материал в программу вёрстки фильма.
— Хочешь сидеть дома с чашкой кофе и в тепле? — усмехнулся Костя.
— Представь себе!
— Вспоминаешь старые времена с подключением к глобальной Сети?
— Кость, а что мешает нам организовать такую в пределах Рябиновска? Ты только представь, что всем «филинам» будет доступна База Знаний! Сидишь у себя на рабочем месте и спокойно просматриваешь материал!
— Нам не хватит техники, — покачал головой тот.
— Хватит! Даже если использовать местный доисторический хлам, но подключаясь к удалённым рабочим местам здесь. Взять один из ноутбуков, что помощнее, и сделать несколько удалённых рабочих столов на нём, нашпиговать его нужными программами…
— И как ты собрался организовать разветвлённую сеть здесь? Учти, что чипов на медиаконвертеры у нас в обрез.
— А если спаять транзисторные заменители? Ну вот не поверю, что они будут очень громоздкими, — покачал он головой.
— Это работа не на один день.
— Да прям! Что мешает распотрошить структурную схему чипа и сделать транзисторный аналог? А потом смакетировать печатную плату. Кстати! Такой вариант нам пригодится не только здесь.
— А где ещё?
— В самых холодных регионах. Я как-то читал, что современные медиаконвертеры боятся холода… даже критичны к нему…
— Но ты же понимаешь, что о миниатюризации устройств в этом случае можно забыть?
— Я тебя умоляю! О каких стандартах может идти речь, если мы — пионеры этого направления? Как мы скажем остальным, так и будет! Согласен, что везде такие девайсы ставить не комильфо, но в той же, например, Бурятии или севернее — самое то. Как арктический вариант.
— А разъёмы сейчас где возьмём? Их у нас тоже кот наплакал.
— Филиппова поможет.
— Что?
— Василиса Андреевна собаку съела на пластиковых материалах. Если поставить её в первых рядах, уверен — она поможет нам с изготовлением разъёмов.
— Ну не знаю…
— Кость, я уверен, что дело выгорит… Давай попробуем, а?
— Не забывай, что вопрос нужно и с Остаповым согласовывать… Без его визы это дохлый номер.
— Слуша-а-ай, а давай замутим локальный домен? Сделаем и почту электронную и несколько сайтов. И уже на них будем учить местных как правильно работать в Гала-сети. Заодно и тестировать кое-какие сетевые компоненты или софт, а?
— Пока не разберёмся с медиаконвертерами, никому ничего говорить не будем.
— А когда мы с ними разберёмся? — Артём прищурился.
— Вот ты неугомонный, — мотнул головой Иванов. — Ладно, завтра гляну, что там и как.
21 февраля 1983 года. г. Рябиновск. Новая площадка радиозавода. Утро 
Эта планёрка на радиозаводе стала следующим этапом развития НПО «Прометей». Первым предоставил новости Старков.
— Товарищи! Субботний «круглый стол» окончательно перестал быть только советским. Если раньше на него изредка подходили радиолюбители из социалистических государств, то в эту субботу пришли и капстраны. Двое французов и англичанин, слабо владея русским языком, попытались узнать о своих заказах. Пришлось отзывать их на другую частоту и уже там проводить беседу. А до меня никто ничего не доводил по этим заявкам. Было, честно говоря, стыдно, но я дал понять, что скорее всего заказ в сборке. Поэтому прошу снабжать меня информацией, скажем в конце рабочего дня пятницы. Чтобы я мог оперативно реагировать на поступающие вопросы.
— Ирина Сергеевна? — Иванов перевёл на неё взгляд.
— Без проблем, буду снабжать Виктора Николаевича такой информацией.