Фетиш

Синди резко выпрямляется на стуле, её карие глаза возмущённо расширяются:
– Почему? Ты единственная, кто может открыть им глаза на людей, с которыми они находятся!
Я обхватываю ладонями горячую чашку, пытаясь согреться.
– Это не моё дело. Окажусь в итоге крайней. Да и этот Джейсон – тёмный тип. Кто знает, на что он способен, чтобы сохранить свои секреты. Лучше не связываться с такими.
  
– Одри, о нет! – Синди театрально прижимает руку к груди, и я вижу, как в ней просыпается будущая актриса. – Вдруг тебя закажут убрать как свидетеля. Если что, мы дадим показания! А Стив Аманды поможет раскрыть твоё дело.
Аманда перестаёт терзать свой маникюр и задумчиво улыбается:
– Знаешь, Стив на работе и не такие дела расследует. Всё-таки лучший следователь в отделе.
– О, дайте я побуду детективом! – Синди внезапно преображается. Её плечи расправляются, подбородок приподнимается, а голос становится низким и властным.
Она хватает со стола пульт, изображая диктофон.
– Мисс, где вы были вечером 15-го числа? – она наклоняется ко мне, сверля пронзительным взглядом. – Не заметили ничего подозрительного за мисс Картер? У неё были враги?
Затем она молниеносно меняет образ, превращаясь в испуганную свидетельницу с дрожащим голосом:
– Знаете, она говорила, что стала свидетелем чужой тайны…
– Как тебе моя игра? – Синди возвращается в себя, её глаза сияют. – На следующей неделе прослушивание в театральную студию, нужно тренироваться.
Я не могу сдержать смех, наблюдая за этим преображением:
– Великолепно! Оскар тебе обеспечен! Спасибо, что уже хоронишь меня и содействуешь следствию, но я надеюсь, что всё настолько далеко не зайдёт.
– Да, Синди, прекрати, – Аманда обнимает меня за плечи, и я чувствую аромат её любимых духов с нотками ванили. – Одри права, не стоит лезть в их "дворцовые интриги". Пускай сами разбираются.
 
Глава 2
 
Джейсон
Сижу за отполированной барной стойкой, рассеянно наблюдая, как Дженни неспешно смешивает коктейль своими изящными пальцами с идеальным маникюром. Когда-то один взгляд на ее соблазнительное декольте в черном облегающем платье заставлял мое сердце биться чаще. Теперь же даже ее запах, раньше сводивший с ума, кажется слишком приторным. Всему виной она – загадочная новая девушка Дэйва, которая, даже не появившись в моей жизни, уже полностью захватила все мои мысли.
Я видел только ее фотографии на экране телефона Дэйва, но этого оказалось достаточно, чтобы мое воображение разыгралось не на шутку. Ее образ преследует меня днем и ночью. Закрывая глаза, я представляю, как буду иметь её, как она будет стонать от удовольствия… А самое будоражащее – это осознание того, что она принадлежит моему лучшему другу. От этой мысли по телу пробегает электрический разряд возбуждения.
Я понимаю всю неправильность своих действий, но меня это только сильнее заводит. Внутренний голос может хоть охрипнуть, крича о морали – мне плевать. Обычный секс давно превратился в пресную рутину. Мне нужен адреналин, власть, превосходство. Чувство, когда берешь чужое, запретное – это как наркотик.
Когда я занимаюсь сексом с чужими женщинами, особенно с теми, кто в отношениях с моими друзьями – это непередаваемые ощущения. Сама мысль о том, что я беру то, что принадлежит другому, сводит с ума от возбуждения. Осознание того, что я нарушаю все мыслимые табу. Именно поэтому связи с женщинами друзей стали моей одержимостью.
Усмехаюсь, вспоминая свой личный триумф. Тот вечер в "Маритиме" был просто великолепен: четыре красотки, четыре похода в туалет, четыре быстрых, жарких траха. Мои приятели даже не заметили, как одна за другой их спутницы исчезали в дамской комнате. А я следовал за каждой, чтобы через несколько минут вернуться с едва заметной торжествующей улыбкой. А после – непринужденные беседы за ужином, будто ничего и не произошло. Они строили из себя недотрог, а я знал – каждая из них только что стонала подо мной, вцепившись в раковину. С удовольствием наблюдал как они уплетают десерт после того, как в туалете я накормил их своим белковым коктейлем. Какое упоительное чувство власти…
Сегодня я намерен превзойти тот рекорд. Наконец-то увижу ту, о которой Дэйв говорит взахлеб последние три месяца. Он все не решался нас познакомить – что ж, пришлось взять дело в свои руки. Внутри все дрожит от предвкушения. Интересно, совпадет ли реальность с моими фантазиями? В любом случае, эта ночь определенно войдет в мой список личных рекордов.
Возбуждение становится настолько невыносимым, что я едва сдерживаюсь. Наклоняюсь к Дженни и шепчу ей на ухо просьбу подняться со мной наверх. Она понимающе улыбается – мы уже не раз уединялись в ванной комнате для быстрой разрядки. Мне необходимо снять напряжение, чтобы сохранить хладнокровие при встрече с ней. Дженни, как всегда, готова помочь – она знает, что за это я буду особенно щедр.
Она подходит, грациозно двигая длинными ногами под короткой юбкой, и прислоняется к раковине рядом со мной. Небрежно скрещивает руки на груди, приподнимая обтягивающий топ ровно настолько, чтобы был виден низ черного кружевного лифчика.
Сучка Тома опускается на колени у моих ног и начинает расстегивать мои брюки. Мой член высвобождается из боксеров, уже твердый и пульсирующий в предвкушении. Глаза Дженни расширяются от восхищения, когда она смотрит на это, медленно облизывая губы.
Она обхватывает своими тонкими пальцами основание моего члена и начинает поглаживать вверх и вниз, ее прикосновения возбуждают чувствительную кожу.
Я чувствую, что теряюсь в ощущениях. Она наклоняется ближе, ее губы касаются головки, прежде чем взять его в рот. Я задыхаюсь от внезапного прилива удовольствия, который охватывает меня. Она высовывает язык, чтобы проследить за венами, проходящими по всей длине моего члена, и начинает нежно посасывать, создавая вакуум, который только усиливает ощущения. Ее голова мотается вверх-вниз, и я хватаюсь за раковину, чтобы не упасть.
Руки Дженни скользят вверх по моим бедрам, массируя их, пока она продолжает доставлять мне удовольствие своим ртом. Я чувствую, как по моему телу распространяется покалывание, начинающееся в паху и распространяющееся по всему телу. Влажные звуки заполняют небольшое пространство, эхом отражаясь от кафеля. Ее язык кружит вокруг головки моего члена.
Как только я начинаю думать, что вот-вот потеряю контроль, дверь внезапно распахивается. В проеме застывает она – Одри. Её глаза расширены от шока, словно она увидела призрака. Секунда растягивается в вечность. Пробормотав извинения, она поспешно закрывает дверь. В этот момент мои бедра непроизвольно дёргаются, и я, не в силах сдержаться, изливаюсь в рот Дженни.
Вот черт.
Застёгиваю ширинку и спускаюсь вниз. Всё пошло совершенно не по плану. Одри не должна была этого видеть – теперь завоевать её доверие станет в разы сложнее. Но я не могу позволить себе показать страх или смущение. Если она решит рассказать – пусть. В конце концов, именно этот адреналин, это балансирование на грани разоблачения и даёт весь кайф.
За столом наблюдаю, как Дженни целует Тома своими припухшими после наших развлечений губами, и меня накрывает волной острого удовольствия – даже более сильного, чем то, что я испытывал наверху. Мурашки пробегают по коже от мысли, что этот рогоносец даже не подозревает, как его девушка стонала заглатывая мой член по самые гланды.
Раньше я презирал таких, как я. А теперь сам не могу жить без этого пьянящего коктейля из похоти и предательства.
Одри, единственная свидетельница нашего с Дженни секрета, начинает кашлять, подавившись вином. По её лицу вижу – она наконец поняла, что здесь происходит на самом деле. Её реакция интригует меня. Расскажет или будет хранить молчание?
Она сверлит меня осуждающим взглядом, но меня это только забавляет.
Не стоит строить из себя святошу, милая. Скоро ты сама окажешься подо мной. Просто подожди.