Фетиш

– Я что, предлагал тебе отсосать мне? – произносит он, и в его голосе столько искреннего недоумения и веселья, что и я невольно улыбаюсь.
– Не сложно догадаться, что у тебя на уме, – парирую я, хотя внутри меня начинает загораться понимание того, что я ошиблась.
– Вообще-то, я хотел предложить поехать искать тот браслет, который я выкинул на трассе, – говорит он, и его слова звучат для меня неожиданно.
  
Я заливаюсь краской, и чувство стыда охватывает меня с головой. Как же я могла такое ляпнуть вслух?
– Черт. Прости. Я… – произношу я, прикрывая лицо руками, – Мне так стыдно.
Я опускаю руки и снова смотрю на Джейсона, его лицо всё еще озаряет добродушная улыбка.
– Ты думаешь это возможно? Найти его там, особенно сейчас в темноте? – сомневаюсь я, но в глубине души уже начинаю надеяться.
– У тебя есть еще один вариант: ты можешь просто сказать Дэйву, что ты порвала его подарок о мой ремень, – говорит Джейсон с той самодовольной ухмылкой, которая всегда заставляет меня хотеть ударить его.
Я прикусываю нижнюю губу, чувствуя металлический привкус помады. В голове проносится водоворот мыслей – от глупых оправданий до откровенной паники.
– Ладно, поехали искать браслет, – выпаливаю я, хотя каждая клеточка моего тела протестует против этой безумной затеи. Желудок скручивает от плохого предчувствия, но что-то внутри толкает меня вперед. Возможно, это гордость. Или глупость. Иногда я не вижу между ними разницы.
Что, если мы ничего не найдем?
Этот вопрос пульсирует в висках в такт музыке, доносящейся из радио, пока Джейсон уверенно ведет машину по извилистой дороге. Я украдкой наблюдаю за его профилем, освещенным вспышками встречных фар. Его челюсть напряжена, и я почти уверена, что он злится.
Наконец, он останавливает машину на обочине. Ночной Лос-Анджелес раскинулся внизу, как россыпь звезд. В другое время я бы залюбовалась этим видом, но сейчас каждый огонек внизу кажется насмешкой над моей ситуацией.
Джейсон выключает зажигание, и салон погружается в тишину. Прохладный ночной воздух просачивается через приоткрытое окно, вызывая мурашки на коже.
– Как мы найдём его? Сейчас темно, – мой голос звучит неуверенно. – Это нереально.
Джейсон поворачивается ко мне, и в тусклом свете приборной панели его глаза кажутся почти черными.
– Мы? Ты уже так уверена, что я буду помогать тебе? – в его голосе столько иронии, что ею можно захлебнуться.
Я чувствую, как краска заливает щеки, а в груди разгорается гнев.
– Но ты же его выкинул! – слова вырываются громче, чем я планировала.
– Раньше тебе было плевать на него. Когда я его выбросил, ты и слова не сказала. А теперь, когда он тебе срочно понадобился – это моя проблема? Приспичило – ищи сама, – он произносит это так небрежно, словно речь идет о потерянной заколке, а не о браслете за несколько тысяч долларов.
Я закатываю глаза так сильно, что на секунду кажется, они там и останутся. Сжимаю кулаки, чтобы сдержать дрожь негодования.
– Что ж, ладно, спасибо за идею, пойду искать, – цежу сквозь зубы с фальшивой веселостью и практически выпрыгиваю из машины.
Включаю фонарик на телефоне, и его резкий луч прорезает темноту.
Я начинаю обходить пространство, надеясь заметить хоть малейший проблеск заветной бархатной коробочки. Под ногами шуршит гравий, и я чувствую, как холодный ночной воздух проникает сквозь кожу.
– Может её кто-то уже нашёл? – рассуждаю вслух, не ожидая ответа, – А это бесполезное занятие.
Джейсон вздыхает, словно ему это тоже не по душе, и неохотно присоединяется ко мне в поисках. Я замечаю, как он лениво двигается, его движения кажутся небрежными, но я знаю, что он всё же старается помочь.
Проходит несколько часов. Время тянется мучительно долго. Уже потихоньку начинает расцветать, и нежно-розовый свет зари окрашивает небо. Мы всё ещё тут.
Я подхожу к его Феррари и облокачиваюсь на капот, чувствуя, как усталость наваливается всей своей тяжестью.
– Ладно, я сдаюсь, – произношу я, выдохнув, – Бесполезно потраченные часы поисков.
Джейсон подходит ближе, и в полумраке я замечаю, как его тёмные глаза приобретают теплый оттенок, будто бы он пытается заглянуть в самую глубину моей души. Его лицо, хотя и выглядит уставшим, источает непоколебимое спокойствие. Он бережно усаживает меня на капот машины, и теперь наши глаза находятся на одном уровне. Я чувствую, как между нами возникает что-то, что сложно объяснить словами.
"Боже, ну почему он такой привлекательный?" – мелькает у меня в голове. Я помню, что нельзя поддаваться этому искушению, но его близость словно магнит, притягивающий меня. Заурядное желание зарыться пальцами в его волосы и притянуть к себе становится почти невыносимым.
"Одри, выкинь эти мысли," – уговариваю я себя, стиснув зубы и отводя взгляд.
Джейсон, казалось, не замечает моих внутренних метаний. Он открывает маленькую бархатную коробочку и достаёт из неё браслет, аккуратно откладывая упаковку в сторону. Его пальцы нежно касаются моей руки, и я ощущаю, как по коже пробегает лёгкая дрожь. Он застегивает браслет, и я замечаю, как металлический блеск играет в первых лучах рассвета.
– Теперь у тебя будут новые воспоминания, когда ты будешь смотреть на этот браслет, – говорит он с лёгкой улыбкой, и я чувствую, как его слова проникают в самое сердце.
– Да, – отвечаю я. – О том, как ты помогал мне его найти и о том, как мы здесь сидели, встречая рассвет.
Джейсон кивает, и его голос становится чуть мягче, почти задумчивым.
– Тот браслет был для тебя символом чувств Дэйва к тебе. А этот пусть будет символом твоих чувств к нему.
Я смотрю на Джейсона с недоумением, и он поясняет:
– Ты искала этот браслет всю ночь только ради того, чтобы не расстраивать Дэйва, и в случае неудачи готова была отдать все свои сбережения ради того, чтобы не огорчить его. Разве это не говорит о твоих чувствах к нему? Девушки, которых я знаю, просто бы надули губки и заявили, что им нужен новый.
Его слова заставляют меня задуматься. Я смотрю в его глаза, и все его рассуждения о моих чувствах к Дэйву начинают казаться мне насмешкой в данный момент. Внутри меня растёт сомнение. Может, я здесь не только ради браслета?
– Поехали, – говорит Джейсон, прерывая мои мысли, и направляется к машине.
Я спрыгиваю с капота, чувствуя, как холодный металл оставляет лёгкий след на ногах, и спешу за ним, следуя за его уверенной походкой. Машина оживает, и мы отправляемся в неизвестность, оставляя позади рассвет и мои противоречивые чувства.
Джейсон
Бросаю быстрый взгляд на Одри, пока веду машину. Она задумчиво смотрит в окно, и лучи восходящего солнца мягко освещают её профиль. Чертовски красива. И такая наивная. Уголки моих губ невольно приподнимаются в легкой ухмылке, когда я вспоминаю, как ловко подстроил всю эту ситуацию с поиском браслета.
Коробка валялась на заднем сиденье под курткой. Она даже не догадывается, что я специально уронил её туда. Зато у меня появилось драгоценное время, чтобы действовать по плану. И судя по её реакции на мои слова о Дэйве, всё идет именно так, как я и рассчитывал.
Я замечаю, как она украдкой поглядывает на меня. О да, детка, ты уже начинаешь сомневаться в своих чувствах к этому придурку Дэйву. Скоро ты сама будешь искать моего внимания, умолять о прикосновениях. Но пока я буду играть роль понимающего друга, который просто хочет помочь.
Ещё немного, и она будет моей.
– Всё-таки невозможное возможно, – говорю я, надеясь, что Одри отреагирует. Но она молчит. Поворачиваю голову и замечаю, что она уже спит, её голова уютно устроилась на подголовнике пассажирского сиденья. Её дыхание ровное и спокойное, и в этом есть что-то умиротворяющее. Я улыбаюсь – это зрелище немного умиляет меня.
Мой дом всего в десяти минутах отсюда, и усталость наваливается на меня. До Одри ехать где-то час. Решение приходит само собой.