Рожденная в полночь

Велесту с трудом удавалось себя сдерживать. Сейчас бы опрокинуть её на кровать, сорвать – наконец-то! – ненавистные джинсы и получить то, что не давало покоя который час. Он хотел эту женщину.
И получит её.
Сегодня.
Но чуть позже.
А пока не стоит её пугать. Потому что он собирался держать её рядом с собой. Хотя точно не знал, сколько времени. Но, возможно, не день и не два.
– Ты должна была уже понять, что ни я, и никто из моего окружения не причинит тебе вреда, – заметил он, но тут тень сомнения промелькнула у него на лице. – Хотя… Держись подальше от Бориса.
– Бориса? – Лана понятия не имела, о ком речь.
– Тот мужчина, что приезжал за нами.
Лана медленно кивнула. Уж что-что, а об этом её предупреждать не стоило. Если с присутствием Велеста она могла примириться, то к тому мужчине ничто не заставит её подойти ближе, чем на пару метров. От него хотелось держаться как можно дальше. А лучше вообще не встречаться. Особенно ночью в темном переулке.
– Я постараюсь. Он… э… У него впечатляющая внешность.
Велест взял поднос и стал приближаться к кровати. Лана тотчас забралась на неё вместе с ногами и попыталась как можно дальше отползти от приближающегося вампира. Тот заметил её манипуляции и усмехнулся.
– Если ты отползешь ещё немного дальше, то рухнешь на пол. Для тебя подали завтрак.
– Откуда вы знали, когда я проснусь?
Больше всего её интересовал горячий кофе. Не мог же он с точностью до минуты знать, когда она проснется.
Велес поставил поднос на кровать и сел рядом с девушкой. Ему было приятно наблюдать за её растерянностью и недоумением.
– Это останется моей тайной.
Лана постаралась расслабиться. Не стоило показывать страх, который снова появился, стоило только Велесу приблизиться к ней. Ещё стояла перед глазами картина, когда он схватил Лапшина за горло. Его лицо напоминало лицо настоящего хищника. Убийцы.
А теперь она проснулась в его кровати… И готова с ним разделить завтрак.
Если она пошла на это, то ей стоит пересилить себя. И постараться не видеть в нем представителя клана детей ночи.
Кстати, про ночь…
– Велест… А вы разве не должны спать в гробу? Ведь сейчас день?
Велест не помнил, когда он последний раз так искренне смеялся. Он присел на край кровати и откинул голову назад. Интересное начало утра, ничего не скажешь!
– Женщина, с чего ты решила, что я должен спать в гробу и именно днём?
Лану заворожил смех мужчины. Его лицо смягчилось, и на мгновение она забыла, кто он на самом деле.
– Вампиры не спят в гробах днем. По крайней мере, истинные вампиры. Мы можем вообще не спать. Но обычно стараемся ложиться на пару часов в сутки. Дня мы тоже не боимся и можем свободно перемещаться.
Лана медленно взяла чашку с кофе и сделала глоток божественного напитка. По телу разлилась приятная теплая волна, и она почувствовала, что жизнь медленно в ней просыпается. Она относилась к числу неисправимых кофеманок, могла литрами хлестать кофе. И пока с утра она не выпивала хотя бы одну чашечку, то не могла проснуться.
– А солнце? Это тоже миф?
Тут Велест покачал головой и сменил положение – улегся на маленькие подушечки, закинув руки за голову. Халат разъехался на груди, того гляди пояс развяжется, и он снова окажется обнаженным.
Лана отвела взгляд от его груди. Туда лучше не смотреть.
– Солнце – не миф. Для нас губительны солнечные лучи, мы можем получить сильнейшие ожоги… или сгореть заживо, если долго пробудем на солнце. Поэтому предпочитаем жить там, где минимум солнечных дней.
– Велест… А регенерация? Я же видела, как сильно вы вчера были ранены…
– И регенерация у нас сильная. Обычные порезы, ушибы не могут нам причинить значительного вреда. А серебро может, – он не стал ей рассказывать про яд демонов. Эта женщина представляла собой загадку, и не стоит ей раскрывать все козыри.
Вчера в его кровати уже была подставная женщина.
Сегодня в ней находится другая, и ещё непонятно, что она из себя представляет.
– Интересно, – задумчиво сказала Лана и потянулась за бананом. Обычно она по утрам пила просто кофе, без бутербродов, но сегодня желудок требовал пищи. Он недовольно урчал и требовал, чтобы его покормили.
 
– Для кого-то и возможно. Для нас – это обычная жизнь.
Велест неотрывно смотрел, как девушка очищает банан. Её пальчики обхватили фрукт и стали освобождать от шкурки. У мужчины пересохло в горле, он отчетливо представил, как эти пальчики прикасаются к его мужскому органу. Не было ничего проще, чем опрокинуть её на подушку рядом с собой. Но что-то сдерживало его порыв.
Девчонка будет сопротивляться. В этом он не сомневался. По большому счету, ему всё равно, хочет она его или нет, ему будет достаточно её тела. Он брал женщин насильно, не раз и не два. Кому-то даже нравилась его грубая сила и жесткий секс. За Велестом закрепилась слава требовательного и властного любовника. Кто оказывался в его кровати, тот полностью попадал под его власть. И если бы ни срочные дела, он занялся бы Светланой.
– Да, конечно, – Лана не торопясь съела банан. – Я, наверное, задаю много вопросов.
– Ты задаешь нормальные вопросы. По крайней мере, они меня не раздражают.
Н-да уж, Лане не хотелось увидеть его раздраженным и злым. И чтобы эта злость была направлена на неё. Ей даже не хотелось думать, что бывает с теми, на кого направлена злость Велеста.
– А можно я тогда ещё один вопрос задам?
– Спрашивай, раз начала.
– Кто напал на вас вчера?
– Стригои.
– Стригои? – недоуменно переспросила она.
– Да.
– Я не слышала про таких… Кто они?
– Это те же вампиры. Разница между нами и ними заключается в том, что они продолжают пить кровь людей, обращая их в таких же бездушных тварей, как и они сами. У них нет никаких эмоций, кроме жажды крови и ненависти. Они убивают, чтобы жить.
Лана допила кофе и поставила чашечку на поднос. Слова Велеста озадачили её. Она не знала, что вампиры делятся на касты. Как выясняется, она вообще мало что знала о них.
– Вы же не убиваете людей?
– Без надобности – нет. Хотя лично я не придерживаюсь мнения, что жизнь конкретно взятого человека представляет собой ценность.
Это походило на правду. Велест не производил впечатления мужчины, способного на милосердие.
И ей не стоило забывать, что он из себя представляет.
– Жестоко.
– Констатация правды. Мы стараемся жить, не трогая людей. Им в свою очередь проще живется, не зная о том, что мы многие столетия живем бок о бок рядом с ними. Конечно, кто-то из людей думает, что мифология – это правда, тщательно завуалированная от посторонних глаз. В чем-то они правы. Есть даже охотники на вампиров, но они тоже научились различать вампиров и стригоев. Трогать нас им не выгодно. Если ещё и мы объявим войну людям, то это грозит полному вымиранию человечества.
– Постойте! Вы хотите сказать, что свободно общаетесь с людьми?
Велест снова рассмеялся, но на этот раз его смех содержал толику иронии и снисходительности. Необременительная беседа с блондиночкой доставляла ему удовольствие. Ему была приятна интонация её голоса.
– Конечно. Мы не просто свободно общаемся с людьми, мы живем среди них.
Он говорил так, точно Света не принадлежала к числу «этих самых людей». Он был в этом уверен.
Но Лана не спешила с выводами.
– Наша семья очень влиятельна среди людей, – тем временем продолжал Велест будничным тоном. – Мы известны, как влиятельные бизнесмены. Друзья семьи – политики, артисты, спортсмены. Всё, как у всех.
Лана покачала головой, не до конца осознавая и примиряясь со словами мужчины. Он говорил удивительные вещи. Но она была склонна верить ему. Девушка уже достаточно видела.
 
– И никто ни разу ни о чем не заподозрил?
Тут Велест резко сел и наклонился к Лане. Та невольно подалась назад. Внизу живота предусмотрительно сжались мышцы, а внутренний голос запоздало предупредил её, что она играет с огнем.