Люби меня до смерти (ЛП)

Я: Почему, черт возьми, он обнимает тебя?
Я вновь перевожу взгляд на Нэд и наблюдаю за тем, как она открывает сумочку и вытаскивает из нее телефон. Поколебавшись, она все же открывает сообщение. А потом оглядывается, пытаясь найти меня среди толпы. Естественно, ей это не удается, потому что в зале слишком темно, и она не имеет понятия, где меня высматривать. Утырсон что-то шепчет ей, но Нэд отмахивается от него. Она слегка отодвигается от него и вертит в руках мобильный. Это хорошо, что я полностью завладел ее вниманием.
Нэд: Ты в Париже!!
Я: Это вопрос?
Нэд: Коул, это не игра. Что ты тут делаешь?
Я улыбаюсь. Она назвала меня Коулом. Никогда не был настолько счастлив, что меня назвали не по имени.
Я: Нам нужно поговорить.
Нэд: Ты прилетел в Париж, потому что нам нужно поговорить?
Я: Да.
Нэд: Ты сумасшедший.
Я: Знаю. О чем, черт возьми, это представление? Я не могу понять ни слова?
Нэд: Тебе не стоило приходить сюда. Я же сказала, что наш договор аннулируется. Это опера, она не на английском. Зачем приходить, если ты даже не знаешь об этом?
Я: Я пришел не ради оперы, Нэд. Договор, может, и аннулирован, но между нами еще ничего не закончено.
Нэд: Закончено!
Я: Нет, не закончено.
Нэд: Ты должен уйти. Как ты вообще узнал, где меня искать?
Я: У меня свои методы…
Нэд: Мисти сказала?
Я: Возможно…
Нэд: Точно она! Я убью ее!
Я: Я не против. Полетели домой.
Нэд: Иди в задницу!
Я: Я не против. Мы сейчас же можем отправиться в гостиницу и окажемся в ней через десять минут. Встречаемся на выходе?
Нэд: Придурок!
Я: Да, женское население постоянно напоминает мне об этом. Но я придурок, который пролетел тысячу миль, чтобы поговорить с тобой о кое-чем важном. А теперь, пожалуйста, уходи с этого скучного представления, чтобы я мог выполнить свою миссию!
Нэд: Оно нескучное, и я не собираюсь уходить!
Я: Детка, я ведь знаю, что оно тебе не нравится.
Нэд: Зато Джексону нравится!
Я: Тогда пусть он его и смотрит. Пошли.
Нэд: Я никуда не пойду с тобой!
О нет, пойдешь. Утырсон что-то шепчет ей на ухо, а его рука все также лежит на спинке кресла.
Я: Пойдешь, детка. А если ты не скажешь этому ублюдку убрать руку, то я приду и сломаю ее.
Нэд: Нет, не пойду. И его рука останется на месте! Тебя это не касается! Ты ее НЕ сломаешь!
Я: Клянусь, я ее сломаю, детка. И меня все это КАСАЕТСЯ!
Нэд: С чего ты это взял?
Я: Я провел в самолете шесть часов просто для того, чтобы сказать, что люблю тебя. Поэтому либо говори ему брать руку, либо это сделаю за тебя я. Что выбираешь?
— О, это так романтично. Ну, если не считать вашего желания сломать ему руку. Но я понимаю, почему вы хотите это сделать. — Я поворачиваюсь и вижу, что на меня смотрит бабуля. — Простите, я не хотела совать нос не в свое дело, но это так мило.
Она читала сообщения. Черт, я точно чувствую себя оскверненным.
— Вам лучше поторопиться, она уходит, — говорит женщина, показывая мне за спину. Я поворачиваю голову и вижу, что Нэд выходит из зала.
Я молча вскакиваю и протискиваюсь мимо людей, который закатывают глаза и недовольно стонут. Оказавшись в проходе, бегу к двери, открываю ее и начинаю высматривать Нэд. Она только что исчезла за табличкой с надписью «des toilettes»11. Я следую за ней.
— Привет, — говорю я, как только догоняю ее. Нэд останавливается. Я беру ее за плечи и разворачиваю к себе. Она плачет. — Эй, что случилось? — шепчу я, вытирая большим пальцем стекающие по щекам слезы.
Она с грустью смотрит на меня.
— Ты не можешь любить меня, Коул.
— Почему?
— Это несправедливо. Позволить тебе любить меня эгоистично.
— Ты любишь меня, Нэд? — Она смотрит в пол. — Ответь мне, детка.
— Это неважно.
— Ты любишь меня? — повторяю я. Ее печальные глаза встречаются с моими, и она начинает рыдать еще сильнее.
 
— Я пыталась… поэтому и аннулировала договор. Вот почему я…
Я не даю ей договорить и целую в губы. Как же я скучал по этому. Сейчас ее поцелуй ощущается по-другому, потому что теперь я знаю, что люблю ее, а она любит меня.
— Хочешь, я объясню тебе, что значит «эгоистично»? — спрашиваю я, когда мы отрываемся друг от друга. — Эгоистично было бы знать, что я люблю тебя, и отказаться от меня, понимая, что и сама чувствуешь то же самое.
— Ты ведь в курсе, что все не так просто.
— Нет, все просто. Ты как-то сказала, что не стоит обижаться и злиться на смерть, потому что мы все знаем, что она придет за нами. Неважно, влюбился я в тебя сейчас или сделал бы это десять лет назад, я все равно понимал бы, что однажды ты умрешь. Но это не останавливает меня, а просто вызывает желание проводить с тобой каждую секунду, показывая, насколько сильно я люблю тебя.
— У нас мало времени, — шепчет она.
— Тогда дай мне все, что можешь, не сдерживайся. Я хочу всю тебя, Нэд, — молю я. Она плачет еще сильнее. — И прекрати рыдать, я всего лишь сказал, что люблю тебя. Разве это плохо?
Она смеется. И почему звук ее смеха кажется еще прекраснее?
Я обнимаю ее и целую в лоб. Она крепко обнимает меня в ответ, и я чувствую себя наверху блаженства.
— Я люблю тебя, — шепчет она.
— Самые. Лучшие. Слова. А теперь, когда мы все решили, скажи, что, черт возьми, ты делаешь здесь с Утырсоном? — говорю я, отрывая Нэд от себя, чтобы видеть ее лицо.
Она закатывает глаза.
— В Париже живет его клиент, а мне нужно заключить сделку, о которой я тебе говорила. Это всего лишь совпадение и ничего более.
— Тогда как вы очутились здесь? — спрашиваю я, подняв брови.
— Он приступает к работе только завтра, поэтому предложил сходить в оперу. Мне было скучно, и я согласилась. А что? Ты ревнуешь, Коул?
— Да, черт возьми! Ты моя, детка. Пусть катится к черту.
— Я дам ему об этом знать.
— Вот и хорошо. Надеюсь, он так и не попробовал твоих блинчиков?
— Нет, — отвечает Нэд, пытаясь ударить меня. Я, как всегда, перехватываю ее руку и переплетаю наши пальцы. Только в этот раз все ощущается по-другому. Намного лучше.
— Тебе нужно сказать ему, что ты себя плохо чувствуешь, поэтому уходишь.
— Что?
— Что ты себя плохо чувствуешь. Пошли ему сообщение, что не вернешься в зал.
— Зачем мне это делать?
— Потому что я только что пролетел тысячи миль, чтобы сказать, что люблю тебя. Теперь ты должна вернуться со мной в гостиницу и отблагодарить меня за это с помощью секса.
Нэд разражается смехом.
— Боже, даже когда ты пытаешься быть романтичным, то все равно оказываешься придурком.
— Некоторые вещи никогда не меняются, а теперь отправляй ему сообщение, чтобы я мог заняться с тобой любовью. — Она вопросительно выгибает брови. — Пожалуйста, — добавляю я с улыбкой. — Нэд закатывает глаза, а потом достает из сумочки телефон и начинает быстро печатать.
— Сделано.
— Вот и отлично, — говорю я и, взяв ее на руки, как невесту, выношу из здания. Всю дорогу до такси она смеется. — У меня есть десять тысяч способов показать, как я люблю тебя.
— Звучит отлично, — краснеет она.
— Так оно и будет, но я надеюсь, что у тебя на сегодня больше нет никаких планов, потому что я не собираюсь выпускать тебя из номера до самого утра.
— Не переживай, я могу изменить свое расписание.
— Звучит как музыка для моих ушей. — Мы забираемся в такси и с широкими улыбками на лицах едем в гостиницу. Сегодня будет самая лучшая ночь в моей жизни.
***
— О боже! — кричит подо мной Нэд. Я быстро целую ее в губы, выхожу из нее и перекатываюсь на спину. — И почему ты этого не делал в первый раз? — спрашивает она, пытаясь отдышаться.