Ты мне не нравишься (СИ)

— Почему нет? — отвечаю равнодушно.
— Думал, такие, как ты, первыми не проявляют инициативу.
Ник резкими движениями гоняет швабру туда-сюда. Мне приятен его гнев.
— Я и не проявляла. Он пригласил меня, и я согласилась.
Это правда. Только вот пришлось направить мысли Артема в нужном направлении, но это Нику знать не обязательно.
— И что значит: «такие, как ты»? — продолжаю я. — Дорогой, я единственная такая, запомни.
Ник роняет швабру на пол и теперь сморит на меня с яростью.
— Да плевать, — говорит на удивление спокойно. — Надеюсь, ты усвоила урок, и оставишь Стеллу в покое?
Снова Стелла. Ну, конечно.
— И как давно ты сохнешь по ней?
Ник делает ко мне шаг, и я замираю. Но он передумывает идти дальше, делает глубокий вдох, не отвечает.
— Чем эта мышь тебя зацепила?
Я провоцирую его. Мне хочется, чтобы он сделал и второй шаг. Сам же сказал, инициативу должен проявлять парень. И он делает. Второй и третий. Он стоит совсем рядом, и его лицо невозмутимо. Глаза напротив моих, темные, с медовым отливом. Не замечала. Он говорит тихо, почти интимно:
— Не выйдет.
  
Глава 6. Ник
 
— Не выйдет, — говорю я практически шёпотом, — не по зубам тебе.
Она пытается вывести меня на эмоции, и я это вижу. Ни за что не поддамся ей! Пусть сколько угодно намекает на мою симпатию к Стелле. Я вспоминаю ее короткие волосы и серые глаза. Она носит зелёные линзы, говорит, что серости в ее жизни и так достаточно. Но ее глаза, ее настоящие глаза такие добрые, такие живые… Так, не время для этих мыслей.
— Что? — Лиза невинно взмахивает длинными ресницами, которые ей прилепила на глаза такая же искусственная мадам, не сомневаюсь.
Я думаю о том, что бы я сделал, если б она была парнем. Было бы все гораздо проще. Пара ударов, и вся спесь бы с неё слетела. То есть, с него. Неважно. Это чудовище должно сидеть в замке и охранять какую-нибудь принцессу.
Я смотрю в ее карие глаза и вижу тьму. Она поглощает меня. Она затягивает меня в свой омут, жаждет моего присоединения. Но я выбираю свет. Я выбираю серые глаза Стеллы. Где она сейчас? Чем занимается?
Я беру себя в руки и поворачиваюсь к Лизе спиной.
— Можешь идти к блондину, — произношу это ледяным тоном. Все ещё не переварил тот факт, что она запала на моего братца. — Он уже заждался, бедняга.
— Хорошо, — радуется она и быстро выходит из столовой.
Я теперь спокойным взглядом изучаю зону бедствия. Ну конечно, только размазала грязь по столам. Эта девочка не привыкла убирать за собой, чего уж говорить о других.
Я хмурю брови. Она заманила Артема в свои сети. Почему именно его? Она… Да нет, бред какой-то. Но мысль все равно мой внутренний голос озвучивает громко и решительно. Она запала на меня?
— Елки, — говорю я вслух, — совсем спятил, братан. Займись делом.
Поднимаю швабру, окунаю ее в ведро с мутной водой.
«Если бы не заразительная тьма в ее глупых глазах, — думаю я, — наказания бы не было. Расплата за твои грехи, не больше не меньше. Ты поддался один раз, запомни его, обходи грабли стороной».
***
Совместное задание. Теперь это. Вселенная вконец охренела. Работа в парах, огромная презентация. Класснуха зачитывает фамилии учеников, что будут работать вместе. Я молюсь, чтобы мне досталась Стелла. Пусть будет она, ну, пожалуйста! Должна же быть в этом мире справедливость?
И мне достаётся Литова. Лиза Литова, чтоб ее… Она сидит на первой парте, косит под умную. Наклоняет голову, когда слышит свою фамилию. Я вижу ее руки, которые сжимают шариковую ручку так, что она ломается, когда Лиза слышит, с кем ей предстоит заниматься. Ее ладони все в чернилах. Она вскакивает на ноги и идёт к двери, на ходу заявляя, что ей нужно в уборную немедленно. Класснуха провожает ее неодобрительным взглядом.
— У всех есть пара? — спрашивает Ульяна Семёновна. — Все всё услышали? Точно? Я не потерплю отговорок, как в прошлый раз.
Ульяна Семёновна — хороший преподаватель. Любит детей, но умеет быть строгой, когда нужно. Пошутить тоже любит. У неё не всегда смешно выходит, но все равно… Я поднимаю руку. Кажется, настроение у Класснухи сегодня приподнятое. Может, и получится.
 
— Слушаю, Никита.
Я встаю с места и подхожу к ней.
— Ульяна Семёновна, я хочу поменять свою пару.
— Я тоже хочу, — смеётся, но глаза опускает, — шутка. Муж у меня хороший. Я к тому, что хотеть не вредно. Все уже решено.
Я наклоняюсь ближе, смотрю ей прямо в глаза.
— Вы не понимаете, — настойчиво продолжаю, — мне нужна другая пара. Я не хочу завалить экзамен.
— Вы недооцениваете Литову, Никита, ее средний балл выше вашего.
Я подавляю желание разбросать все предметы со стола этой женщины.
— Мы не ладим. Я не…
— Остановитесь, Никита, — прерывает меня Ульяна Семёновна непоколебимым тоном, — ваши личные отношения меня сейчас не волнуют. Это важная работа, и ее необходимо выполнить. Это все, о чем вы должны думать. А теперь садитесь на место, урок идёт.
Я плетусь обратно за парту и боковым зрением вижу Лизу, стоящую в дверях. Она потирает руки. Мне приходит в голову, что это она подстроила. Она хочет испортить мне жизнь. И ей удаётся, черт возьми. Ее присутствие в моей жизни — настоящая отрава. Как будто мне не хватает проблем?
Я усаживаюсь за парту и сцепляю руки в замок. Если раньше она мне просто не нравилась, то теперь я ее ненавижу.
  
Глава 7. Ник
 
Понимаю, что рано или поздно придётся с ней говорить. Снова. Слишком часто за последние дни. Пытаюсь кратко сформулировать свои мысли. Эта работа важна для меня, и сделать ее нужно хорошо. Поэтому я сделаю ее дома сам, дам ей ознакомиться после, чтобы выступили мы так, будто вместе долго и кропотливо сидели над учебниками. Я почти не сомневаюсь, что она одобрит мою затею. Она не похожа на тех, кто тщательно готовит домашнее задание.
Я вижу ее в столовой. Она сидит за столом одна и ковыряет ложкой йогурт. Идеальная возможность. Я подсаживаюсь к Лизе, и она лениво поднимает на меня глаза.
— Вот что, — произношу я быстро, — я подумал, и…
— Стоп, — она прерывает меня и отставляет йогурт в сторону, — не хочу ничего слушать. Да, мы должны делать презентацию вместе. И да, я, как и ты, не хочу ее делать с тобой. Вот, как мы поступим: я сделаю всё сама. А ты напишешь свою фамилию рядом с моей. Ты справишься с этим, я уверена. Не стоит меня благодарить. Как доделаю, скину тебе на электронную почту. А теперь, до свидания.
Она поднимается со стула, забыв о йогурте, и направляется к выходу из столовой. Я некоторое время прихожу в себя, потом резко поднимаюсь на ноги и устремляюсь за ней.
— Лиза! — кричу я, выскакивая из столовой, на нас смотрят две пятиклассницы и хихикают. — Эй, погоди. Да стой ты!
Я хватаю ее за локоть, и мое лицо кривится. Я обещал сам себе больше к ней не прикасаться. Дурак, блин. Она притормаживает, смотрит на мою руку, сжимающую ее локоть, потом на меня. Ее взгляд какой-то рассеянный. Если бы она была нормальным человеком, я бы решил, что она чем-то расстроена. Но в данном случае, скорее всего, это очередная ее игра.
Я отпускаю ее локоть и поднимаю руки ладонями вверх.
— Прости.
Она едва заметно пожимает плечами и собирается уйти. Ни одной колкости, ни одной ядовитой улыбки. Что это с ней? А, впрочем, неважно.
— Я не согласен. Я не собираюсь ставить свою фамилию на работе, в которой я не участвовал. Это нечестно, и… — «и я тебе не доверю такое важное дело», — и я так не могу.
— Ясно.
— Ясно? И всё?
— Что ты от меня хочешь, Платонов? — в первый раз она называет меня по фамилии. Ей не терпится уйти, я это вижу. Наверняка, Артемка заждался. Вот, в чем дело.
— Ничего не хочу, — сквозь зубы отвечаю я. — Абсолютно ничего.
Она кивает и поворачивается ко мне спиной. Она идёт, ссутулившись и опустив голову. Я смотрю ей вслед, ничего не понимая.