Ведьмы.Ру (СИ)

— Это вряд ли.
— П-почему? — говорить, не размыкая губ, сложно. А если разомкнуть, то пузырьки-пузырёчки улетят.
— П-потому, — передразнил отец, — что уже вечером, как целители позволят, твой приятель отбудет в одно закрытое частное заведение, хорошо известное в узких кругах сильным педагогическим составом и способностью возвращать заблудшие души на путь истинный. Но если хочешь увидаться, то, может, как вариант…
  
Данила затряс головой.
Нет уж… он не настолько… всё вообще случайно вышло. На самом деле случайно, потому как… потому как он просто вот заехал. А Стасик… он тоже не хотел. Дурачился.
А теперь запрут.
Где?
— Идём дальше. Платил я за твоё обучение и в университете, раз уж у тебя не хватило способностей поступить на бюджет… в отличие от Сашки с Алёшкой.
Ну да.
Не в способностях дело, просто вот… Данила тогда перед сдачей экзаменов чуть загулял… и после… и перед испытанием, где контроль надо было демонстрировать. Да и так-то он бы поступил. Он же не тупой.
— Саша, кстати, повышенную стипендию получал.
— Заучка.
— Это скорее ты недоучка, — отец вздохнул. — Моя вина. Упустил. Надо было раньше тебя от маменькиной сиськи отрывать. Отправил бы куда подальше, глядишь, и больше толку было бы. А я всё слушал, что ты растёшь, что характер… лидерские качества… протест. Тьфу. Дурь одна, а не протест.
— Можно подумать ты…
— Я в твоём возрасте уже работал, — отец перебил. — И не у папеньки под крылышком, а на рынке мешки таскал…
Эту историю Данила уже слышал не раз и не два. И про титул, который не кормит сам собою, и про мешки, и про ночи бессонные. И про кроссовки, которые папенька с братцем своим одну пару на двоих носил.
И про строительство бизнеса.
Задолбало.
— Раз задолбало, то и не буду… так вот… и ты, и маменька твоя, кажется, забыли, как оно всё… может быть. Точнее это в вашей голове не укладывается… в общем, так… учиться ты не хотел. Я бы сказал, всячески сопротивлялся.
Да не сопротивлялся Данила. Просто вот… универ же.
Светлая пора юности.
Самое оно для приключений, а не в библиотеке мозги сушить. Он же не ботан, как кузены…
— Работу тебе тоже нашёл… а ты что? Ты нажрался какой-то пакости…
Папенькин телефон звякнул, обрывая заготовленную речь. Вот и всё. Сейчас начнёт говорить, решать рабочие вопросы. Сперва один, потом другой. Там и про Данилины косяки подзабудет.
— Не дождёшься, — трубку отец всё-таки снял. — Да… что? Да что ты несёшь, какие мыши… что жрут? В каком смысле жрут? Там же… это же… Данила!
Отец рявкнул так, что Данила даже подпрыгнул на кровати. И сел. Вот этого делать точно не стоило, потому что голова под собственным весом крутанулась влево.
Затем крутанулась вправо.
И перед глазами замельтешели мошки.
— Ты когда последний раз артефакты санирующие обновлял?
— Ч-чего?
— Т-того… твой торговый центр мыши жрут.
— Какие?
— Какие? — вполне серьёзно уточнил отец. И ответил. — С виду серые, но здоровые. Уже сожрали пару бутиков… надеюсь, страховку ты продлил?
Данила хотел сказать, что да… но… чего-то он там подписывал. Кажется. Или не подписывал, а только должен был… и вообще, есть ведь управляющий, он этой ерундой заниматься должен.
— Чтоб тебя… и что? Прям электронику… что? Все? Коробки или тоже…
Отец вскочил.
Обернулся и рявкнул:
— «Русичи» твои тоже сожрали. Всю партию, чтоб тебя… да… вызвали уже? Закрывайся… что? В сеть слили? Кто? Видео… твою ж… объяви, что это происки конкурентов.
Мыши.
В голове щёлкнуло.
Ну конечно. Мыши!
— Мыши, мыши, — подтвердил отец. — Не ори.
Данила не орёт. Он просто понял. Это всё Тараканова… и мыши! Она сказала, чтоб центр сожрали. Вот и жрут. Правда, не понять, почему. Тараканова — так себе маг. Слабенький. А вот поди ж ты. Жрут!
— Улыбку идиотскую сотри, — отец отключился и, подвинув стул поближе, велел. — И толком объясни… как ты там сказал? Тараканова?
Фамилию Ульяны он повторил медленно и растягивая слоги. И в Данилу взглядом вперился. А Данила что? Он рассказывает. Пытается. Но говорить тяжко, а он всё одно.
Превозмогая.
— Я… на склад приехал… смотрю — коробки. А среди них — задница… красивая такая. Округлая… — Данила развёл руки. Потом посмотрел и чуть свёл. Всё же при всей своей округлости задница Таракановой была не столь объёмна. И ещё свёл.
Ну да, теперь правильно.
— Задница, значит…
— Ага… я её… ну не удержался я! А она раз и нос сломала!
Снова стало радостно.
Почему-то.
И Данила хихикнул.
— Задница?
— Не. Тараканова… она не специально. Разогнулась и лбом. Бах…
— Были бы у тебя мозги изначально, решил бы, что их тогда и отбили.
Обидно.
Наверное.
Мозги у Данилы имеются. Между прочим, ему учеба легко давалась. И наставники говорили, что если б он чуть усилий приложил… а он не хотел.
Зачем, когда на минималках можно?
— На минималках, значит…
Опять он вслух сказал? Вот… задница. Нет, не та, что у Таракановой, хотя у неё красивая. Даже обидно. Задница красивая, а характер такой… ладно, надо о деле. О деле надо. Вон, отец мрачен… точно содержание урежет.
Вслух не говорить.
— В общем… я тогда извиниться хотел, — Данила немалым усилием воли заставил себя сосредоточиться. — Только как-то оно… не очень получилось. Она сказала, что у меня теперь только с невестой будет.
— Что?
— Всё. И пожелала, чтоб мыши сожрали…
— Тебя?
— Центр. И телефоны… я ж предлагал подарить…
— Лучше б тебя, — бросил отец и снова на звонок ответил. — Да? Что? Какие, на хрен, саблезубые… вы что там, тоже обкурились? Егор… не бывает саблезубых мышей! Да… мать вашу! Вызови бригаду… две! Да хоть сотню, но…
Данила прикрыл глаза и как-то вяло подумал, что не поможет.
Если жрут центр, то…
Центр, наверное, невкусный… вот был бы он мышью, он бы начал с гипермаркета. Там и отдел есть с фермерскими продуктами. Экологически чистыми…
А они с бутиков пошли.
Это, значит, с крыши… или со складов?
Или и с крыши, и со складов? В клещи, стало быть, берут. Окружают даже. И надо на прорыв.
— Пап…
Отец снова с кем-то говорил, и Данила позвал без особой надежды. Как-то… ну вот не любил отец, когда его во время разговоров отвлекали. А теперь повернулся.
— Слушай… а у меня вообще невеста есть?
Если нет, надо найти.
Помолвится.
И всё пройдёт…
— Есть, — ответил отец не сразу. — К сожалению…
Охренеть.
А Данила так… просто ляпнул. И от удивления даже розовый туман в голове почти развеялся. И шарики. Шариков было жаль.
— А я почему не знаю?
— Видишь ли… — отец очевидно смутился. — Такое дело… в общем… как бы с чего начать…
И звонок сбросил.
А вот этого на памяти Данилы вовсе никогда не было.
  
Глава 6
 
Снова речь идет о делах давних и родственных
 
Глава 6 В которой снова речь идёт о делах давних и родственных
Оброк крестьяне получали от государства и отдавали его феодалам
История глазами школьника
— … ну и вот, я и говорю, что тогда, со свадьбы той, всё и началось, — Ляля устроилась на полянке у воды, и кажется, холодно ей не было.
А вот Ульяна после купания мёрзла.
Очень.
Зубы стучали, и она уже не раз, и не два поворачивалась в сторону дома, но вдруг мама ещё не уехала… и встречаться с ней не хотелось. Прежняя смелость взяла и куда-то подевалась.
— Ещё не добралась до сути? — поинтересовались сумерки голосом Игорька. И на плечи упало что-то лёгкое и тёплое. — Она тебя что, в воду утянула?
— Я сама…
— Лялька, ты бы хоть высушила…
— Ой, извини! — Ляля снова споткнулась. — Я и не подумала… мне когда мокро, то и хорошо… сейчас.
Она протянула ладошки и провела ими возле щёк, обдав Ульяну теплым ветром, и ниже… и кажется, этот ветер окутал Ульяну с ног до головы.