И такая судьба (СИ)

Но в семье Хилковых, где муж был Дмитрий, а жена Дарья положение шло именно таким путем. И Дашенька уже переставала сопротивляться, а лишь искала правильного ответа, Дмитрий же бдительно смотрел, как бы ему не принести излишней боли. Ведь он ее все же любил, страстно и самозабвенно, и она его в ответ тоже, в чем был первенец у деда, и второй ребенок, еще не рожденный, в ее животике.
Они быстро поладили. Оказалось, Даша действительно готовила большую бяку своему мужу из-за крупной пьянки среди слуг (сам, правда, не пил, но это его не оправдывает), а потом внезапно ушел (по хозяйственным нуждам, но она же не знала)
В итоге, весь этот день она самозабвенно готовила неприятности Мити, а потом, когда он пришел усталый, совершенно трезвый и с коротким рассказом — отчетом о событиях за день, ей стало очень стыдно и она только имитировала сопротивление. Прости, Митенька, свою жену-соплюшку!
Помирились все-таки. Разойтись уже было нельзя, да и карьера обоих, даже Даши (!), могла замедлиться. И если вы думаете, что богатых аристократов лишние звездочки не волнует, вы ой как ошибаетесь. Цена им, естественно, другая, и то, что для бедных детей боярских означает общий итог жизни, для аристократов лишь очередная ступень.
Прошли под ручки, показались всем слугам обоих полов, Даша чуть-чуть задержалась около служанки — приятельницы, успокоила, та уж очень беспокоилась после сцены «гоп со смыком» (иначе и не скажешь, когда Дмитрий тащил жену на себе, а та самозабвенно орала). А потом они извинялись друг перед другом в амурных шалостях. Как еще супруги наладят семейный мир?
Так и нормально не поспав за долгую осеннюю ночь, он ранним утром встал от вежливого стука. Будил старший команды и будил по делу. Дмитрий уже не раз предупреждал и команду, и всяких встречных крестьян, что про всякие хозяйственные новинки, приносящие деньги, нужно обязательно сообщать хозяину. Вот и докомандовался, спать не дают. С другой стороны ведь верно. Из-за суточной остановки лодка всю ночь шла под веслами. И что же ждать пока барин проснется?
Дмитрий вышел из каюты и прям как-то обалдел. Свежий вкусный воздух, солнце, все еще не оторвавшееся от вершин деревьев. Но главное даже не в этом. Лодка вошла в старицу, так оказалось гораздо короче, ведь лодка — не пароход, перетащить по узкому перешейку много сил не надо. И вот теперь вся команда сосредоточено палится весьма невысокий берег из грозового гранита. Ну это пусть. Все одно это малехо тянет за тысячи пудов.
— Хорошая находка, — умеренно похвалил он, — кто нашел сей экспонат?
Матросы как-то стали мяться, перешептываться, но «виновника» не указывали. Дмитрию это быстро надоело:
— Что вы тут засмущались, как девица перед первой брачной ночью? Не хотите, так не надо, мне больше останется!
Попаданец указывал на то, что за счастливую находку он обязательно дает премию и немаленькую конечно, ее еще надо уточнить, размеры будут колебаться в зависимости от качества гранита, ухода его в пустую землю, но все равно, для обычного матроса это были грандиозные деньги. Ну раз не знаете…
Положение спас старший команды, пожилой уже матрос со странным прозвищем Фунт Стерлингов и по обычному имени Гаврила:
— Так что, барин, энто место нашли сразу пятеро. Мы после того, как перетащили лодку по земле, немного передохнули, они и решили опростаться. А нашли гранит.
Дмитрий уже тепло посмотрел на молодых матросов:
— Ладно вот вам на пятерых полтина. И тебе, Гаврила, пятачок за сообразительность. А все команде сегодня на ужин похлебку с мясом. Водку уж не даю, очень гневливо супруга моя на это смотрит.
Князь шутил, но команда даже не улыбнулась. Не их это, крепостных, как-то обсуждать князей. Не богоугодное дело.
Попаданец понял, что перестарался, не надо простому люду обсуждать «генеральную линию партии», радикально повернул тему:
— А вот по прибытию всем за гранит даю чарку водки!
Вот это было уже просто и приятно, команда так загоготала, что старший Гаврила своей луженой глотки еле утихомирил. А Дмитрий обеспокоено посмотрел. А как проснется сейчас Даша? Не за себя боялся, жена его на сносях, а он и так ее вчера извалял, пусть спит лапушка, набирается сил.
 
Уже потише скомандовал:
— Я с пятерыми матросами пойду по берегу, осмотрю гранит. А остальная команда потихоньку доводит до другого конца старицы, да и перетаскивает уже в реку.
Лодка перешла к самому берегу, хотя и до земли оставалась полоска вода. Матросы скинули сходню — узкую, но крепкую доску и моментально перепрыгнули на берег. А затем наступила очередь князя Хилкова.
«Как они тут ходят, — думал Дмитрий опасливо, стараясь отвлечься от высоты, — узкая ведь дощечка. А еще пружинит под ногами».
Он точно бы шлепнулся, салага сухопутная, хоть сам строил пароходы, а жена его горделиво имела офицерское звание корабельного подмастерья. Но берег был рядом, три шага и можно самому прыгать на землю, чем мешком падать в воду. Оно, конечно ничего, и вода в конце лета еще относительно теплая, и глубина небольшая. Но перед командой стыдновато. Те ведь хотя и крепостные, но ведь люди. В слух ничего не скажут, но меж собою, как пить дать посмеются.
Зато гранит его отблагодарил за эти мучения. Массив, от старицы прикрывшись осадной землей, с другой горделиво размахнулся аршин в десять. А с учетом, что он и здесь осел в землю, то будет двадцать, а то и тридцать. Да с учетом медленных темпов это месторождение, пожалуй, дотянет и до XXI века! Дмитрий попытался вспомнить о местах добычи гранита в России. И только удручающе вздохнул. Нельзя забыть, а потом вспомнить то, что никогда не знал.
Вот если металл он как-то учил, хотя бы в общих представлениях, то остальная география пролетала мимо. Не естествоиспытатель!
А так с этим месторождением можно было глядеть с оптимизмом. Вообще гранита в России, особенно на Северо-Западе было много. Крестьяне вон, как надоедливый мусор счищали со своих полей. Но чтобы так крупное месторождение, да относительно редкого розового цвета, да еще рядом с транспортными артериями. Повезло! Если нигде сильно не споткнется, то и он, и его потомки долго будут поставщиками российских монархов.
С этим и отплыл. Команда тоже повеселела. Чтобы барин им не говорил, а в старице они наловили аж полбочки рыбы. Соли они на этот раз не запасали, так что на долго не хватит, но дня три-четыре, то есть весь остатний рейс они будут жировать!
Дмитрий же думал о другом. Рыбу они отдадут на руднике и отнюдь не бесплатно. Тут уж он не будет лезть. Добыча еще будет нормальная, хотя и с некоторым запашком, но так даже вкуснее. Далее уж как получится — либо трактирщик окажется хорошим покупателем, либо команда, тот же Фунт Стерлингов продавцом.
А вот сумеет ли он со товарищи поставить большие домны, относительно, конечно, для XVIII века, это уже фактор очень важный, хотя и неопределенный. Если появится много (или, хотя бы, достаточно) железа, то сразу многие проблемы будут решены и для него, и для царя Петра, и даже для нынешней России!
Только ведь не металлург он и домны не то, что строил в XXI век, даже не видел. При чем не только с внутренней, но и внешней. Опять придется тыкаться вслепую, советоваться с мастерами. Они-то люди очень опытные, но в XVII веке. А он хочется в XXI веке, пусть даже в ХХ.
Даша, видя уставшего и мрачного мужа, опять влез в свое ремесло, да никак не вылезет, мягко погладила по плечу. Дмитрий очнулся от своих тяжелых мыслей. Все хорошо, а он муж, то есть основа семьи, в XVIII веке это непреложная вещь. Так что поговори с беременной да еще раненой супругой. Она тоже будет делать важную работу — рожать еще одно будущее Хилковых, а одновременно ребенка Дмитрия.
— Не беспокойся, милая, все будет хорошо, — оптимистично заявил он, — как всегда, сначала проблемы, потом твой предприимчивый и умный муж все сделает, и мы будем в достатке. Что-то разве для нашей семьи плохо?
Поговорим лучше о себе. Помнишь, у нас здесь большой дом, сейчас у тебя и твоих служанок будет большая часть комнат. Если ты помнишь, хозяйка здесь крупная кошка Марфа, она, как и положено кошкам, всегда ходит беременная. Тебе это рассмешит.