Легкие отношения (СИ)

Мне было хорошо с Морганом. Даже слишком хорошо. Но я не могла иметь с ним серьезных отношений, да и не хотела, откровенно говоря. Я любила мужчин, а они — меня. Но я журналистка. Человек этой профессии сам себе не принадлежит. Я еду туда, куда скажет редактор. Пишу статьи по ночам, задерживаюсь в офисе допоздна. Не готовлю, почти не убираю. В общем, не девушка — катастрофа. И я не хотела, чтобы меня кто-то менял, мне было комфортно быть самой.
Сразу после колледжа у меня был парень, Винс. Прекрасный человек, талантливый дизайнер компьютерных игр и очень чуткий любовник. Винс работал в офисе примерно шесть часов в день. Все остальное время он находился дома, работая в своем кабинете, оборудованном по последнему слову техники. Он старше меня на шесть лет и был настроен на серьезные отношения, логическое завершение которых — брак и куча детишек.
В неполные тридцать Винс уже имел свое жилье в хорошем районе Чикаго, стабильный заработок и приличный жизненный багаж за плечами. Я была знакома с его семьей, а он — с моей. В какой-то момент я даже поймала себя на мысли, что наши отношения развивались настолько гармонично, что я и не заметила, как мы оказались на пороге брака. Винс не делал мне предложения, но все само к тому шло. Я была влюблена и очень счастлива.
Потом я получила работу мечты и все реже появлялась дома к ужину. Чаще — после полуночи. Я одинаково сильно была влюблена в работу и Винса. Мне нужно было обладать и тем, и другим. Только Винс поставил меня перед таким выбором через год после того, как я пришла в редакцию «Файненшиал Ньюз». Он никогда не жаловался на мое отсутствие, всегда терпеливо выслушивал рассказы о работе и даже говорил, что гордится. Но мы как-то незаметно начали отдаляться друг от друга. Все реже вместе проводили выходные за городом, ссылаясь на кучу работы. Все меньше делали приятные глупости. И, в конце концов, из наших отношений совсем испарилась романтика и тепло. Секс стал обыденными телодвижениями два раза в неделю. Конечно, на почве всего этого в мыслях все чаще стал появляться вопрос: а люблю ли я его? Думаю, ему в голову тоже приходила эта дилемма.
Не выдержав этого холода и предупреждая момент зарождения ненависти между нами, мы решили расстаться. Я сняла квартиру неподалеку от работы, и Винс помог мне перевезти вещи. На прощание мы неловко обнялись и пообещали оставаться на связи. После этого единственная наша встреча состоялась через пару лет, когда я пришла в офис, в котором он работал. У меня было задание взять интервью у его начальника для нашей рубрики «Новости ИТ». Мы поздоровались, справились о делах друг друга, снова пообещали связаться и как-нибудь выпить кофе, но так и не созвонились. Полагаю, кольцо на безымянном пальце Винса красочно сигнализировало о причине нашей отстраненности.
И вот я здесь. В офисе первого мужчины после Винса, с которым мне хотелось большего. Мужчины, которого я сама оттолкнула еще до того, как станет слишком поздно. Мы так с Морганом увлеклись нашими играми, что не заметили, как начали влюбляться. Но я знала, что со временем он будет разочарован тем, что я практически не умею готовить, совершенно ужасна в быту и меня чаще всего не бывает дома. Я не хотела стать разочарованием для еще одного мужчины, к которому питала нежные чувства. Но так же не хотела сама чувствовать разочарование, когда я позволю всему зайти слишком далеко, а потом Морган оставит меня ради Степфордской жены.
Лифт издал сигнал в виде короткого звоночка, и я ступила на территорию «Стайлз Архитект». Холл представлял собой просторное помещение со стенами из стекла и дерева, замысловато вписанными в интерьер. На длинной деревянной стойке с подсвеченным стеклом красовался логотип фирмы. За стойкой сидели две гламурные девушки с такими тугими пучками на голове, будто у них от этого глаза еще шире, чем есть от природы. Идеально сидящие блузки, руки с идеальным маникюром и безупречный макияж. Похоже, Морган любил окружать себя красотой.
− Чем могу помочь? — обратилась ко мне блондинка с фальшивой улыбкой.
 
− Я к Моргану Стайлзу. Назначено на десять.
− Одну минутку. — Она подняла трубку и что-то пробубнела. Затем положила и снова обратилась ко мне. — Влево и по коридору до самого конца, мисс. Мистер Стайлз ждет вас.
− Спасибо.
Я повернула налево и пошла по длинному коридору, в конце которого красовалась деревянная дверь с большой именной табличкой: «Морган Стайлз». Ни должности, ни статуса. Только имя. Так хотелось достать ключ и нацарапать под ним: «владыка «Стайлз Архитект». От этой мысли я хихикнула, чем вызвала недоуменный взгляд проходящего мимо парня. Который, кстати, был одет совсем не соответствующе для такого идеального офиса. Рваные джинсы, растянутый свитер и бардак на голове. Я прошла еще немного дальше и повернула голову вправо на звук заливистого женского смеха. Еще одна неожиданность в офисе Стайлза: огромная комната с развешенными разноцветными гамаками в одной стороне и кухонным островком — в другой. Посередине и под окнами были разбросаны огромные разноцветные подушки, на некоторых из которых лежали молодые люди с ноутбуками и какими-то замысловатыми планшетами. Атмосфера в этой комнате царила, прямо скажем, нерабочая. Все были абсолютно расслаблены, улыбались и переговаривались между собой.
Я постояла пару секунд, любуясь этим оазисом посреди вылизанного офиса, и продолжила идти к своей цели.
Шаг, два, три… Я остановилась, глядя прямо на табличку с именем Моргана. Глубоко вздохнула и трижды постучала.
− Войдите, − раздался голос с той стороны двери.
Голос, от которого кожа покрылась мурашками.
  
Глава 3
 
Я вздохнула и толкнула дверь. Как только она открылась, я едва удержала себя от того, чтобы оббежать стол, запрыгнуть Моргану на колени и зацеловать до остановки дыхания. Напомните мне, почему мы расстались? Ах да, это же я была той идиоткой, которая все прекратила. Теперь я не так уверена в своем решении. Особенно, когда мистер Великолепный встал из-за стола во все свои метр девяносто − не измеряла, подсказала Всемирная паутина — пригладил галстук и поправил закатанные до локтей рукава рубашки.
Он был просто невероятным. Карие, почти черные глаза, острые скулы с не проходящей легкой щетиной, буйные каштановые волосы и потрясающе красивое тело. И губы. Да, губы. От них невозможно отвести взгляда. Слегка припухшие, как будто после долгих поцелуев, с капризным изгибом уголков. Когда он улыбался, этот изгиб формировал сладчайшую улыбку на свете.
Я странная. Больная. Чокнутая истеричка, сама оттолкнувшая такого мужчину. И ради чего? Пары членов, которые у меня были за этот год? Да они и в подметки не годились Моргану.
Что ж, мне было над чем поработать. Потому что, судя по моей реакции, я бы снова прокатилась на этом жеребце.
− Моника.
Твою мать, и голос. Я говорила про голос? Он как хороший коньяк. Такой густой, как патока. Темный, цвета виски, с древесным ароматом. Тот, который заставляет все ваши внутренности сжаться и затрепетать.
Оставаясь с самой собой в постели, я много раз вспоминала этот голос.
− Мистер Стайлз, − ответила я какого-то черта деловым тоном. Сама не знаю, что на меня нашло. С ним я точно хотела быть далекой от профессионала.
Он нахмурился, но быстро вернул безразличное выражение.
− Что ж, раз уж мы так официально начали, мисс Грейнджер, предлагаю присесть и начать.
О да, я бы присела и начала. Но он, похоже, говорил о работе.
 
Мужчина указал на кресло рядом со столом и я присела, открывая ежедневник. Немногим ранее на работе я расписала примерные темы для общения, там же у меня были записаны свободные часы, которые я могла бы посвятить Моргану. В смысле, интервью с ним. Да, я же говорю об интервью.
− Чай? Кофе? Вода? — спросил он своим этим треклятым голосом.
− Гм, вода, − ответила я, не поднимая взгляда.
Морган прошагал в другой конец кабинета к мини-бару, а я все это время изучала его задницу в брюках. Такую, знаете, тугую и крепкую, как орех. Я судорожно вздохнула, и это не осталось незамеченным. Как раз в этот момент Морган закрыл холодильник и посмотрел на меня. Мой взгляд быстро метнулся от его аппетитной филейной части к глазам, но было уже поздно. Меня поймали.