"Фантастика 2024-14". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)
После слов куратора за столом повисла тишина, нарушаемая лишь звуками какой-то лёгкой мелодии, звучащей по радио.
— С другой стороны, может, с такими типчиками проще, как бы странно это ни звучало? — продолжил беседу куратор, — А то некоторые получают награды, квартиры и машины. Клянутся в верности партии и стране, а копни его поглубже — конъюнктурщик, если не самый настоящий предатель. Свободы реализации им всем не хватает! Помани их на Западе пачкой марок или франков — так ведь сбегут, забыв о Родине. Ладно, наша основная задача — проконтролировать, чтобы объект не остался во Франции. Далее пусть с ним другие товарищи разбираются. Уж слишком много плясок вокруг какой-то пешки. Опыт подсказывает, что надо держаться от подобных дел подальше.
— Товарищ, подполковник, — обратилась Нина, — Вы бы посодействовали, чтобы руководство делегации поменьше давило на объект. Ничего предосудительного он пока не совершил. Вопрос с валютой — только наши догадки. Когда убедимся, то начнём раскручивать дело. Но некоторые товарищи могут всё испортить. Мещерский — человек эмоциональный, хотя сдерживает свои порывы. Может взбрыкнуть и наделать глупостей. А мы в итоге окажемся крайними.
— Поспорил бы с вами насчёт того, что ничего не совершил, — усмехнулся куратор, — Язык у него, как помело. Если бы не поддержка со стороны Фурцевой и интересный проект, который предложил объект, то сейчас у нас бы были с ним иные разговоры. Но и руководство делегации перегибает. Объект со смекалкой подошёл к привлечению внимания публики. Мне это даже понравилось. Да и не было ничего криминального в его интервью. Я сегодня внимательно слушал всю его пресс-конференцию. Эпатажно и необычно, но не более того. Совсем забыл — что это за планета такая? О ней уже было в деле, которое нам передали? И это нормально, что человек в своих мечтах считает себя ящером?
Все трое тихо рассмеялись. Слово взяла майор.
— Я обратила внимание на эту фразу в деле объекта. Нибиру связана с мифологией древних шумер и их бога. Если нужно, то можно попросить профильных специалистов дать развёрнутую справку. Что касается слов про ящера, то это шутка. Вернее, издёвка.
— Тогда работаем, товарищи. Нам ещё сопровождать группу в Париж, где у неё остановка на два дня. Прошу вас не снижать бдительности, и это касается не только объекта
Глава 9
Ну, всё! Откидываю спинку самолётного кресла, закрываю глаза и вытягиваю ноги. Надо попытаться расслабиться и переварить сумасшедшую неделю. Под гул моторов самолёт начал набирать высоту, а я прокручиваю произошедшие недавно события.
Встреча с одним из самых талантливых европейских продюсеров произошла в том же небольшом итальянском ресторанчике, где мы обедали с Франческо. Дино де Лаурентис был невысокого роста, подвижен и курил какую-то странную сигарету, более похожу на сигару. Французский у него был лучше английского, поэтому договаривающиеся стороны остановились на местном наречии. Но сначала была еда, сытная и вкусная. Мы поблагодарили повара, который вышел с кухни пообщаться с известным соотечественником. Подобная простота повысила рейтинг продюсера в моих глазах. Наши чинуши ведут себя гораздо более высокомерно. Хорошо, что пока не все.
Уже за бокалом вина, итальянец приступил к делу.
— Признаюсь, я не ожидал от советского режиссёра такого интересного сюжета. Сам стиль понятен и очень мной любим. Но многие ходы и работа оператора впечатляют. Только вам не стоит надеяться на главный приз, — улыбнулся продюсер.
— Кто сказал, что мне интересны награды? — заставляю собеседника удивиться, — Не буду скрывать, но в Москве мой вояж станут рассматривать строго по завоёванным призам. Думаю, что-то нам вручат, поэтому я сильно не переживаю. Но моя главная цель — это заявить о себе публике и наладить контакты с европейскими продюсерами. В первую очередь с вами, Жаком Ройтфельдом или Жоржем Дансижер. Что касается первого, то эта цель практически достигнута — именно мой фильм сегодня вечером демонстрируют на центральном пляже под открытым небом. Вторая часть плана в ваших руках.
— Французов вы выбирали, потому что у них русские корни?
— Они евреи, родившиеся в России, но это не имеет отношения к делу. Возможно, с бывшими соотечественниками легче найти общий язык. Но главный критерий выбора — это жанр кино, в котором они работают. Несмотря на мою любовь к неореализму, далее я хочу снимать развлекательные фильмы. Можно попробовать иные жанры, но в ближайших планах у меня картина о войне. Для советского зрителя — это серьёзная тема. И обсуждать её в подобном контексте, у нас — просто кощунство. А вот для европейцев — это просто приключения на фоне военных действий. У вас уже начали забывать про те страшные годы. Ставку я сделаю на эпатаж и визуализацию сцен боёв с бомбардировками. Думаю, даже в Европе ещё не видели большинства моих задумок. И надеюсь, их оценит массовый зритель.
— Не скрою, что я заинтригован. Только почему вы начали переговоры не с французов? — Дино выдохнул ароматный дым своей сигары.
— Вы более универсальный специалист, чем оба ваших конкурента. Плюс «Dino de Laurentiis Cinematografica» старается работать со многими европейскими режиссёрами, а не замыкается исключительно на Франции. Значит, вы в постоянном поиске, а не только пытаетесь заработать как можно больше денег здесь и сейчас. Думаю, у вас в планах выход на Америку. Это полностью совпадает с моей целью, так что нам по пути.
А смех у итальянца приятный и искренний. Я тоже улыбнулся для видимости, хотя сидел как на иголках. Мне никоим образом не хотелось обращаться к двум упомянутым эмигрантам, добившимся много во Франции. Слишком они местечковые, что ли. А вот Лаурентис был известен тем, что проторил дорогу в Голливуд и спродюсировал ряд знаковых фильмов. Хотя за «Профессионала» Дансижеру низкий поклон. Но это всё равно французский аквариум, а мне нужен мировой океан.
— Редко можно встретить такого самоуверенного и наглого типа, как вы, — отсмеявшись, произнёс Дино, — Ведь это всего лишь ваша вторая работа? До этого был какой-то маленький документальный фильм в Венеции?
— Это мой третий проект, — опять удивляю итальянца, — Недавно мы закончили монтаж двух из десяти серий документального фильма о русской истории. Думаю, вам бы они понравились. Там тоже хватает новинок, которые ещё не использовали в Европе, а может, и мире. Сценарии для трёх следующих серий практически готовы, и я приступлю к съёмкам, как вернусь домой.
— Хорошо, синьор Мещерский, — продюсер шутливо поднял руки, — Я верю, что вы действительно неординарный режиссёр. Ещё и сценарии к фильмам вы пишите сами. И хорошее документальное кино является моей страстью, здесь вы знаете, куда бить. Но что вам нужно от меня? В принципе, наша компания открыта для предложений, и мы можем закупить советскую картину. Правда, это дело сложное.
— Я хочу предложить снять совместный фильм. Тогда у вас не будет проблем с закупкой и прочими нюансами. Для того, чтобы картину смотрели в Европе, мне нужно два или три иностранных актёра. Лучший вариант — это французы, так как их кинематограф очень популярен в СССР. Выплату гонораров и накладные расходы иностранцев вы берёте на себя. Ещё нам потребуется оперативно закупить и привезти в Москву необходимое оборудование, без которого нереально снять многие эпизоды. Это тоже будет вашим вкладом в общее дело. И неплохо бы вам посетить Советский Союз с ознакомительной поездкой, заодно я бы продемонстрировал отснятые кадры. Поверьте, мне есть чем удивить любого продюсера или человека, разбирающегося во внутренней кухне мирового кинематографа. Более того, мы даже написали три песни к будущему фильму. Исполнять их будет не симфонический оркестр, а рок-группа. Это далеко не все мои задумки. Только раскрывать все карты я буду после подписания контракта и ещё пары дополнительных условий.
— Мне уже страшно представить, о каких специальных пунктах может идти речь? — вопрос был задан вроде шутливо, но внимательный взгляд намекал на серьёзность.