90-е: Шоу должно продолжаться 4 (СИ)

— Я Жану не изменяю! — возмутилась Ирина.
— Да блин! — я фыркнул и засмеялся. — Расслабьтесь. И давайте не путать разумную осторожность с… Хрен знает чем. Ну, в смысле, без паники, коллеги. Мы с вами творческие личности, нам делать херню по роду деятельности полагается. Иногда.
— Лучше бы не делать, конечно… — пробурчала Ирина.
— Без херни жизнь была бы скучной и предсказуемой, — хмыкнул я. — Короче, ситуация ясна. Если Игорь Андреевич узнает о том, что его подружка сказочной красоты кувыркалась в той самой спальне, в которую он ее поселил, с каким-то более молодым телом, то у нас всех будут неприятности. Да-да, тут я с Иришкой полностью согласен. Если наш первый потенциальный заказчик запустит по сарафанному радио, что мы безответственные мошенники с руками из жопы, то наш путь на ниве рекламных видео если не закончится, то станет несколько… Длиннее и тернистее. Это понятно?
Все трое единодушно кивнули.
— Ну вот и ладушки, — кивнул я. — Нет-нет, не расходимся! Сначала дослушайте инструкцию. Про произошедшее сегодня — молчим. Обычная вечеринка, просто потусили после продуктивного труда над сценарием. Дальше… У вас как вообще, любовь на всю жизнь или одноразовая вспышка страсти и больше не повторится?
Кристина уставилась на Беса огненным взглядом. Бес едва заметно вздохнул.
— Можете не отвечать, вопрос риторический, — усмехнулся я. — Но в дальнейшем, если захочется пообжиматься, делайте это не здесь. Чтобы милейший дядя Толя…
— Дядя Жора, — поправила меня Кристина.
— Милейший дядя Жора, — согласился я, — не доложил немедленно Игореше, что к его юной возлюбленной пришел какой-то мужик. В принципе, третий этаж, если спрыгнешь, даже ноги не сломаешь…
— Да поняли, поняли, — ответил Бес и взял подрагивающие ладони Кристины в свои. Девушка, не отрываясь, смотрела на него своими восхитительно-кукольными глазами. Нда, девочка, добро пожаловать в хоровод красоток, кружащихся вокруг не в меру обаятельного Илюхи-Беса.
— И да, еще кое-что, — сказал я, уже поднявшись. — Сцену с поцелуем с балкона на всякий случай снимать не будем. Даже в режиссерской версии. А то между вами, ребята, такая химия, что заказчик даже через экран почувствует растущие на его голове рога. Все, теперь пойдемте уже к шампанскому и что там еще у нас по плану на дальнейший вечер?
* * *
Как ни странно, вечеринка даже удалась. Миленько посидели, травили анекдоты, делились впечатлениями о перекосившихся везде ценниках. Без напряжения так, вся компания была весьма юной, их пока не нахлобучило повышенной ответственностью, горизонт планирования у ребят примерно на уровне кончика носа, так что перемены, лихорадящие страну, их ни разу не пугали. Даже скорее забавляли.
Потанцевали под кассету с рок-балладами. Даже Ирину отпустило, хотя в самом начале вечеринки она еще напрягалась и зыркала на Кристину и Беса весьма недружелюбно.
На самом деле, я ее понимал, вот что. Она совершенно законно переживает. Потому что это ее проект. И если я здесь временный пассажир, мои будущие деньги лежат совсем не в этой области, то вот Иришке явно хотелось доказать, что она может. Что справится. Никого не подведет и получит крутой результат. А тут — такое.
Но психовать пока еще никому не помогло добиться успеха. Так что я весь вечер, считай, осторожно наблюдал за ней. Мне-то тоже выгодно, чтобы девушка стала научилась это все организовывать. Чтобы в дальнейшем можно было набрать ее номер и сказать:
— Ириш, нам тут надо клип снять на песню про кошмарные сны заводского механика, организуй нам сценариста и актеров, хорошо?
Я вернулся в реальность из своего воображаемого идеального будущего и опустил глаза вниз, на макушку Ирины, с которой как раз танцевал медляк.
— Вов, спасибо тебе, — тихо проговорила она.
— За что? — улыбнулся я.
— За поддержку, — она подняла голову и посмотрела мне в глаза. — И что в меня поверил еще.
— Всегда рад, милая, — сказал я. — У нас все получится, вот увидишь.
— Получится, — эхом повторила она.
 
Для разнообразия, вечеринка сегодня была без ночевки. Около половины одиннадцатого Ева шепнула мне, что ей пора домой, потому что завтра у нее экзамен, я вызвался ее провожать. Она пыталась отказаться, мол, посадишь на автобус, дальше сама доеду. Но я пресек эту фигню. Соскучился. Хотелось просто побыть с ней вдвоем, пусть даже в грохочущем сквозь полуночный Новокиневск автобусе.
— У меня остаться не получится, — сказала она. — Отец дома.
— Да я понял, — кивнул я, подавая ей пальто.
— Смотри, как бы тебе обратно пешком идти не пришлось, — хмыкнула она. — Поздно уже.
— Да и пофиг, — я обнял ее за плечи. — Это все равно того стоит.
Мы ушли первыми, остальные тоже уже собирались. Я на секунду подумал, что неплохо бы убедиться, что Бес не остался «выпить чашечку чая», но все на свете не проконтролируешь, так что пусть все идет как идет.
Мы ехали в почти пустом автобусе сквозь темные заснеженные улицы. Водитель мчался, лишь изредка притормаживая, чтобы убедиться, что никто не выходит, а на остановках нет пассажиров. И мчал дальше. Слишком быстро, на мой вкус. Я бы предпочел побыть с Евой чуть подольше.
На последний автобус я все-таки успел. Хотя когда выходил из подъезда Евы уже был морально готов к тому, что придется ловить такси. Прогулка через весь Новокиневск в двадцатиградусный мороз меня вообще никак не привлекала.
Но когда я вывернул из-за дома, то узрел фары грохочущего лиаза с горящим на лбу номером «9». Припустил со всех ног, чтобы оказаться на пустой остановке до того, как водила притопит педаль газа.
Успел.
— Любовь свою домой провожал что ли? — со смешком прокомментировала мое запрыгивание в салон пожилая дама с норковой формовке.
— Ага, — согласился я, восстанавливая дыхание.
— Это хорошо, это правильно! — разулыбалась она, и от глаз ее разбежались лучики добрых морщинок. — Любовь — это всегда хорошо. Любить надо, пока можется.
И вздохнула. Грустно мечтательно.
«Это правда», — подумал я. И так и ехал всю дорогу, как дурак улыбаясь.
В квартире было уже темно, все спали. Я чуть было по инерции не пошел в свою комнату, но вовремя вспомнил, что там теперь обитают супруги Грохотовы, а мое место — на диване в гостиной. Мимоходом злорадно подумал, как им, должно быть, тесно на моей не самой широкой тахте и принялся наощупь раздеваться. Мама позаботилась, и постельное белье уже было расстелено.
Когда я вжикнул ширинкой на джинсах, то почувствовал, как меня обхватили чьи-то руки.
— Ты не представляешь, как я по тебе скучала! — раздался у самого уха жаркий шепот.
  
Глава 5
 
— Пойдем на кухню, поболтаем, — тихонько сказал я, снимая с себя руки Лены. Конечно же, это была она, а кто еще? Когда я ушел в новогоднюю ночь общаться с друзьями-приятелями, я ее из головы выкинул, но она никуда не исчезла. И вот сейчас, пожалуй, настало время, когда мне предстоит узнать, что она такое. И какую роль сыграла в жизни Вовы-Велиала.
Я плотно закрыл дверь и включил свет. Девушка снова попыталась меня обнять, но я отклонился и поймал ее руки. Усадил за стол. Для этого мне пришлось преодолеть нехилое такое ее сопротивление.
— Ну что опять не так? — сжав губы, спросила она.
— Опять? — я изогнул бровь и хмыкнул. Обычно нет необходимости знать, о чем идет разговор, чтобы по ходу дела вникнуть в его суть, просто отпуская короткие реплики и наводящие вопросы. И собеседник, неважно какого пола, выложит все без особых проблем и удивлений в твоей неосведомленности. Не прокатывает такое только на экзамене, но сейчас-то не экзамен.
— Ты же сам сказал, что соскучился, — глаза Лены смотрели с упреком. — А теперь в кусты, да?
«Не нужно путать вежливость с флиртом», — подумал я. И с некоторым неудовольствием почувствовал, что она меня бесит. Не нравится. И даже не просто по принципу «не мой типаж», объективно, вполне симпатичная девушка, глаза красивые, черты лица, фигура нормальная, и все такое. По-другому не нравится. Иррационально. Мы еще разговор толком не начали, а мне уже хочется бросить: «Да пошла ты…» и грохнуть дверью со всей силы. Я повернулся к плите, чтобы поставить чайник, чтобы как-то скрыть свои эмоции. Не очень уместные? Или все-таки…