Ночь в тоскливом октябре (ЛП)

— Они его там жрали.
— Похоже на то.
— Ггггааа!
— Все хорошо. Мы от них оторвались.
— Надо вызвать копов, — выдохнула она. — Может, их все-таки поймают.
— Надеюсь.
— Ты не возражаешь?
— Нет.
— Не думаю, что мы… что нам стоит волноваться… что нас обвинят.
Я кивнул. Любые улики нашего с Айлин присутствия на месте преступления не будут иметь значения — если их еще не уничтожила полностью эта орава троллей.
— Я сделаю, — сказала Айлин. Она оттолкнулась от стены и быстро подбежала к одному из телефонов.
— У нас нет мелочи, вроде, — сказал я.
— Неважно. Тут можно… это не надо для звонка в полицию.
— А, ну ладно… — я про это не знал.
Она сняла трубку и набрала девять-один-один на клавиатуре.
— Анонимно? — спросил я.
Она кивнула, произнеся:
— Думаешь, не стоит?
— Думаю, придется.
— Алло, — сказала она в трубку. — Там кого-то убивают у ручья под мостом Дивижн-стрит, — она повесила трубку. — Ну вот и все.
Она снова сняла трубку с рычага. Взяв ее рукавом своей кофты, она быстро протерла все поверхности. Затем снова положила ее обратно. Тем же рукавом вытерла клавиши.
— Все, валим отсюда.
Мы забежали за ближайший угол и двинулись по той улице до поворота. Повернув на следующем углу, мы перешли на шаг. Отчасти вынужденно — мы с ней уже изрядно запыхались. Айлин взяла меня за руку. Мы шли быстро, не разговаривая, постоянно поглядывая по сторонам.
Один раз мы спрятались, когда появилась машина. Но больше прятаться не стали, пока не оказались за углом от моего дома. Рядом с нами возвышалась кованая ограда церковного кладбища.
— Пойдем туда, — прошептал я.
Айлин оглянулась назад.
— Пойдем, — я потянул ее за руку.
— Зачем еще?
— Ну, просто на всякий случай.
Я подумал, что она может воспротивиться, но Айлин пошла вслед за мной сквозь ворота старинного кладбища. Церковь перед нами выглядела мрачновато со своими темными окнами. Погост освещался лишь бледным светом близлежащих уличных фонарей. Сквозь решетку забора я видел тротуар, на котором мы с ней только что стояли.
— Что мы делаем? — прошептала Айлин, пока мы торопливо пробирались между могильных камней.
Большинство из них были слишком малы, чтобы за ними спрятаться.
— Сюда. — возле ограды стоял каменный склеп размером с небольшой сарай. Мы присели на корточки позади него.
— Так что мы тут делаем? — снова спросила Айлин.
— Просто хочу убедиться, что никто за нами не следует.
— Ты что, видел кого-то?
— Нет.
— Ну и на том спасибо.
В тишине, она огляделась, осматривая кладбище. Мы сидели спиной к склепу, но не прислонялись, балансируя на корточках.
Хотя мне и не хотелось смотреть на тротуар, мы были достаточно к нему близко, чтобы услышать, если кто-то пройдет мимо.
Или проедет на велике?
Нет, велосипедная карга меня не тревожила, это я уже понял. Меня тревожили тролли из-под моста. И еще Рэнди.
— Могли бы найти и другое место, — прошептала Айлин.
— Извини.
— Погосты у меня как-то не ассоциируются с приятным времяпровождением.
— Но тут много хороших укрытий.
— Ну да. Только никому не известно, кто еще тут может укрываться.
— Нам тут ничего не грозит, — заверил я ее.
Мы сидели молча какое-то время. Она положила ладонь мне на спину. Я ощутил ее тепло сквозь рубашку. Через какое-то время, она сказала:
— Интересно, что сейчас происходит под мостом?
— Полиция может быть уже там.
— Ну да.
— Надеюсь, они пошли туда большими силами.
— Тролли наверняка уже давно свалили.
Я кивнул, не сомневаясь, что Айлин права.
— Думаешь, они реально его жрали? — спросила она.
— Было очень на то похоже.
— Как они могли?
— Ну, бывает и такое.
— Прямо под мостом? Это же на территории нашего универа, ты понимаешь?
— Вряд ли такое каждую ночь случается.
— Никто не пропадал, — сказала она. — Ну, насколько мне известно. Мы бы узнали, если бы кто-то пропал.
— Может, они только своих едят.
— Уффф.
— Как бы то ни было, возможно, нам только показалось, что мы это видели. Мы же только мельком посмотреть успели.
 
— Наверное, сначала услышим по радио, — сказала она. — По радио всегда все раньше сообщают.
— Не могу дождаться.
— Что бы ни случилось, — сказала она, — будем делать вид, что мы не при делах.
— Правильно.
— У копов не будет поводов нас в чем-либо подозревать.
— Мы немного избиты, — напомнил я ей.
— Если будут нас допрашивать, расскажем им то же самое, что и Киркусу. Но они не будут. Никто даже не заметит наших синяков, кроме нескольких студентов и, может быть, пары-тройки преподов, а им всем мы можем что угодно наплести.
— Звучит неплохо.
— Но придется поработать над той историей, что мы сочинили для Киркуса. Продумать детали, чтобы не путаться в показаниях.
— Где это произошло? — спросил я.
— Давай у тебя дома уже подумаем.
— Ладно.
— А мы можем пойти к тебе прямо сейчас?
— Наверное, лучше еще несколько минут подождать.
— Я очень хочу писать, Эд. И учти, что на мне твои штаны.
— А. Хорошо. Тогда, наверное, можем.
Мы встали и огляделись. Затем, взявшись за руки, мы пошли через кладбище к тому месту, откуда входили. Я выглянул за ворота.
Никого в пределах видимости.
Поэтому мы вышли и двинулись за угол, мимо дверей церкви и прямо по тротуару ко входу в мой дом. Я отпер общую дверь. Мы вошли в подъезд.
Дверь Фишеров была закрыта.
Коридор наверху был слабо освещен и пуст. Я повернул ключ и вошел в мою квартиру. Когда дверь за нами захлопнулась, Айлин обвила мою шею руками и прошептала:
— В безопасности.
  
Глава 28
 
Проснувшись в четверг утром, я поднял голову с подушки и посмотрел на часы на тумбочке:
10:32
Я перекатился на другой бок. Сторона кровати, где лежала Айлин, была пуста.
Учитывая, что мы с ней пережили вчера, я думал, что она вероятно пропустит свою десятичасовую лекцию. Но должно быть, она все-таки встала и пошла туда.
Я представил ее сидящей за партой в аудитории. Я не помнил точно, какой у нее предмет, так что не стал воображать преподавателя. Просто Айлин, сидящая на лекции, с лицом в синяках и царапинах. Я представил, как она трет глаза. Зевает. Сколько она поспать-то успела — часа три от силы?
Я задумался, во что она одета. Сходила в свое общежитие за чистой одеждой? Или прямо так и пошла на занятия, в моих вельветовых брюках и толстовке, что носила вчера? Без лифчика?
Представив ее груди, свободно движущиеся под толстовкой, я начал немного возбуждаться.
И без трусиков тоже?
Их забрал тролль.
Внезапно, в мое сознание ворвались толпой тролли, вызвав омерзение, страх и полностью убив всякий намек на эрекцию. Понимая, что от этих мучительных мыслей мне уже не избавиться, пока не встану, я скинул в сторону одеяло и выбрался из постели.
Надевая халат, я учуял успокаивающий аромат кофе. Айлин, должно быть, заварила кофейник, прежде чем уйти.
Я пошел в ванную, сходил в туалет, затем быстро вернулся на кухню. На столе возвышался сложенный пополам блокнотный листок, установленный домиком. Сторона, обращенная ко мне, содержала рукописный текст.
Я взял записку и начал читать:
«Дорогой Эдди,
Как ты мог уже догадаться, я решила не пропускать свою лекцию в десять часов. Нам надо вести себя нормально, чтобы не вызывать подозрений.
Очень важно жить обычной жизнью, как будто ничего не произошло (если еще не понял — тебе тоже надо ходить на твои пары).