Ночь в тоскливом октябре (ЛП)

Две спички спустя, я все-таки обнаружил его яркую красную рукоятку на земле возле раздавленной банки из-под «Будвайзера». Поспешил туда и поднял нож.
Спичка снова сгорела. Стоя в кромешной тьме, я раскрыл одно из лезвий. Затем взял нож в левую руку вместе с коробком. Правой рукой зажег новую спичку.
Слишком далеко, отсюда тела не было видно.
Что, если он встал и ушел?
А что, если встал, и идет сюда?
Я пошел в его сторону. Спустя несколько секунд, слабое свечение спички достигло волосатого мужика. Он все так же лежал на спине.
Я подошел поближе. Его глаза все еще были закрыты. Я поглядел на его грязную волосатую грудь. Никаких признаков дыхания.
«Наверное, мертвый», — подумал я.
Но у него стояк. Как у трупа может быть стояк?
Я понятия не имел. Наверное, такое возможно, но вряд ли.
Мне внезапно показалось, что его член стал больше, чем раньше.
Растет что ли?
— Ох бля! — пробормотал я.
Какие сны в дремоте смертной снятся, лишь тленную стряхнем мы оболочку… [25]
«Не психуй. — сказал я себе. — Значит он просто жив, вот и все».
Если жив, то ему надо бы помочь. Проверить серьезность раны. Вызвать скорую.
Но тут я вспомнил о том, что он с нами сделал.
— Да ну нахер… — процедил я.
Запалив новую спичку, я быстро поискал рубашку и трусы Айлин. Кругом валялось множество другой одежды: пальто, штаны, туфли. Даже пара шляп. Все выглядели ужасно грязными. Вещей Айлин, однако, нигде не наблюдалось.
Так быстро, как мог, я собрал вместе ее сумочку, туфли, джинсы и бюстгальтер, после чего поспешил прочь из-под моста.
Едва вздохнув с облегчением после выхода из тьмы, я тут же начал опасаться худшего, но уже насчет судьбы Айлин.
Нельзя было оставлять ее одну.
Другие могли до нее добраться, пока меня не было…
Я дошел до места, где оставил ее в тени деревьев, и ее там не оказалось. Внутри меня все похолодело.
Добрались все-таки.
— Эдди?
Ее голос раздавался с другого направления. Я резко мотнул головой вбок и посмотрел в сторону ручья. Однако, увидеть ее так и не смог.
— Ты где?
В нескольких метрах выше по течению, бледные очертания руки поднялись в воздух. Ниже, показалось лицо, казавшееся мутным серым пятном на фоне черной воды.
Я опустил на землю ее вещи и пошел к ней вдоль берега.
— Ты как? — спросил я.
— Не так плохо. Ну что, нашел?
— Сумочку и большую часть одежды достал. Рубашку не смог найти.
— Проблемы были?
Я присел на корточки в траве, где-то в метре от берега. Она была погружена в воду по шею.
— Подонки убежали, наверное, — сказал я. — Вероятно, решили, что мы первым делом вызовем полицию.
— Может, спустишься сюда помыться? — спросила Айлин. — И сообразим, что делать дальше.
Покачав головой, я сказал:
— Думаю, надо как можно скорее отсюда уходить. Тебя надо, наверное, отвести в университетский медпункт.
— Только не туда.
— В неотложку?
Она встала из воды, и на фоне темного ручья ее тело показалось особенно бледным и блестящим в лунном свете.
— Может, к тебе? — спросила она. Вода доходила ей примерно до пояса. — Мне как-то не очень хочется сейчас оставаться одной… по крайней мере, до утра. Если ты не против…
— Тебе, наверное, к врачу надо.
— Надо будет — пойду. Доберемся к тебе домой, там посмотрю при свете, насколько все серьезно. Если ты меня пустишь, разумеется.
— Конечно, пущу, о чем ты.
— Спасибо, Эдди. — она двинулась ко мне, рассекая воду, поблескивая серебром там, где луна освещала ее мокрую кожу. Я глядел, как колышется ее грудь. Соски казались крупными темными монетками. Ее пупок выглядел как маленькая черная точка. С каждым ее шагом, уровень воды опускался.
Увидев темный треугольник ее лобка, я подумал про того мужика под мостом.
Она сама расскажет, что сочтет нужным.
Когда уровень воды опустился до ее коленей, она задрожала и обхватила руками себя за туловище.
— Рубашку твою я могу себе оставить? — спросила она.
 
— Конечно.
Рубашка лежала на траве у моих ног. Я взял ее и передал ей. Она просунула руки в рукава.
— Ай, вот теперь лучше, — застегнув одну из нижних пуговиц, она выбралась из воды.
Я повел ее вдоль берега к тому месту, где оставил вещи.
— Супер, спасибо! — сказала она, поднимая сумочку и доставая из нее кошелек.
— Награда не требуется, — сказал я.
— Получишь ты награду, не сомневайся. Не могу поверить, что ты реально полез туда еще раз.
— Самому не верится.
— Мне так страшно тут было. Боялась, что они тебя схватили.
— Еще могут, — сказал я. — Я серьезно, нам не стоит тут задерживаться дольше необходимого. — я посмотрел в сторону моста. Он был вне поля зрения, скрытый густыми зарослями свисающих над берегом ветвей.
— Наверное, здесь нам ничего не грозит, ты как думаешь? — спросила Айлин.
— Как знать.
Она заглянула в свой бумажник.
— Я ничего не брал.
— Да знаю я.
— Они тоже, наверняка. Если б вообще нашли твою сумочку, то забрали бы ее целиком.
— Скорее всего. — она положила бумажник обратно.
— Я только спички у тебя стырил, — признался я.
Она поглядела на меня:
— Покопался у меня в сумке, все ж таки?
— Ради благого дела. Мне надо было посветить чем-то, — я вытащил коробок из кармана и кинул в ее сумочку. — Спасибо, кстати.
— Всегда пожалуйста.
Она присела на корточки, поставив сумку на землю, затем оглядела свою одежду. Вскоре, вновь посмотрела на меня.
— Ты там трусы мои случаем не находил?
— Они, похоже, в числе пропавших. [26]
— Ну, чудесно.
— Извини.
— Значит, один из тех… троллей… их забрал?
— Не обязательно. Я мог просто не найти.
— Надеюсь, что так, — сказала она. — Противно даже думать, что… — она потрясла головой, встала и просунула ноги в джинсы. — Мы, наверное, сумасшедшие… — пробормотала она, застегивая пуговицу на талии.
— Ага.
Она застегнула молнию и улыбнулась мне.
— Но это было что-то, да? В смысле, до того, как…
— Что-то с чем-то, ага.
— Я никогда еще… — она снова помотала головой. — Реально что-то невероятное.
— Да уж.
Она наклонилась и подняла с травы свой лифчик.
— Не хочешь это надеть? — спросила она.
— Как-то не очень.
— Я тоже не хочу, — она засунула бюстгальтер в сумочку, затем села на землю и начала обуваться.
— Ты как себя чувствуешь, нормально? — спросил я.
— Довольно нормально, учитывая обстоятельства. Мы ведь живы, да? И не очень сильно пострадали. Могло быть гораздо хуже.
— Это уж точно.
— Знаешь, я прямо сейчас только одного хочу — поскорее добраться к тебе домой, принять долгий горячий душ, и потом напиться в хлам.
— У меня только полбутылки вина.
— По дороге возьмем чего-нибудь, — обувшись, она встала. — Ты не замерз еще?
— Только слегка.
— Бедненький мой, — она широко развела полы своей рубашки и шагнула ко мне, обвив руками. Жар ее тела просочился сквозь мою замерзшую кожу. — Ну, так получше? — спросила она.
— Весьма.
  
Глава 22
 
Поднявшись по насыпи, мы забрали наши вещи из-под парковой скамейки. Я повесил свою сумку за спину, на манер ранца, и понес книги и тетради Айлин в руках, прижимая их к груди. Так я чувствовал себя чуть менее голым, да и от холода помогало, хоть и немного.
Но было трудно игнорировать тот факт, что я был обнажен до пояса. А также исцарапан и окровавлен, что быстро стало ясно, когда мы ступили на освещенную фонарями улицу.
Айлин, искупавшись в ручье, не носила никаких кровавых следов. Ее лицо, однако, выглядело заметно побитым. Кроме того, ее волосы были мокрыми и растрепанными.