Ходок – 13 (СИ)

Менеджер в ответ приветливо — как учили, улыбнулся, но глаза его при этом ехидно блеснули. Чувствовалось, что Денис ему понравился так же, как он Денису и портье решил воспользоваться служебным положением, чтобы вежливо — все-таки благородный пожаловал, хоть из манер и «видна привычка к лошадям», послать «гостя» куда подальше и лучше, если раз и навсегда — нечего со свиным рылом в калашный ряд соваться, ну, а если не выгорит послать — мало ли чего в жизни бывает — вдруг «свиное рыло» при деньгах, то погреть руки. Короче говоря, в зависимости от того, как карта ляжет, получить моральное, либо финансовое удовлетворение.
В любом случае такой «сладкий гость» — фестиваль на фоне серых будней, которые начнутся… а пожалуй уже начались, после завершения Турнира. Жизнь снова входила в свою скучную размеренную колею без рытвин и ухабов, денег за время Турнира было заработано достаточно, так что можно было и порезвиться.
Тем более, что хозяин «Золотой антилопы» отправился отдохнуть от трудов своих праведных по выкачиванию денег из туристов в свое загородное имение и никакого контроля за действиями дежурного администратора не было. Пусть и на краткое время — он царь и бог в заведении! Грех было не воспользоваться сложившейся ситуацией и не пустить на шашлык жирную овечку, забредшею, по недомыслию, на его территорию. Здравая же мысль о том, что в жизни встречаются волки в овечьей шкуре, в голову ресепшиониста не пришла. Ну, что тут поделаешь — не он первый, не он последний — все мы крепки задним умом.
— Такой нумер имеется, — не снимая с лица приклеенной улыбочки, объявил хлюст. — Пятьдесят золотых за сутки!
Боковым зрением старший помощник заметил, как при этих словах удивленно переглянулись двое охранников, подтянувшихся к стойке — видать Денис им тоже не внушал доверия.
Про охранников можно было сказать лишь то, что несмотря на свои размеры, а были они здоровенными жлобами, искусством охрандзюцу они не владели. В противном случае, около «лица со шрамом» их бы не было. Про их дальнейшую судьбу можно было с уверенностью предположить, что рано, или поздно они доиграются. Впрочем, и хрен-то с ними — двумя дураками больше, двумя меньше — кто их считает. Но и без переглядываний охранников старший помощник знал, что менеджер врет.
«Наебать решил, сук-ка, — зло подумал Денис. — Забыл, что Турнир уже кончился. Ладно. Сыграем в твою игру, падла!»
«Только не надо его сразу резать!» — всполошился внутренний голос.
«Папаша! Мне обидно слышать такие предположения! — отверг подозрения голоса старший помощник. — Все будет чинно и благородно, как на свадьбе геев!»
«А откуда ты знаешь, как у них на свадьбе?!» — подозрительно осведомился голос.
«Предполагаю!» — сухо отрезал Денис.
Беспроигрышная лотерея хлюста со старшим помощником началась — если, после озвучивания стоимости проживания, последний окажется финансово несостоятельным, то ему придется с позором покинуть гостиницу; если начнет торговаться, то потеряет лицо и вдобавок, опять же, с еще большим позором покинет заведение, потому что уступать портье не собирался; если же заплатит, то менеджер по размещению неплохо заработает, да еще и оставит «рожу» — так мысленно окрестил старшего помощника дежурный администратор, в дураках. Денег много не бывает и к заработанным во время Турнира добавится еще малая толика. Курочка по зернышку клюет, а там, глядишь, и капиталец образуется-с! План выглядел идеальным.
Денис абсолютно бесстрастно, глазом не моргнув, вытащил кошель, отсчитал сто монет и подвинул кучу золота к администратору. Тот, как и два охранника, околачивавшихся возле стойки, были весьма впечатлены этой пантомимой.
— За два дня, — улыбнулся он хлюсту. И в этот момент портье печенкой почувствовал, что, пожалуй, план был не так хорош, как казался — уж больно многообещающей была улыбочка у этого грязного дикаря и обещала она совсем не то, чего бы хотелось менеджеру по размещению.
— Как записать? — запоздало вопросил он в спину, уже развернувшегося старшего помощника. Денис медленно повернулся, сдвинул точку сборки в положение «Смерть», еще более широко улыбнулся, отчего портье форменно передернуло и представился:
 
— Шрам, — и после короткой паузы: — Потерявший Шрам.
«Бонд! — ухмыльнулся внутренний голос. — Джеймс Бонд!»
«Ну-у… — не стал спорить старший помощник. — Где-то… как-то… в первом приближении…»
В этот момент хлюст окончательно понял, что план был ошибкой, но что либо исправлять было уже поздно. Поезд ушел.
Пока проходил этот короткий диалог между портье и старшим помощником, огромный холл гостиницы, в котором изначально присутствовали лишь пять человек: хлюст за стойкой, Денис перед стойкой, два охранника и беллбой с переметными сумами, заполнился людьми. По роскошной парадной лестнице, напоминающей аналогичную в Эрмитаже, только поменьше, спустилась целая делегация, состоящая из принцессы и ее свиты.
Почему принцессы? А кем еще могла быть девушка, вышагивающая походкой от бедра, в окружении толпы богато одетых молодых людей. Кинозвезды и прочие звезды шоу-бизнеса на Батране отсутствовали… ну, по крайней мере так представлялось старшему помощнику, значит кто? — значит принцесса. Ну, не принц же трансвестит, в конце концов! В любом случае, Денис для себя решил, что она Принцесса и точка!
Надо честно признать, что только исключительная закалка, полученная старшим помощником за время общения с самыми роскошными и знойными представительницами прекрасного пола, позволила ему не открыть рта при взгляде на Принцессу. Поразили Дениса не ее длинные стройные ножки, обутые в высокие босоножки с ремешками, охватывающими точеные голени; не крутые бедра, едва прикрытые белоснежной туникой, расшитой золотом; не упругая высокая грудь, кокетливо просвечивающаяся сквозь воздушную ткань; не тонкие черты прекрасного лица; не густые черные кудри; не алые губы; не колдовской цвет нежной кожи — Принцесса была белой, но белой не в том смысле, что не была негритянской, а абсолютно белой, как лист бумаги. Подобный колер Денис встречал только на изображениях японских гейш, но там он, по всей видимости, был вызван белилами, и у японской же богини изобилия и риса Инари, где был, скорее всего, естественным.
А поразили старшего помощника ее глаза. Глазами-то они и зацепились! Лучистые зеленые глаза Принцессы, сияющие словно два колдовских озера, затронули какую-то струну в циничной душе «старого солдата», струна зазвенела и старший помощник не смог отвести взор от девушки, которая тоже слишком пристально, на взгляд свиты, всматривалась в лицо траченного жизнью наемника.
Про свиту надо сказать особо. Мужская ее составляющая была омерзительна Денису, если можно так выразиться — в квадрате, ибо состояла из мажоров хлюстов, ну, или же — хлюстов мажоров. Холеные надменные лица, дышащие презрением к окружающим, вычурная дорогая одежда, оружие с эфесами усыпанными драгоценными камнями — все это было глубоко противно старшему помощнику. И судя по взглядам, которыми наградила его сильная половина свиты, их чувства, касательно Дениса, были аналогичными.
Правда, надо честно признать, что старшему помощнику было плевать и на них самих и на их чувства. На секунду выйдя в кадат, он просканировал свиту «вооруженным взглядом» и убедился, что сильных магов среди них не было, так что у него были все основания полагать, что активировав шкиру и выйдя в кадат, он, учитывая, что бой пойдет в ограниченном пространстве, где они будут скорее мешать друг другу, чем помогать, покрошит их всех в навский шюрк. Причем, без труда. Как пел Высоцкий в одной из песен: «Король сказал: — Он с вами справится шаля!». Вот примерно так расценивал свои шансы Денис.
 
Женская же часть свиты Принцессы, состояла из молоденьких симпатичных девушек, разряженных в пух и прах. Вычурностью, пестротой и разнообразием нарядов они напоминали стайку колибри, и эта стайка уставилась на Дениса с искренним интересом. Ну, тут все было понятно — типичная ситуация: «барышня и хулиган».