Ходок – 13 (СИ)
— Повешу.
И швейцар ему поверил! А как тут не поверишь? — уж очень убедителен был старший помощник. Эта вера подействовала на «индюка», как спусковой крючок, как триггер, который в мгновение ока переключил стиль общения «нищеброд», на «VIP-персона».
— Многоуважаемый вышестоящий потерявший, аукцион заканчивается! — вытянувшись во фрунт и пожирая «начальство» глазами четко, по-военному, доложил «индюк». Данный инцидент еще раз показывает, что животворящий пендель, грамотно и вовремя примененный, поистине творит чудеса.
Однако, чудеса — чудесами, а ясно было одно — надо поспешать. Бросив поводья мальчишке в расшитой золотом ливрее, Денис направился вглубь заведения с претенциозным названием «Трезубец Речного Властелина».
В просторном холле перед ресепшеном собралась небольшая толпа — человек двадцать-двадцать пять. Если судить по одежде, малообеспеченных людей в ней не было, что сразу не понравилось старшему помощнику. Его опасения немедленно подтвердил внутренний голос:
«Эти пидоры цену до небес задерут!» — огорчился он.
«Да уж…» — был вынужден согласиться с ним Денис.
Между тем, плотный, вальяжный мужчина лет пятидесяти, неброско, но дорого одетый — то ли владелец, то ли управляющий отеля, на что указывало его местонахождение за стойкой, исполнял на данный момент обязанности аукциониста:
— … тысяча двести золотых, три! — судя по всему, старший помощник застал самый конец борьбы за очередной лот. — Продано!
«Фигасе у них цены! — обомлел Денис. — Так и без штанов можно остаться!»
«А тебе-то какая печаль? — удивился голос, будто бы это не он только что сокрушался о возможном задирании цен до невозможности. — Или надеешься капиталец сколотить на старости лет?» — глумливо поинтересовался паршивец.
«Да нет… — смутился старший помощник. — Просто…»
«Ты же не менеджер среднего звена, — напористо продолжил голос, — который надеется дожить до пенсии. У тебя каждый день, как последний. Чего экономить-то?»
«Да не экономлю я! — начал заводиться Денис. — Просто…»
«Просто ты хочешь, чтобы тебе гроб обклеили изнутри стодолларовыми бумажками! — продолжил резвиться голос. — А нет — пардон-пардон! Чтобы оббили золотыми монетами!»
«Да пошел ты! — недовольно буркнул старший помощник, жалея что так бурно среагировал на цену последнего лота и дал паршивцу возможность показать себя во всей красе. — И вообще — не мешай! Этот хрен чего-то говорит, а ты бубнишь, мешаешь слушать!» — после этой справедливой отповеди, голос, наконец-таки, заткнулся.
— … одноместный номер с ванной, горячей водой, полным пансионом на все дни до начала Турнира! — надрывался аукционист сорванным голосом — видать много пришлось поорать за последнее время, а мегафона, или какого иного магического усилителя звука не было, вот и надсаживался бедолага. Правда, если исходить из озвученной суммы, знал за что рвет глотку: — Пятьсот золотых!
… с-сука!..
— Пятьсот десять! — поднял палец, стоявший неподалеку от Дениса, щеголеватый мужчина южного типа, хищное лицо которого украшала элегантная эспаньолка и тоненькая ниточка усов.
— Пятьсот двадцать! — немедленно отозвался толстяк из первого ряда, подпиравшего стойку.
И понеслось!
— Шестьсот!
…
— Восемьсот пятьдесят!
«Откуда у этих козлов столько денег!?!» — искренне недоумевал старший помощник.
«А у тебя откуда?» — немедленно поинтересовался внутренний голос.
«Награбил…» — не стал скрывать очевидное Денис.
«Вот и они награбили! — хмыкнул голос. — Не ты один такой умный!»
«Куда мир катится!? — тяжело вздохнул старший помощник. — Везде ворье правит бал!»
«Еще грабители и убийцы!» — уточнил голос.
А между тем борьба за лот подходила к концу:
— Тысяча триста раз! — объявил аукционист и сделал долгую паузу. Когда держать ее дальше стало неприлично, продолжил: — Тысяча триста два! — и снова длительная пауза. Он уже набрал в грудь воздух, чтобы объявить: — Тысяча триста три! — как в бой вступил Денис:
— Тысяча четыреста! — после этого взоры всех присутствующих скрестились на старшем помощнике.
Диапазон негатива во взглядах покрывал всю темную половину спектра, начиная с презрительного удивления и заканчивая жгучей ненавистью. Правда, скажем честно, старшему помощнику было на это глубоко плевать. Он искренне считал, что не Бенджамин Франклин, чтобы всем нравиться, а кому не нравится — это проблема данного конкретного индивидуума.
Этот индивидуум даже мог невербально выражать свое негативное отношение к Денису — пусть его. Как говорится — собака лает, караван идет. И весь такой либерализм и не побоимся этого слова — толерантность, могли продолжаться бесконечно долго, но, только до того момента, пока «обиженный» не пытался донести свое негативное отношение до сведения старшего помощника, как-либо его оскорбив, или попытавшись сделать физическое замечание. После этого «обиженный» внезапно осознавал, что такое поведение было ошибкой. И не просто ошибкой, а фатальной.
Однако было что-то в фигуре… а пожалуй даже не фигуре, а ауре Дениса такое, что удерживало горячие головы от излишне резких телодвижений. Вот и сейчас «обиженные» участники аукциона ограничились глухим ворчанием и недобрыми взглядами. Никаких конкретных претензий старшему помощнику предъявлено не было. И это с учетом того, что среди аукционеров были не только спесивые аристократы всех мастей, но и пара-тройка еще более спесивых Искусников.
Смесь очень взрывоопасная и тем не менее, на рожон никто не полез. Небольшой сдвиг точки сборки ближе к положению «Смерть» и не нужно махать ни шпагой, ни чертовым серпом — оппонент все понимает сам. Чем-то напоминает МНВ — термин введенный Айзеком Азимовым — Минимально Необходимое Воздействие. Например, чтобы переломить ситуацию на фронте не обязательно бросать в кровавую мясорубку тысячи своих солдат, гробить технику и расходовать огромное количество горючего, продовольствия и боеприпасов. Достаточно одной торпеды, чтобы потопить транспорт с дивизией противника.
Заключительная фаза акта купли-продажи — «золото в обмен на ключ от номера», была осуществлена в подсобном помещении, расположенном за стойкой регистрации, где старшему помощнику помимо вожделенного ключа от поистине «золотого номера» был вручен дополнительный бонус — металлический жетон с очень сложной гравировкой, являющийся входным билетом на трибуну «Арены Богов» на время Турнира. Пустячок-с, а приятно! Этот дружественный шаг, со стороны администрации отеля, напомнил Денису рекламный слоган: «При покупке квартиры, бейсболка в подарок!»
Глава 20
Номер оправдал ожидания — просторный, чистый, большая кровать, огромное окно, раздельный санузел — до совмещенного видимо еще не додумались, правда, унитаз напоминал гигантский ночной горшок, но, слава богу со смывом, большая ванна привычных очертаний, как всегда без душа — надо будет как-нибудь на досуге попрогрессорствовать и «изобрести», холодная и горячая вода в ассортименте, большой платяной шкаф, секретер, пара кресел, небольшой столик между ними, прикроватная тумбочка, магические светильники — все что нужно и ничего лишнего.
Пообедав в номере, приняв ванну и выпив чашечку кофе… ну, не кофе, конечно же, а какого-то местного отвара, очень напоминающего по вкусу, да и по стимулирующему воздействию на организм, именно что кофе, старший помощник, развалившись в удобном кресле, предавался ленивым послеобеденным размышлениям. Несмотря на победу в аукционной схватке, настроение у Дениса было… скажем так — неопределенное. Конечно, разжиться жильем на все время до начала Турнира, да еще в условиях тотального дефицита номерной емкости, дорогого стоит. Но, к сожалению, очень дорогого — семь килограмм золота за пять дней — это перебор! Как ни крути, а жаба поддушивала.
С другой стороны, а куда деваться-то? — не в лесу же, на самом деле, в палатке жить. В палатке не хочется. Да и с другой стороны — легко пришло, легко ушло. Это, как отношение к машине нормального человека и мажора. Нормальный аккуратно ездит, потому что на другую у него денег нет, а мажор прет не глядя — в случае чего, папа другую купит, чего эту жалеть? Старший помощник мажоров терпеть не мог, но, в данной ситуации выступал, как мажор и от этого испытывал определенный внутренний дискомфорт.