Эрика: западня (СИ)

— Как же неудобно, что ты не можешь говорить. Я бы спросил тебя, откуда ты и кто был твоим хозяином. — Я недовольно фыркнула и задрала нос кверху. — Что, не было хозяина? — Не поверил он, но правильно понял.
Помотав головой, окончательно повергла в шок. Теперь он втройне был разочарован моим неумением говорить, а я-то как переживала, не поверите, больше всех! Следующая фраза заставила меня заволноваться.
— Только не пойму, зачем мне такая пугливая сойте? — он смотрел, прищурив глаза и чему-то улыбался.
Понятно, на что он намекал. Ничего не могу сказать в свое оправдание. Ни в прямом, ни в переносном смысле. Да я этих орков не то что хватать боюсь, рядом с ними стоять не смогу. Он чуял их запах? Непонятно, откуда они вылезли, словно из выгребной ямы. Надеюсь, им водные процедуры пошли на пользу.
— При виде сойте все сразу настораживаются, потому что воспринимают их, как особо опасных хищников. Иногда достаточно одного грозного вида клыков, безумно красных глаз — и враг бежит. Чего хвост только стоит. Но ты, Аштае, не перестаешь меня удивлять.
Ну, все, вогнал в краску. Уже тушуюсь… Какие у меня должны быть глаза? Это что же, когда я злюсь, у меня появляются красные глаза?
Мои волнения прервал Ашт, встав со словами:
— Ну, ладно, какая бы ты ни была, все равно пошли со мной. Нам надо вернуться обратно.
Я на время опешила. Обратно — это куда? Не проделывать же нам весь путь заново, или он…
К оркам, что ли?! Я уперлась всеми четырьмя лапами, не желая встречаться с этими нечистоплотными человекоподобными. Еще чего! Что я там забыла? Видя мою упертость, Ашт попытался тащить меня за загривок. Осмелел, ничего не скажешь! Чем только злил больше, и, надеюсь, в этот момент у меня были красные глаза. Но испуга в нем не читалось. С места сорвалась только тогда, когда этот наглец ухватил меня за зад и стал толкать.
— Что за упертая сойте! — разозлился он вконец, когда мы сделали несколько кругов по поляне.
Ноздри раздул, покраснел, глаза злющие. От такого вида хотелось сжаться в комочек. И это его еще больше злило. И как-то странно злило. Он махнул на меня рукой и пошел вдоль реки, не оборачиваясь. Я осталась стоять, смотря ему в спину. Задумалась. Оставаться одной не хотелось. Сразу сделалось как-то пусто и грустно. Ну, что мне стоило вернуться с ним обратно? На что мне сейчас эти грозные клыки, когти и хвост? А что, если он пострадает? Кто его вылечит? Я теперь, как стало известно, способна на это. Их пятеро, а он один. И зачем ему только понадобилось туда? Сделала несколько шагов по направлению к нему. Вот если повернется, пойду за ним. Но он так и шел уверенно вперед, не обернувшись ни разу. Тогда за неимением лучшей доли поплелась с понурой головой в след, хоть и не горела желанием. И все-таки обидно, что он обозвал меня пугливой сойте. И все-таки обидно, что я для него — что-то вроде прихлебателя. Только обижаться мне надо на себя. Ведь сама-то не из робкого десятка. С этого момента решила показать себя с другой стороны, ну, почти.
Ашт заметил меня не сразу. Остановился, чтобы почерпнуть водички и освежить лицо. Жара стояла невыносимая. Я сама в своей шубе загибалась, вывалив язык и чуть ли не волоча его по земле. Но, как только он бросил на меня взгляд, тут же подобралась. Незачем ему лицезреть меня в таком виде. Ашт некоторое время не сводил глаз, а потом усмехнулся.
— Ну, иди сюда. — Подозвал он рукой.
Я подошла и приняла ласку. Он погладил аккуратно между ушей и этим ограничился, сказав строго:
— Только кормить тебя не буду, даже не проси. Мне надо успеть нагнать орков. Боюсь, уйдут далеко.
Я опять кивнула, на что он покачал головой. А сама задумалась уже в который раз. Может, чего в сумке ценного осталось? Наверное, это бумаги. Жаль, не понимаю их надписи, а то бы знала, что в них. И тут меня осенило! А речь-то я понимаю. Причем без вопросов. По ходу дела маг сознательно закинул меня сюда. Превратил в сойте, заткнул рот, чтобы лишнего не болтала, и дал понимать язык. Вот только последнее для чего? Где выгода? Ухо зачесалось, и я потянула переднюю лапу к нему. Мое почесывание (совсем по человечески) сделало странными глаза Ашта, но он, промолчав, вновь покачал головой.
 
Орки никуда уходить и не собирались. Костер горел, высоко поднимая языки пламени, а пятеро орков расположились вокруг него. Вечер уже давно опустился, поэтому мы без проблем, почти не производя шума, приблизились к ним со стороны леса, спрятавшись за кустами. Мокрые, так как пришлось переплывать эту чертову речку заново. По недовольному лицу своего спутника поняла, что он злится на главного орка, что достал его бумаги из сумки и пытается прочесть. Ашт напрягся. Это не к добру. Не собирается же он прямо сейчас забрать свое добро? Не лучше ли подождать, когда они лягут спать, и спокойненько стащить у них свои бумажки? Но, глядя на парня, я сомневалась, что у нас одинаковые мысли. Он весь подобрался, как перед прыжком. На его лице отобразилась решимость: сейчас или никогда! А главный орк, потрепав листы над костром, уже готов был бросить их туда. Но боевой клич моего спутника прервал подлые намерения. Все разом вскочили, ощетинились, прямо как я позади Ашта. Сидеть в кустах и выжидать, когда эти звери разорвут его, не хотелось. Да и не за этим я сюда пришла. Неожиданно орки рассмеялись. Сейчас им не верилось в мои грозные клыки и серьезные намерения. А вот поднятый хвост пикой, направленный на них, в момент стер ухмылки. Пора было проверить, что это за оружие. Прав ли был маг, когда так боялся моего хвоста.
Ой, что тут началось! Орки-то похватали свои дубинки и топоры, а вот Ашт кинулся на них совершенно безоружный. С меня даже сошла спесь. Опомнилась только, когда мой спутник увернулся от замахнувшегося топора. Тогда я, подскочив к одному из нападавших, подпрыгнула и вонзила ему в спину когти. Тот взвыл и попытался скинуть меня, но это удалось только с кусками мяса с его же спины. От безумной боли он продолжал рычать и, уже уставившись на меня налитыми кровью глазами, кинулся, неся все проклятия в мой адрес. Одним прыжком я отлетела в сторону, шипя и дико завывая, тараща глаза и водя хвостом, как скорпион. Боже мой, и это я?! Когда Ашт упал, окруженный четырьмя противниками, я решилась на нападение. Вонзила клыки прямо в ногу орку в области коленки и сжала челюсть, потом, не помня себя, воткнула пику в бок. Орк рухнул, как подкошенный, но долго засматриваться я не стала, побежав на помощь Ашту.
Четыре орка, что стояли над ним теперь, выполняли странный танец. Только их ноги не отрывались от земли, а руки, изгибаясь где-то вверху, продолжали махать оставшимся оружием. Из земли под влиянием светло-зеленой направленной силы из рук Ашта появились толстые вьюны-растения, оплетая нападавших и намертво скручиваясь вокруг них. И чем дольше он так стоял, тем усерднее вьюны поднимались вверх, почти обездвижив орков. И только когда рука с бумагами, что главный подхватил в последний момент, застыла, Ашт поднялся и выхватил их.
Я так и стояла, как вкопанная. Справился один с четырьмя! А чего мы до этого бежали? Но тут неожиданно скривилась, почувствовав во рту неприятный привкус. У-у, фу-у…
Аштону и дела не было до моих полосканий в речке. Чем я там занималась, неважно, он хоть заметил, что я жива? Или ему бумажки дороже человеческой жизни? Я отвлеклась от своего занятия. Сидит, читает, смотрит, не пропало ли чего? Дрожит над каждым листочком. Надеюсь, это действительно так важно, раз мне пришлось брать в рот орковскую коленку, тьфу… И получилось таки сплюнуть. На этот раз новоявленный маг обратил на меня внимание и оставил свои бумажки, запихнув их во внутренний карман кожаной жилетки.
— Что ты там делаешь? — в этот момент я стояла в воде и дрыгала всеми конечностями по очереди, периодически набирая в рот воду и бултыхая языком, а потом просто открывала рот и выливала ее. Какая бы это ни была вода, она все же лучше вонючего орка и его крови.
Ашт не мог поверить, что я настолько брезгливая сойте, когда понял смысл моих процедур. Хотя складывалось впечатление, что он не все знает об этих животных, поэтому так тугодумит. 'Я человек!' — хотелось крикнуть ему вслед.